Всеобщий медиакласс и новый Август

Читая бубнеж охранителей о неисправимой русской интеллигенции, одержимой идеей разрушения России и их же всхлипы о том, что миллениалы и зумеры смотрят на Август в стиле "можем повторить", а бумеры не в состоянии их переубедить, я подумал вот о чем.

Ну, конечно, тут стоит говорить не об интеллигенции, а о медиаклассе, иначе получается некоторая подмена понятий. Так вот. По мере секуляризации общества светский медиакласс занял место культурного гегемона, до этого принадлежавшее церкви. Но любой культурный гегемон будет так или иначе претендовать на политическую власть. Как и любой экономический. И крик "мы здесь власть!" тут не просто некая демагогия или выплеск эмоций. Действительно речь идёт именно о власти как минимум на уровне "чтобы от нас что-то зависело".

Так вот. Если мы посмотрим на российский медиакласс именно в таком разрезе, все станет понятно. Люди с момента манифеста о вольности дворянской, после которого стали чем-то более-менее независимым от государственной машины последовательно шли к политической власти. ВФР и неудача декабристов, конечно, серьезно затормозили процесс, но после 1905 года оставался один последний, но самый важный шаг: дорваться до министерских портфелей. Чем это тогда закончилось, известно.

После 20 съезда история началась по новому кругу просто потому что не могла не начаться в условиях допущения хотя бы какого-то минимального разномыслия. Закончилось это Августом. И на сей раз медиакласс таки очень конкретно выиграл. На уровень влияния западных коллег, конечно, выйти не получилось, а затем и вовсе началась поэтапная утрата завоёванных тогда позиций. Но в России никогда ещё он так не поднимался.

Посему если итоги 1917 года вызывали у него чувство "никогда больше" до такой степени, что даже само слово "революция" стало для диссидентов времён застоя и перестроечных демократов неким табу (несмотря на то, что практически все хотели покончить с властью КПСС побыстрее и не реформировать, а снести, называть вожделенное торжество свободы и демократии революцией никто не хотел, людям было психологически слишком важно: это не повторение 1917 года, это другое), то итоги 1991 года, напротив, позволили медиаклассу поверить в себя и возмечтать о повторении с учётом былых ошибок.

Наконец, миллениалы и зумеры и впрямь имеют основания относиться к Августу лучше предыдущих поколений. Миллениалам не пришлось срочно менять профессию в среднем возрасте, месяцами сидеть без зарплаты, гибнуть в бандитских разборках или в Чечне. Зато ощущение, что все было можно у них сохранилось. Ну а зумеры тогда и вовсе толком не жили, так что могут позволить себе идеализировать 90-е не хуже, чем многие бумеры на рубеже 80-х-90-х идеализировали позднюю РИ.

И, конечно, миллениалы и зумеры - это поколения интернета, а интернет - штука такая... Дудем ты, конечно, без серьезных инвестиций там не станешь, но набрать свою первую тысячу подписчиков в блоге гораздо проще, чем было издавать свою газету в тысячу экземпляров в доинтернетную эпоху. Более того, такие медиакарьеры, как у предельно далёкого от "московских гостиных" Сталингулага или отлученного в 90-е от всех мало-мальски раскрученных СМИ покойного Крылова, были бы просто невозможны без Интернета. В общем, цена входного билета в медиакласс на несколько порядков поубавилась и даже появился некий, пусть и небольшой шанс стать знаменитостью без особых связей и финансовых вложений. Так что... Если когда-то давно русские школьники мечтали покорять далёкие планеты, а чуть позже - мир чистогана, то теперь - собирать лайки и репосты.

Свершился настоящий кошмар совков: "поганая молодежь" и "гнилая интеллигенция", в годы перестройки бывшие пусть и союзными политически, но все же разными стратами общества, слились в некую единую страту: если прямой диалог между Солженицыным/Сахаровым и кем-то из русских рокеров того времени представить себе довольно сложно, то беседу Навального с какой-нибудь Настей из IC3PEAK - запросто. Как я уже писал выше, светский медиакласс занял в обществе место, которое до него занимала церковь. И если реформация породила идею всеобщего священства, то интернет - что-то вроде идеи всеобщего медиакласса. Который явно заинтересован в новом Августе.