Вырождение

Помните, не так давно командир чеченского спецназа «Ахмат» Апти Алаудинов призвал русских создавать большие семьи и рожать не меньше пяти детей, мотивируя это тем, что иначе «через 50-100 лет русские как государствообразующая нация рискуют стать вымирающим народом»? Хотя Апти Алаудинов и не является учёным, но он высказал именно то, о чём кричат неангажированные учёные всего мира — нынешнее положение дел ведёт к вымиранию целых наций. 

Олег Чагин, Директор НИИ социального антропогенеза, доктор медицинских и философских наук:

Как связан либерализм и толерантность, равноправие полов и прочие достижения европейской цивилизации с вырождением и биологической деградацией европеоидной популяции?

Объясню для начала, в чём это вырождение выражается. 

Прежде всего, в утрате или в сильном ослаблении инстинктов, необходимых для выживания популяции. Таких, как половой инстинкт, родительский инстинкт, инстинкт самозащиты и защиты своей популяции. А также в физической деградации: ожирении, демаскулинизации, снижении физической и физиологической выносливости. 

Связь самая прямая. Таковое вырождение генетически предопределено в условиях всех этих, несомненно, великих достижениях человеческой цивилизации. Дело в том, что генетически заданные инстинкты, формировавшиеся для выживания в других условиях существования, по мере развития «производительных сил», завели человечество в тупик. «Производительные силы», избавив человека от корректирующего давления природы, создали такие условия существования человеческой популяции, в которых инстинкты работают неправильно и направляют деятельность организма к саморазрушению. 

Например, инстинкт заставляет человека запасать энергию на чёрный день в виде жиров. В естественных условиях, если жира запасётся слишком много, гормонами резко ограничивается подвижность организма и, следовательно, способность добывать пищу в природе. Человек становится ленивым и сонным. Организм худеет, приводя себя в норму. 

А что происходит в современной цивилизации?

В кровь впрыскиваются гормоны, делая человека всё более вялым и ленивым, а пища всё не кончается. Гормонов лени впрыскивается ещё больше. Результат — население деградирует от ожирения. 

Второй пример: в природе самки всегда или в поисках полового партнёра, чтобы забеременеть, или беременны, или кормят детёнышей. В последних двух периодах половая активность самок отсутствует или минимальна. У женщин такой период длится года два—три. После примерно полугодового периода половой активности. В природе на одну сексуально активную самку приходится до десятка сексуально активных самцов. Самка долго сексуально неудовлетворённой не ходит — слишком много претендентов на спаривание с ней. Истинкт направляет её не на борьбу за самцов, а на выбор лучшего среди них. 

Но сейчас человек научился вмешиваться в процесс полового воспроизводства. Беременность не наступает. Но организм запрограммирован забеременеть. И он добивается этого единственным доступным ему способом: впрыскивает самке ещё больше половых гормонов для более интенсивного поиска половых партнёров. 

Организм не понимает, что самка вставила спираль и что совокупляйся, не совокупляйся — результат будет один. А гормоны-то впрыскиваются в кровь! Сексуально активных самок становится больше, чем их могут обработать имеющиеся сексуально пассивные самцы. Самки становятся всё более агрессивными и направляют свою агрессию на бесполезных самцов. У них сбивается половой инстинкт и они направляют своё половое влечение на существ одного пола с собой. И вот вам и феминизм, и лесбиянство и психология. Растет суицид. 

Самцы из-за сексуальной пресыщенности становятся всё более сексуально пассивными. Им нужны всё более сильные средства для возбуждения. Боясь агрессии самок, самцы направляют своё ослабленное сексуальное влечение на кого-то или что-то другое. Вот вам и все сексуальные извращения (включая изматывание физических сил на велосипедах, тренажёрах и пр.).

Третий пример: Женщины перестают рожать. Если рожают, то в лучшем случае одного. А 20 % женщин в современной европеоидной популяции бесплодны: изуродовали себя вмешательством в свою половую функцию. Раньше рождалось много детей. Неудачные — с генетическим браком, ослабленные вымирали, не давая потомства. Инстинкт толкал женщину на защиту и выживание детей. После смерти каждого она горевала. А потом опять беременела и успокаивалась. Теперь ей на помощь пришла цивилизация с её медициной. Чтобы не горевала. 

Сейчас женщина с изуродованной половой сферой еле-еле родит одного задохлика и выхаживает его с помощью медиков. Задохлик выживет и начинает плодить таких же задохликов, передавая свои генетические пороки следующим поколениям. И уже сейчас никакая медицина не справляется с последствиями. 

Четвёртый пример: Стресс. 

Стресс—генетическая реакция на опасность. Она предполагает ответ на опасность: дерись или беги. Для этого в кровь впрыскивается целый букет гормонов. Сердце начинает сильно биться, гоняя кровь для снабжения организма повышенными порциями кислорода. Сосуды сужаются, кровь густеет чтобы в случае травмы ослабить кровотечение. 

Ну и что происходит, если, скажем, гаишник или начальник вогнал человека в стресс?

Бить его или бежать, чтобы впрыснутые гормоны разложились? Результат — гормоны долго циркулируют в крови и вот вам инфаркты и инсульты. Более дальний результат—вымирают самые активные и агрессивные особи. Самые биологически сильные. 

И таких примеров тьма. 

Помните судьбу тасманийских небегающих и нелетающих птиц, некогда прилетевших на остров и достигших там полной безопасности и изобилия пищи до полной потери инстинкта и физической способности самозащиты? Съели их кошки и собаки —мигранты, развивавшиеся в другом месте в голоде и постоянной опасности. 

Это всё понятно, скажете вы. А причём здесь либерализм и толерантность?

А при том, что человечество очень давно почувствовало несоответствие генетических инстинктов, не успевающих изменяться за цивилизацией. И пыталось откорректировать их идеологической надстройкой — жёсткими нормами навязанного обществом человеку поведения. 

Чтобы легче было личности смиряться с запретами, их подкрепили авторитетом существа всемогущего и страшного. 

Это существо запрещало аборты и убийства. Жёстко регламентировало сексуальную жизнь. Устанавливало периоды искусственного голодания в виде периодических постов. Запрещало лечить болезни, объясняя их божьей карой и многое ещё чем изнуряло несчастного человека. И вот, благодаря просвещению и гуманизации, родились либерализм и толерантность. И объявили все эти изнурения мракобесием. Объявили сексуальные извращения просто особостью, к которой надо относиться толерантно. 

Объявили равноправие женщины с мужчиной во всём. Только не смогли наделить мужчину детородными функциями и поэтому предложили женщине избавить от таковых себя. Объявили, что это избавление женщины от своих природных функций есть её священное право, данное ей богом от рождения и признаком её достижения просвещённого состояния, равного мужчине. Да и самого бога и религию объявили просто одной из многих идеологий, равно неуважаемых и равно необязательных. 

Суть дела такова, что если предоставить человека самому себе, а точнее своим инстинктам, то они в условиях изобилия пищи и отсутствия борьбы за существование, с неизбежностью восхода солнца приведут индивид к деградации, а популяцию таких индивидов к самоуничтожению. Что и происходит с европеоидами. 

И теперь они с ужасом и мазохистским замиранием тасманийских беззащитных жирных птиц смотрит в щёлочки глаз крадущихся к ним хищников, чуждых всякому либерализму и толерантности. Которые просто хотят кушать, совокупляться, рожать и кормить детёнышей. 

В отличие от просвещённых и высококультурных иудо-христианских европеоидов, избавленных цивилизацией от этих низменных животных потребностей.