William 2 part

Этот момент тишины был оглушительным. Тэхён смотрел на этого мальчишку, чья музыка успокаивала его все эти последние месяцы. Он поднял руку, касаясь его щеки, чувствовал, как тот замер от этого касания. Он смотрел в глаза парнишки, видя там ту глубину, которую хотелось исследовать. Тэхён провёл пальцем по его щеке, но не стал заходить дальше и, нехотя отстранившись, слегка улыбнулся.

— У тебя красивые глаза, Чонгук. — Мужчина не отошёл ни на шаг, они стояли так вдвоём, не замечая вокруг людей, что продолжали праздновать его день рождения.

Младший замер, услышав комплимент, отвёл смущённый взгляд, но после снова взглянул в такие чужие, но до боли родные глаза — те, что он неосознанно уже два месяца искал в толпе людей, каждый день. Он слышал кучу комплиментов от посетителей о том, что он красив, о том что у него притягательная внешность, но этот, сказанный тем, кто вломился в его жизнь полгода назад и уже два месяца не вылезал из его мыслей, был одним из самых желанных.

— Спасибо, — шепчет Чонгук, не разрывая контакта с собеседником. Он набрал больше воздуха в лёгкие, чтобы что-то сказать, но мама, стоявшая неподалёку и звавшая его для очередного поздравления, заставила его вернуться в реальность. Он нехотя сделал пару шагов назад. — Я сейчас вернусь, простите, — сказал он и, развернувшись, хотел идти.

Тэхён слушал, он видел, как тот набирался сил, чтобы сказать что-то, но не успел. Когда мальчишка хотел идти, мужчина остановил его, взяв за руку, притянул обратно к себе. Перед тем как тот уйдёт, он вытащил из кармана визитку со своим номером, вложил её в руку парнишки, чувствуя тепло его руки и то, как пальцы, взявшие визитку, коснулись его — может, неосознанно, а может, и намеренно, он так и не понял. Задержавшись дольше, чем нужно, отпустились.

— Вы уже уходите? Я, я правда быстро, — неожиданно для себя, испуганно сказал Чонгук, вдруг осознав, что не хочет, чтобы мужчина уходил вот так. Он бы хотел провести с ним чуть дольше времени.

Тэхён видел, как мальчишка начал переживать из-за его ухода, и от этого осознания, в груди разлилось то тепло которого, он уже давно не чувствовал, и его план, который заключался до этого — в том что бы просто тихо уйти, — кажется, провалился. Он сделал небольшой шаг вперёд.

— Тогда я подожду тебя здесь, — мужчина смотрел ему в глаза, видя облегчение и то, как он снова расслабился, плечи облегчённо опустились.

— Я правда быстро, — мальчишка отпустил его руку и, развернувшись, пошёл к матери. А Тэхён так и остался стоять, глядя ему в спину.

Когда Чонгук с мамой скрылся из виду, Тэхён сел за тот же стол, где они были до этого, и принялся ждать. Он слышал, как кто-то что-то говорил Чонгуку, все снова его поздравляли в последний раз перед тем как разойтись, а Чонгук благодарно всё принимал и прощался с уходящими, пока старший мужчина просто продолжал ждать.

Несмотря на то что тот сказал, что быстро вернётся, это заняло чуть больше времени, из-за того что он всех провожал и прощался. Чонгук правда старался справиться быстрее и спешил, но от того что людей было много, он потратил слишком много времени.

И вернувшись на то место, где остался Тэхён, Чонгук не застал его и испугался, что тот ушёл не дождавшись. Но тихий звук мелодии пианино, что стояло недалеко, заставил его обернуться. Он подошёл ближе, видя, как Тэхён играл что-то незамысловатое и спокойное, с такой лёгкостью, что заставило его сердце пропустить удар. Он опустил взгляд на руки, чьи движения он столько раз видел и что даже успел их запомнить.

— Красиво, — прошептал он, прежде чем понял, что сказал это вслух.

—Я никогда не играл её ни для кого, — мужчина поднял взгляд, глядя ему в глаза. Младший замер, услышав эти слова, и затаил дыхание.

— Правда? Это очень красивая мелодия, — Чонгук улыбается, и Тэхён эту улыбку старается запомнить, тоже улыбаясь.

— Да, я написал её пару недель назад, пока играл дома. Сам сначала не понял, как так вышло. — Старший нажал на пару клавиш. — Я вспоминал твою игру, и мелодия сама пришла ко мне в голову. — Тэхён видел, как Чонгук сделал пару шагов к нему и остановился, задержав дыхание. — Думаю, она предназначена для тебя.

— Для...для меня? — он почти не дышал, тепло от этих слов разлилось в груди стремительно, расплываясь по всему телу

— Да, я могу тебя научить её играть. Можем встретиться, пойти куда-то, но если вдруг что... — Тэхён понимал, что не может просто пригласить его к себе, они не слишком близки, он замолчал на минуту и добавил: — Я открываю школу искусств в городе, у меня есть студия. Там ремонт, но есть пианино. — Тэхён встал со своего места и встал перед ним, снова оказавшись близко.

— Студия, — повторил младший. — Да, думаю, можно туда, — кивнул он, соглашаясь на эту встречу, потому что хотел не просто научиться играть, но и узнать этого человека поближе.

— Тогда договорились. Мы можем встретиться здесь же в три, — мужчина сказал это спокойно, хотя внутри бушевала небольшая буря от того, что его предложение о встрече приняли.

───

Уже с самого утра Чонгук был весь на нервах. Тэхён пригласил его встретиться лично, они будут вдвоём, и никого не будет рядом — это было слишком волнительно для него. Он так хотел встретиться, но одновременно боялся.

Когда он вернулся домой, то среди всех подарков вчера ночью намеренно отыскал подарок мужчины, будто зная, что тот его принёс и подарил, хоть и не лично, мог ведь и не дарить. Но он это сделал, и Чонгук, открыв коробку, увидел футляр с цепочкой, что была сделана из белого золота и явно не куплена в обычном ювелирном, а сделана на заказ, аккуратно стал его разглядывать, а после осмотра украшения, сразу же надел, решив для себя, что это будет его личным талисманом.

Когда время подходило близко к встрече, Чонгук с замиранием сердца шёл к заведению, где работал, идя через самый короткий путь.

Когда пришёл то остановился у входа, там, где они договорились встретиться, поздоровался с парой знакомых.

До трёх осталось всего две минуты, и он жутко переживал о том как все пройдёт, не покажется ли он мужчине просто ребёнком, после встречи, он пытался унять дрожь в руках, но выходило откровенно плохо.

Чонгук пил воду, когда на него упала тень человека, остановившегося рядом. Он поднял взгляд и увидел мужчину, одетого теперь повседневно, но со вкусом.

— Прости, опоздал на две минуты, — Тэхён улыбнулся, разглядывая Чонгука и заметив, что тот надел его подарок. — Ну что, идём? — спросил мужчина спокойно, хотя внутри всё было с ног на голову. Он давно так не нервничал из-за простой встречи с кем-то, но почему-то этот мальчик заставлял его так переживать.

— Всё хорошо, да, пойдём, — Чонгук кивнул, чувствуя на себе тёплый, изучающий взгляд, и почему-то он его успокаивал.

Мужчина кивнул, развернувшись в нужном направлении, повернулся к Чонгуку, дожидаясь, пока тот встанет рядом. Только после этого он пошёл вперёд, идя рядом с парнишкой и не пытался спешить.

Когда они шли, но не говорили много и почти весь путь, вокруг была та тишина, которая бывает у тех, кто знаком всю жизнь, и им не нужны слова, чтобы заполнять эту тишину.

───

Тэхён открыл дверь здания, которое приобрёл, чтобы открыть свою школу, о которой так давно мечтал. Но ранее из-за вечных выступлений и работы времени не было, и сейчас, имея свободу, он наконец нашёл в себе силы. В здании шёл ремонт, но мужчина попросил работников уйти после трёх. Заботясь о том чтобы Чонгуку было спокойно. Да и он сам просто хотел провести день спокойно, без лишних глаз.

Когда они вдвоём вошли в комнату, Чонгук огляделся. Эта комната была уже готова к приёму людей, подготовленая от и до. У дальней стены стояли книги с нотами, пара парт и многое другое. А все окна, что были почти панорамными, открывали вид на парк неподалёку. А посреди комнаты стояло пианино — совсем новое, которым пока что не пользовались, ожидая, когда в эту комнату войдут ученики и начнут на нём играть свои первые мелодии, и зал заполнится звуками музыки.

Тэхён стоял у входа, глядя на его реакцию, видя, как тот всё осматривает, касается с осторожностью и трепетом. Он видел, как Чонгук подошёл к пианино и коснулся его кончиками пальцев, как поднял крышку и нажал на пару клавиш. Тэхён в этот момент оторвался от стены и вошёл внутрь, закрыв за собой дверь, отгораживая их от остального мира. Он подошёл сзади и встал рядом, его рука тоже коснулась поверхности и он стал нажимать на соседние клавиши. От чего в зале зазвучала новая, странная мелодия.

— Я играл на нём раз, чтобы проверить звук, — сказал мужчина невзначай.

— Что играли? — Чонгук повернулся к нему, глядя в глаза.

— Ту же мелодию, что и вчера, — мужчина говорил это, не отрывая взгляда. Рука Чонгука замерла на клавишах. Осознание ударило сильнее, чем он думал. Факт о том, что он сыграл первую мелодию на новом инструменте, была той, что мужчина сам посвятил ему, заставило его смутиться, понимая, что мужчина правда о нём думал.

— Можно её послушать полностью? — он поднял взгляд, глядя на старшего, ожидая его согласия или отказа — того, чего он не хотел бы услышать, и к счастью.

Тэхён лишь улыбнулся и кивнул, присаживаясь перед пианино, что было красивого молочного оттенка и явно стоило немалых денег. Хотя разницы в том, сколько оно стоит, не было: в инструменте всегда главное — звук и тот, кто на нём играет. Ведь даже если человек купит самый дорогой инструмент, тот волшебным образом не станет звучать лучше при игре того, кто даже не знает как.

Тэхён провёл рукой по клавишам, а после поднял на него взгляд.

— Садись рядом, — сказал он настойчиво, ожидая, пока тот выполнит просьбу. И лишь когда Чонгук неуверенно сел рядом, отчего они оказались опасно близко, Тэхён отвернулся сосредоточившись на игре. И в зале зазвучала мелодия, которую он раньше нигде не слышал. Она началась с незнакомых комбинаций, продолжаясь тем отрывком, что он слышал вчера, и закончилась тоже чем-то новым. Они просидели так пять минут в тишине, слушая музыку, образовавшуюся благодаря игре одного талантливого мужчины. И когда игра закончилась, его сердце пропустило удар, Чонгук улыбнулся и слегка похлопал.

— Научите меня так же, — попросил Чонгук, повернувшись к старшему всем корпусом, пока тот с замиранием сердца смотрел на его реакцию.

Раньше мужчина уже играл для миллионов людей. Их было столько, что даже не посчитать. Им всегда восхищались, ставили в пример, мечтали быть как он, получить его талант. Игру Вильяма восхваляли, всегда делали комплименты, даже если совершенно не разбирались в музыке. Но вот он — просто Тэхён — никогда не играл ни для кого конкретного, кроме матери. До этого момента она была единственной, кто слышал его игру когда-то, когда он был просто Тэхён, а не величайший пианист Вильям. И сейчас, сидя перед этим мальчиком, одним конкретным, что сидел здесь рядом с ним, и заставлял его сердце замирать, переживать за то, насколько ему понравится игра просто Тэхёна, который сам того не поняв, одним вечером посвятил ему песню просто потому, что тот не вылезал из его головы.

И успокоился он лишь когда услышал эту единственную фразу, что прозвучала так воодушевлённо, и это простое «научите меня так же» врезалось ему в память, что явно останется надолго, как самый тёплый момент, а может, и навсегда, став началом чего-то большего.

— Научу, — Тэхён оставался спокойным снаружи, хотя всё ещё боялся — а сумеет ли он научить, боясь ошибиться в ноте, которые знал наизусть. Но мужчина все же пододвинулся ближе, и теперь они сидели, касаясь друг друга, от чего между ними почти не осталось пространства, образуя спокойную, почти интимную атомсферу, они и не пытались отсесть, наслаждаясь такой простой, новой близостью.

───

День уже подходил к концу и на улице начинало темнеть, и лишь поэтому они решили закончить, хотя оба не хотели расходиться.

У Чонгука получалось уже очень даже хорошо — всё же талант сыграл роль, помогая быстро выучиться. Парень встал со своего места, понимая что все тело уже затекло, а Тэхён ощутил, насколько вечерний воздух стал холоден без чужого тепла рядом. Младший потянулся, разминая кости, что затекли, пока они сидели, играя уже три часа.

Тэхён встал следом за ним, тоже слегка размялся и подошёл ближе, поправляя выбившуюся прядь волос, так будто это движение уже давно было обыденным. Чонгук не стал отстраняться, позволяя тому провести этот небольшой знак заботы.

______

— Встретимся завтра? — спросил Чонгук, когда они уже стояли на перекрёстке, где должны были разойтись

— встретимся — без раздумий согласился Тэхён

— тогда в это же время, — Чонгук стоял рядом, не двигаясь, точно так же, как и сам Тэхён.

И стоя напротив друг друга, обоим не хотелось расходиться. Хотя они уже успели попрощаться, а теперь стояли, просто глядя друг на друга, в ожидании, что кто-то всё же решится уйти первым. Чонгук сделал это первым, понимая, что мама будет переживать, если он не вернётся. Поэтому он сделал шаг назад, разделяя пространство

— До встречи, — с мягкой улыбкой сказал он и, развернувшись, ушёл, оставляя Тэхёна с чувством спокойствия и ожидания завтрашней встречи, чувствуя, как Тэхён провожает его взглядом.