Вырванная страница

«...Пишу тебе из Сивара. Тут всё также скучно и также холодно. Привезли мелкого дышать морским воздухом, чтобы лёгочная болезнь ушла. Прибился к местным рыбакам, чтобы научили плести сети, а то совсем покроюсь пылью в твоём дворце. Вроде пока не раскрыли. Мама опять пересматривать твои детские записки в альбоме. Нам тебя тут очень не хватает. Надеюсь, в храме сейчас не так холодно, как на берегу. Отец остался в столице, так что вы там вместе, скорее всего зайдёт к тебе на неделе. Ты же знаешь, он очень не любит оставаться без нас. Не кисни, привезу тебе немного прохлады и морской водички!..»

Из восстановленной переписки наследного принца и его погибшего старшего брата. Переводчик: Николас Харгроув.

«...В этом году какая-то дичь, а не расписание. [затёрто] говорит, что это нас ещё пожалели, у него тут старший брат два года назад заканчивал учёбу. Не знаю что из этого "пожалели", но мне не нравится. Столько ритуалистики! Чувствую, к концу недели меня от магии блевать потянет. Зато розы в этом году очень пышно цветут! Эх, как же было бы здоров привезти тебя сюда осенью. Тебе бы понравился вид академии в сумерках. Или наш лес. Тут ещё есть симпатичное кладбище. Иногда из окна вижу, как там собираются лицеисты с мелким. Сам мелкий не жалуется, значит, всё добровольно. Не буду к ним присоединяться, спугну ещё, но я рад, что он смог адаптироваться...»

«...Через неделю поедем домой. Не очень хочется снова трястись несколько часов в экипаже, но что поделать, тебя увидеть хочется больше. Вот бы наш круг магов изобрёл какое-нибудь такое заклинание, которое способно мгновенное перемещать человека из места в место меньше чем за полдня. Было бы значительно удобнее путешествовать! У мелкого опять было подозрение на лёгочную болезнь, но лекарка сказала, что это он просто надышался каких-то испарений на зельях. Скучаю по тебе. Как приеду, обязательно поколдуем в связке!..»

«...Не знаю, когда последний раз спал нормально. Кошмары мучают почти каждую ночь. К лекарке ходить не стал, а то сразу бы подняла шум. Не хочу лишний раз кого-то беспокоить своим подозрениями и тревогой. Ладненько, это я всё о себе. У мелкого хорошо получается зачаровывать с своим соседом по комнате, ну, тем самым, с которым отец ещё был не согласен. Классный мальчик, тихий и кроткий. Думаю, вы бы подружились. Есть у вас что-то общее. Читал твоё последнее письмо, мне жаль твоего друга. Безликий примет всех нас однажды. Ну, в прочем, не тебе мне это рассказывать...»

«...Совсем скоро обратно домой. Не могу дождаться встречи, чтобы посмотреть, как ты вырос. Когда уже закончатся твои скачки роста? Скоро меня перегонишь! Мне есть что тебе рассказать, кстати. Это касается моих кошмаров. Кажется, я нашёл их причину. Но не в письме. Если это читает отец, привет, пап!..»

«...Знаешь, я всё-таки ненавижу пыль. От неё чешется нос, она режет глаза и оседает неприятным ощущением на пальцах. В твоей комнате сейчас пыльно. Мама не даёт слугам прибраться, не может просто отпустить твой дух из твоих покоев. Там даже пахнет твоим мылом. И пылью.

Это так странно. Я прекрасно осознаю, что такое смерть, прекрасно знаю, что Безликому было всё равно, кого забирать. Но не могу заставить себя просто перестать об этом думать и не злиться. Память, все твердят про память, про почтение, про трагедию, про скорбь. Она, эта скорбь, ощущается также противно, как пыль.

Через два дня я покидаю Храм.

Пыль, всё-таки, мерзкая. Надеюсь, в Академии её не будет.

Знаю, что это первое письмо, которое я запечатаю и уберу. Никому не отправлю. Может, потом просто его сожгу...»

Из скомканного письма в архиве, никем и никому так и не отправленного. Переводчик: Николас Харгроув.

«...Сегодня была твоя первая годовщина смерти.

Знаешь, я так боюсь забыть твоё лицо. Это абсолютно невозможно, твой портрет висит у отца в кабинете, твоя статуя стоит молчаливым напоминанием вместо надгробия. Но я боюсь. Смотрю на [затёрто] и вижу все мелкие различия.

Я уже плохо помню, как звучит твой голос.

К смерти легко относиться как к естественному процессу, как к тому, к чему мы все однажды придём. Безликий сам выбирает когда и кого забрать. Я это знаю как никто другой. Прикрывшись маской, отпуская в последний путь людей, от этого очень легко отстраниться.

Твоя смерть не воля Безликого, а его жестокий урок. Смерть рядом. Она дышит в затылок каждый день...»

Из скомканного письма в архиве, никем и никому так и не отправленного. Переводчик: Николас Харгроув.

«Светская жизнь такая сложная. Не представляю, как ты мог во всём этом так легко разбираться. [затёрто] и [затёрто] пытаются меня научить быть более приветливым и открытым, и я ценю их усилия, но пока даётся тяжело.

Н... понравилось твоё собрание книг. Не думаю, что ты бы разозлился на нас за то, что мы лазали у тебя в комнате, но думаю, я всё равно должен об этом написать.

Я так скучаю...»

Из скомканного письма в архиве, никем и никому так и не отправленного. Переводчик: Николас Харгроув.

«...Не хочу много писать. Вообще видеть чернила и ручку не могу. Но как можно оставить тебя без последних новостей, правда?

Николаса взяли на службу к дознавателям, Лидия добивается места в совете и, скорее всего, на следующем собрании будет её официальное приветствие. Лорену почти не видно из-за недавней свадьбы. Кристиан занимается восстановлением собственной фамилии, Роуэн вроде в порядке, не знаю, мы видимся не так часто, как мне хотелось бы. Почему-то я уверен, что где-то были ещё пару писем, которые я не положил к остальным. Но ладно. Какая, в общем-то, разница. У всех всё вроде хорошо. И у меня тоже. Сложно, но в целом хорошо...»

Из личного архива Айдена Равенскорта.

Вырванная страница

Report Page