Выбери меня. Глава 7
irizka2Глава 7
Люк приехал в пять, с цветами и маленькой красной коробочкой, от которой у Анди даже уши покраснели. Темный костюм-тройка и коричневое шерстяное пальто делали его старше и значительно серьезнее. Волосы, обычно слегка поставленные гелем и растрепанные в дизайнерскую молодежную прическу, сейчас были плотно зачесаны назад. Люк выглядел великолепно.
— Ты просто совершенство. — Люк поцеловал ему руку, и Анди кокетливо стрельнул глазами.
— Ты тоже очень красивый!
— Позволь сделать тебе небольшой подарок. — Он присел с ним рядом и, приоткрыв коробочку, показал кольцо. Обручальное. Шикарное и весьма дорогое.
— Оно волшебное! — Анди от радости не мог прекратить улыбаться. — Я так счастлив.
— Это ты мое счастье! — Люк прижал его к себе.
Папа, увидев их, всплеснул руками и подбежал обниматься. Высокий и шикарно одетый Люк его впечатлил, он долго тряс ему руку, а потом ухаживал за столом, заставляя Анди чувствовать себя неловко. Отец, к счастью, больше молчал, не встревал в разговоры, позволяя папе расспрашивать будущего зятя, и лишь когда вопрос коснулся их семейных планов, не смог остаться в стороне.
— Надеюсь, детишек нам пока не ждать?
— Ой, напротив, я бы так хотел понянчить внука! — влез папа.
— Я решил закончить учебу, — смущенно опустил взгляд Анди.
— Мы обязательно планируем детей, — Люк говорил медленно и бархатисто, так что Анди от каждого его слова слегка возбуждался, — но не будем с этим спешить. Анди получит диплом, мы сыграем свадьбу и потом уже подумаем о детях.
— Ой, ну зачем тянуть, я вот в двадцать уже родил, — не унимался папа.
— Мы еще даже не спали, — тихо фыркнул Анди, но его все услышали, и постная мина отца расцвела.
Он поднялся, пожал руку Люку и торжественно произнес:
— Уважаю альф, которые ответственно подходят к отношениям и чтят границы омеги!
Папа на это только глаза закатил, а Анди неловко хихикнул. У родителей все сложилось случайно — и встреча, и залет, но отец берег любимого сыночка и даже истинному отдавать не хотел. Так что невольное воздержание Люка воспринял как благородство.
Никто его переубеждать не стал, и остаток вечера прошел душевно. Родители на прощание расцеловали Анди и его обретенную пару, пожелали счастья и пригласили всех Сименсенов в Осло праздновать Новый год. Папе не терпелось познакомиться с новообретенными родственниками. Тем более у отца появились планы, как использовать этот союз, и они, не стесняясь, делили шкуру неубитого медведя.
— Ничего не могу обещать, обычно зимние праздники я проводил в кругу семьи и в этот год надеялся привезти к себе Анди, — сказал Люк, — но в плане бизнеса Михкле всегда готов сотрудничать с новыми компаниями, так что я передам ему ваши предложения.
После ресторана Люк повел Анди в театр. Не хотелось упускать возможности выбраться с ним в высшее общество и покрасоваться своим идеальным омегой перед друзьями отца. Анди был счастлив провести с Люком время где угодно и как угодно. И спектакль ему очень понравился. Вечером, немного прогулявшись на свежем воздухе, Люк отвез Анди к общежитию на такси. Расставаться не хотелось, он даже подумывал выпросить у родителей деньги и снять квартиру.
— Это был идеальный вечер. — Анди тоже не отпускал. — И мне так нравится кольцо! Люк, я помню, что ты сказал моим родителям про будущие планы, но ведь необязательно им подчиняться...
— Счастье мое, родителям всегда надо говорить то, что им хочется услышать. — Он хитро улыбнулся и, подхватив Анди на руки, поцеловал. — Выходи за меня, звездочка, обещаю заботиться и любить до конца наших дней.
— Да, да! — Анди счастливо запищал. — Ты даже не представляешь, как я этого хотел!
— Нужно было не молчать...
— Самое приятное, когда ты сам понимаешь мои желания. — Анди хитро улыбнулся и прижался к губам. — Люк Сименсен, выбери день свадьбы, а я позабочусь обо всем остальном.
Домой Люк вернулся в первом часу, от переполняющих эмоций кружилась голова и хотелось танцевать, но его ожидал Михкле и сразу с порога стал задавать неудобные вопросы. Обычно отец не придирался так сильно, хотя и требовал многого, но сейчас причин для недовольства у него накопилось с избытком.
— Скоро сессия, у тебя куча пропусков, когда ты собираешься заниматься?
— Все нормально, отец, не переживай, я справлюсь.
— Сегодня ты снял со своего счета огромную сумму...
— Это мой счет! — Люк стал злиться. — Я откладывал несколько лет, чтобы потратить на то, что хочется!
— Откладывал деньги, которые я даю тебе на питание, то есть это мои деньги, и я имею право знать, на что ты их тратишь.
Словно желая надавить еще сильнее, в прихожую спустились Кристофер и Элиас. Оба в костюмах — видимо, вернулись с работы и теперь пришли распекать единственного дитя. Хорошо хоть не вмешивались в разговор.
— Сделал подарок своему омеге...
— Ты хотел сказать — потратился на шлюху?
Люк с раздражением зарычал. Раньше он слышал подобные заявления от Михкле только в сторону не самого благонадежного Элиаса, но тот действительно любил покутить и менял омег как перчатки. Называть Анди шлюхой Люк не позволил бы даже властному отцу.
— Анди — моя пара, истинный, с которым я собираюсь связаться браком в ближайшее время!
Михкле на мгновение опешил, на лице, обычно строгом, появились новые эмоции, и в глазах промелькнула печаль. Но он быстро взял себя в руки и снова превратился в ледяного нефтяного магната.
— Ты ведь еще не закончил обучение, кроме того, собирался учиться дальше.
— Я и буду учиться.
— Омега сейчас — большая глупость, сначала окончи магистратуру и начни работать, потом уже строй планы.
— Он мой истинный, по-твоему, я должен от него отказаться?
— Не отказаться, а сократить с ним время общения. Ты отстал по всем предметам, а в следующем полугодии тебе надо писать диплом.
— В омежьей заднице он его писать будет, — со смешком подлил масла в огонь дядька.
— Да что такое с вами, не можете порадоваться за меня?! У нас ничего не было, если вам это так важно, мы гуляем вместе и целуемся, но не спешим, потому что счастливы и без этого!
— А может, просто мальчик тебе не дает? — Элиас заливисто рассмеялся.
— Дядя! — рявкнул Люк. — Я люблю его, ясно?! Почему бы вам просто не пожелать мне счастья?
— Пригласи его к нам на Рождество, — поставил точку в разговоре Кристофер, и все наконец заткнулись.