Всеядные хищники: как псевдонаука захватила современные медиа

Всеядные хищники: как псевдонаука захватила современные медиа

Артикль

В начале 2017 года канадский профессор Эдуардо Франко разослал коллегам по электронной почте предупреждение об «эпидемии», которая захлестнула научные журналы и представляет реальную угрозу для благополучия общества. 

Франко возглавляет кафедру онкологических исследований университета Макгилла, где работает около 230 человек. Учёный заверил, что тщательно изучит резюме и результаты ежегодной аттестации сотрудников и таким образом выявит список публикаций или конференций, которые не заслуживают доверия, а может и вовсе никогда не существовали. Он ничего не заявлял о возможных последствиях, но выводы напрашивались сами: провинившиеся будут наказаны.

На протяжении десяти лет Франко пристально наблюдал за ростом лженаучных публикаций в журналах: от несостоятельных посягательств на авторитет академических кругов до широко распространенных записей в научных резюме, которые практически неотличимы от общепризнанных исследований. По его словам, «нет ничего хуже, чем быть учёным» в наше время. 

Как правило, если исследователь хочет опубликовать результаты своей работы, то он обращается в авторитетные журналы. Его материалы подвергается тщательной проверке, включая экспертное оценивание. После публикации статью могут процитировать другие исследователи, а также средства массовой информации. На всё эти процедуры могут уйти годы. Некогда в этой отрасли доминировали пять изданий: Wiley-Blackwell, Springer, Taylor & Francis, RELX Group (бывшие Reed Elsevier) и Sage. 

Однако новая модель публикаций в режиме «открытого доступа» предоставила огромные возможности не только бесчисленному количеству академических кругов, но и мошенникам.

Возник новый вид заработка. Авторы были готовы платить за публикацию своих исследований (от 150 до 2000 долларов, если не больше). Кроме того, чем больше исследований они размещают, тем выше вероятность получения новой должности, продвижения по службе, гарантий трудоустройства и предоставления новых грантов от университетов и властей. 

«Мусорные» или «хищнические» журналы — компании, которые маскируются под авторитетных издателей, но принимают почти все заявки и забивают на редакцию — захватили научный мир.

И одно дело, когда такие исследования появляются в журналах, которые печатают, что угодно: например, люди, рождённые под влиянием Марса, идеально подходят на должность управленцев; шоколад является «супередой» или даже требования недовольных читателей «удалить их электронную почту из чёртовой рассылки».

Однако намного хуже, когда на страницах журналов с противоречивыми стандартами и репутацией появляются спорные, искажённые или фэйковые исследования о безопасности обычной питьевой воды, опровержения о вине человека на изменение климата или то, что вакцины провоцируют аутизм у детей.

Многие из них написаны учёными, которые не прилагая каких-либо усилий таким образом пополняют своё академическое резюме. А в некоторых случаях корпорациями и активистами, финансирующими сомнительные исследования и навязывающие определённые тенденции, которые затем публикуются в «мусорных» изданиях, после чего их подхватывают популярные медиа.

По оценкам Франко, такого рода компании настолько успешны, что впервые в истории количество публикаций фэйковых и недобросовестных научных работ в десять раз превышает проверенные исследования. По данным издательской компании Cabell's International, во всем мире такой практикой занимаются около 10 000 «всеядных» журналов, и еще тысячи находятся под подозрением.

«Повсюду шум. Почти невозможно услышать реальные сигналы, заметить реальные открытия», — сетует Франко.

О масштабах этой проблемы известно немногим; Франко в числе учёных, которые пытаются привлечь к этой теме внимание общественности. В 2017 году два американских инженера Марк Эдвардс и Сиддхартха Рой разместили материал (в одном из авторитетных журналов) на тему, что толкает исследователей на публикацию квазинаучных статей. Чаще всего они соглашаются на лженаучные публикации ради карьеры, игнорируя вредные и опасные последствия для все научной сферы. 

«Если критическая масса учёных утратит доверие общественности, то, возможно, наступит переломный момент, когда сама наука станет коррумпированной отраслью, наступят тёмные времена с разрушительными последствиями для всего человечества», — полагают исследователи.

Вполне возможно, что это уже случилось. Всё чаще журналисты, политики и широкая общественность (иногда преднамеренно, иногда нет) полагаются на квазинаучные исследования при принятии важных решений. Например, Эдвардс обнародовал результаты «научно несостоятельных» исследований, которые привели к отравлению питьевой водой 9000 детей в Вашингтоне в 2004 году и во Флинте в 2015 году. Малыши пострадали от свинца, который содержался в воде, в результате неправильно обслуживания труб в системе водоснабжения. В 2018 году материалы судебного процесса против Monsanto (в то время входящей в группу Bayer) показали, что компания финансировала исследования, дискредитировавшие доказанные выводы по гербициду «Раундапа» (торговое название глифосата — прим. пер.), который вызывает рак.

Фэйковые исследования настолько регулярно публикуют в различных изданиях, что авторитет экспертов или учёного в научном журнале поставлен под сомнение. И поскольку большинство университетов сосредоточены на количестве публикаций и финансировании, а «мусорные» издания стали своего рода лазейкой для учёных, чьи честолюбивые устремления преобладают над научными принципами, процесс обмена традиционными знаниями оказался нарушен. Учёные и академики по всему миру столкнулись с кризисом достоверности. И отчасти они сами виноваты в этом.

До появления онлайновых публикаций в открытом доступе исследователи из развивающихся стран долгое время обвиняли североамериканских и европейских издателей в трудностях публикаций. В то время крупные издательства получали бесплатный контент от учёных, нанимали коллег для бесплатного рецензирования и продавали его университетским библиотекам по завышенным ценам: в среднем 1660 долларов США за подписку на экономический журнал в 2001 году и до 1,1 млн долларов США за полный пакет в 2009 году. 

Кроме того, процесс рецензирования статей, который обеспечивал доверие к журналам и отраслевым стандартам, вызывал шквал обвинений в предвзятости и элитарности.

«Учёные во всем мире были вне себя от злости», — заявляет Франко. 

Строгая редакционная политика и дороговизна публикаций ограничивали доступность к материалам университетов, что фактически воспрепятствовало потоку информации. Большинство специалистов в различных сферах не могли попросту опубликовать материалы собственных исследований.

Вот они и восстали. С появлением интернета десятки тысяч учёных предпочли онлайновые журналы, которые принимали больше статей, проводили быстрые экспертные оценки и мгновенные публикации, а также обеспечивали бесплатный доступ к опубликованным исследованиям в интернете, на что традиционные издатели зачастую не соглашались. Модель открытого доступа демократизировала и глобализировала процесс, который многие исследователи считали элитарным и эксплуататорским. В результате чего доступ к свыше половины новых исследований в интернете открыт для миллионы людей совершенно бесплатно. Но всему есть цена.

В некотором смысле, новая модель открытого доступа развязала руки недобросовестным предпринимателям. 

Индийская компания Omics International, турецкая Всемирная академия наук, техники и технологий (WASET) и другие «мусорные» издания наплодили веб-сайты, которые мгновенно размещают непроверенные публикации. Со временем другие компании также начали выпускать «хищнические» журналы: Scientific Research Publishing, Baishideng Publishing Group и Canadian Center of Science and Education.

Владелец Omics International Шринубабу Гедела особенно преуспел в этой сфере. В начале нулевых, он изучал биологию в университете Андхра и дважды в месяц проезжал 700 километров в Хайдарабад, чтобы получить доступ к необходимым ему журналам. В 2007 году Гедела осознал потенциал публикаций в открытом доступе и основал Omic — одно из крупнейших на сегодняшний день в мире издательств, выпускающих квазинаучные материалы. 

Здесь работают тысячи сотрудников, под их началом работает 700 журналов, проводятся 3000 конференций по всему миру. Omics International мимикрировала под названиями Pulsus Group, Andrew John Publishing, iMedPub, Conference Series и десятки других компаний, базирующихся в Канаде, США, Великобритании и Сингапуре. 

«Omics зарабатывает от 45 до 50 миллионов долларов в год», — заявил мне Гедела (по данным Bloomberg Businessweek, годовой доход Omics в 2016 году составил 11,6 миллионов долларов США), большую часть прибыли приносят конференции среди учёных Европы и Северной Америки.

Гедела также приобрела два канадских издания (Pulsus и Andrew John) и начал использовать их для проведения псевдонаучных конференций, на которую едва не попал сам Франко: на Международной конференции по болезням, передаваемым половым путем, в качестве докладчика выступал специалист по ядерной обороне.

Спустя два месяца после рассылки по электронной почте Франко сообщил руководителям факультета, что он выявил список профессоров университета, которые, похоже, работают на Omics. Все они числись в качестве «редакторов, авторов и докладчиков» на официальном сайте компании. 

Несомненно, Франко не исключал той возможности, что компания присваивает себе достижения этих учёных. Однако сколько из 220 исследователей стали жертвами, а сколько вступили в сговор из корыстных побуждений? Это практически невозможно установить. На другом сайте компании можно найти список учёных из 95 университетов Канады.

Журналы, издаваемые Omics и похожими компаниями, легко выявить. Но есть тысячи издателей, особенно новых, которые затаились в «серой зоне», как утверждает Люси Ли, декан факультета естественных наук Университета Саймона Фрейзера. 

Редактура в таких журналах работает по тому же принципу, что и в нормальных изданиях, однако они зачастую игнорируют некоторые стандарты. В то время как «хищнические журналы» откровенно постят «фэйки», существуют журналы Hindawi (Египет),Frontiers и MDPI (Швейцария), которые публикуют проверенные материалы наряду с сомнительными работами и иногда позволяют авторам манипулировать собственными экспертными обзорами.

Гибкие стандарты таких журналов мешают сдерживать эпидемию квазинаучной информации. Ведь человеку далекому от науки практически невозможно ориентироваться в несметном количестве изданий с постоянно меняющейся редакционной политикой: даже бывалые исследователи не всегда могут определить, какие издания действительно научные. 

Зачастую на почту Ли приходят письма от сомнительных изданий с агрессивными просьбами написать статью или стать редактором. «Мусорные» издания живут благодаря учёным, которые согласны сотрудничать с ними. Трудно сказать, сколько из них руководствуются амбициями, а скольких просто ввели в заблуждение или обманули. Ли предупреждает студентов остерегаться любых не вызывающих доверия просьб на публикацию в журнале или участие в конференции.

Считается, что научные мероприятия организовывают профессиональные или академические сообщества, а не издательства. Однако всё не совсем так. Учёные получают приглашение на участие конференции, платят взнос, но даже не догадываются, что это подлог. Другие ученые участвуют в таких конференциях, осознавая фэйковость происходящего, чтобы сделать толще резюме или выбить оплачиваемый отпуск. 

Франко продемонстрировал коллегам опасности, которыми чревато сотрудничество с «мусорными изданиями» на примере одной истории своего коллеги. Исследователь прилетел на предполагаемую конференцию по онкологии только для того, чтобы узнать, что на ней не было ни организаторов, ни докладчиков. Присутствовало не более пятнадцати человек, а председатель начал импровизированное заседание со слов «давайте послушаем зрителей», чтобы просто убить время. Позже, когда коллега Франко попросил компанию вернуть деньги, она отказалась, а после обвинила присутствующих в провале конференции.

Популярность квазинаучных журналов и конференций стремительно возрастает. В 2015 году исследование, проведенное в Финляндии Ченю Шеном и Бо-Кристером Бьёрком, показало, что за год до этого учёные всего мира опубликовали 420 000 сомнительных статей в журналах, что в восемь раз больше, чем в 2010 году. Учёные выявили в общей сложности 966 «хищнических» журналов — больше, чем все серьёзные академические издательства вместе взятые.

К числу крупных игроков издательской индустрии можно отнести фармацевтические компании, чьи сомнительные исследования в области здравоохранения могут оказать серьёзные политические и социальные последствия. Недавняя статья в Bloomberg Businessweek показала, что компании Pfizer, AstraZeneca, Bristol-Myers Squibb, Gilead Sciences и Merck регулярно используют «хищнические» журналы для рекламы собственных препаратов от хронических болей в спине, диабета, артрита, ВИЧ и других заболеваний. Некоторые врачи доверяют этим исследованиям, а многие пациенты соответственно доверяют своим врачам.

«Это невероятно опасно.Что будет с пациентами, чьи лечащие врачи прочитают такие статьюи и внемлют их советам?», — задаётся вопросом Карли Броккингтон, главный редактор Canadian Journal of Respiratory Therapy

Многие профессора университета Макгилла постоянно обращаются к Франко со многими вопросами на эту тему. 

«Я не виню некоторых из своих коллег. Я понимаю, что их могли просто обмануть», — заявляет Франко.

«Мусорные» журналы плагиатят или копируют достоверные публикации в любой научной области, поэтому их так трудно распознать. Например, ScienceVier (квазинаучное издание) подражает научному журналу Elsevier. Журнал The Journal of Depression and Anxiety (издается компанией Omics) звучит почти так же, как и Depression and Anxiety (издается Wiley-Blackwell). 

Авторитетные издатели также создают журналы с открытым доступом, чтобы конкурировать с их фальшивыми альтер-эго. Preventive Medicine (в котором также работает Франко), выпускаемый Elsevier, создал собственную версию Preventive Medicine Reports с открытым доступом в ответ на на квазинаучный Journal of Preventive Medicine, принадлежащим iMed Pub, дочерней компании Omics.

И хотя большинство сотрудников университета поддерживают Франко, встречаются те, кто не согласны с ним. По его словам, в 2017 году три старших руководителя департаментов бросили вызов его усилиям, преуменьшая опасности, связанные с исследованиями, которые посвященны «мусорным публикациям». 

«Мне написали: "Эти люди имеют полное право заниматься бизнесом» — утверждает Франко.

В этом году декан медицины МакГилла назвал Франко «чемпионом факультета в решении этой проблемы». Однако по всей стране масштабы распространения квазинаучных изданий продолжают расти.

Продолжение следует

Оригинал: The Walrus

Автор: Алекс Гиллис

Дата: 27 мая 2019 года

Перевод: Александр Лоскутов