Всем заинтересованным лицам

Всем заинтересованным лицам


Пока я пишу эти строки, дышать становится всё труднее. Думаю, мне осталось не долго, но близкая смерть меня не страшит. У меня не осталось причин чтобы жить, всё, что у меня было, исчезло. Моя семья, мои друзья и знакомые, и все остальные... никого не осталось. Всё было уничтожено в одно мгновение, и весь мой мир разрушен.

Но я забегаю вперед. Я должен описать то, что случилось за последние дни. Или, по крайней мере, то, что случилось за последние дни со мной. Больше ничего мне не остаётся. Забавно, но сейчас есть власть изменить историю человечества раз и навсегда. Моё письмо станет последним, что будет написано человеческой рукой, и это будет единственное письменное свидетельство существования нашей расы. И хотя, как у автора этого письма, у меня сейчас есть неограниченная власть, я буду справедлив к человеческой истории. Я просто составлю отчёт о событиях, произошедших после сигнала тревоги. И ничего больше. Тогда все ужасы, порожденные людьми, умрут вместе со мной.

Я полагаю, что если вы читаете это, то вы немного растеряны. Скорее всего, вы не принадлежите к расе людей, так как я уверен, что я последний представитель нашего вида. Но если вы нашли это послание, тогда вы нашли и моё тело. Надеюсь, что оно всё ещё плавает рядом в невесомости, пока вы читаете. Я прервусь, чтобы спросить вас кое о чем. Посмотрите на мое лицо. Я уверен, что оно хорошо сохранилось - вакуум прекрасно оберегает мёртвые тела. Посмотрите на мое лицо, на его выражение. Оно искажено агонией или кажется мирным и безмятежным? Молюсь, чтобы вы выбрали второй вариант. Меня никогда не пугала смерть, но я всегда боялся боли. Довольно странно думать о том, как выглядит мой труп. Мне просто любопытно, видит ли мертвец свое лицо после смерти. Только представьте, что если это будет последнее, что ты увидишь - твое собственное лицо, искривленное от боли и страха. А потом просто просто темнота, вечная, слепящая темнота. Я чувствую желание бросить писать и свернуться в клубок. Теперь тут очень холодно, у меня уже дрожат руки. И температура продолжает падать. Но пока мое тело умирает, мой разум работает на пределе. Интересно, все ли испытывают такое перед смертью? Возможно, мозг понимает, что всё потеряно, и направляет всю энергию на мыслительные процессы, жертвуя телом. В общем, теперь у вас есть представление о том, что я сейчас испытываю.

Я чувствую, что моё сердце бьется всё медленней. Глаза начинают подводить меня, темнота расползается по границе зрения. Боюсь, у меня слишком мало времени, чтобы рассказать такую сложную историю во всех подробностях. Но я должен попробовать, и начну всё с самого начала. А началось всё с душа. По крайней мере, для меня.

Я был в душе, когда было сработала тревога. Это было три дня назад.

Наверное, вы запутались. Мне-то это всё кажется логичным и правильным, но со стороны похоже на бред сумасшедшего. Смешно, за последние три дня я совершил больше, чем любой здравомыслящий человек за всю свою жизнь.

Очень холодно.

Простите меня, я думал, у меня выйдет краткий и содержательный рассказ. Но я уже немало написал, при этом ещё даже не приступил к самой истории. Кажется, я слишком увлёкся. Простите меня.

Меня зовут Луис Фарнис.

Я работаю на НАСП, нео-американскую космическую программу.

Сегодня 7 марта 2110 года.

Земля исчезла.

Написать это на бумаге было не просто. Да, Земли действительно больше нет. И мне известно об этом уже третий день. Я наблюдал за последними минутами нашей планеты. Но именно сейчас, когда я написал это на бумаге, у меня возникло чувство завершенности.

Итак, я был командиром на Альфа 110-OP1. Проще говоря, на космической станции Альфа. Первая "лаборатория", которую создала НАСП. Хоть я и называю это лабораторией, но на самом деле это просто долбанная шпионская станция. Хотел бы я иметь больше времени, чтобы рассказать о событиях Земле. Но если совсем коротко: война. Война и страх. Вот почему я здесь. Как параноик, ожидающий нападения, наша страна нарушила свои собственные обещания и договоры и вывела военную станцию на орбиту.

Моя рука совсем замёрзла. Странно, что теперь мерзнет только моя правая рука. Смерть рядом. Я чувствую её, такое ощущение, что кто-то пристально смотрит мне в спину. Пару раз я даже оглянулся, ожидая увидеть кого-нибудь... но там была лишь темнота. Тогда я вспомнил, что они все мертвы.

Весь мой экипаж мёртв.

Опять это мерзкое чувство в желудке. То же самое я ощущал, когда смотрел, как они умирают.

Назад к моему рассказу. В глазах темнеет всё сильнее, захотелось смеяться безо всяких причин. Мне нужно торопиться.

Когда всё началось я был в душе.

Я мыл волосы, и вдруг взвыли сирены. Почему-то я прекрасно запомнил, как вода стекала по моей спине, мыло было в правой руке, мочалка в левой. Тогда я ещё был таким свободным и совершенно нормальным. Перед глазами до сих пор стоит душевая кабина.

Потом были сирены.

Не помню, как я вышел, как одевался. Я не помню, как я бежал по коридору на капитанский мостик. Следующее моё воспоминание - это лицо Эрика. Глаза широко раскрыты, по щекам бегут слёзы. Никогда прежде я не видел его в таком состоянии.

- Эрик, в чём дело?

До чего смешно звучал мой голос. Я пытался придать ему уверенный тон, но сейчас мне кажется, что это больше было похоже на писк.

- Это конец.

Эрик ответил едва слышно. Теперь, когда я мог проанализировать всё что творилось у меня в голове, это напомнило мне просмотр фильма. Я понимаю, что будет дальше, но всё равно это кажется захватывающим.

- Конец чего?

- Наш конец.

Следующее, что я помню, это как я смотрел на Землю через огромный иллюминатор. Прибыли остальные члены экипажа, Эмили и Пол. Они изо всех сил пытались успокоить Эрика, чтобы понять его бред.

Я просто смотрел на Землю. Я понимал, о чём он говорит.

Эрик показал мне распечатку. Документ, в котором при правильном прочтении можно было увидеть приговор всему человечеству. Он показал мне отчёт о нашем последнем исследовании, последние полученные данные.

Мы занимались отслеживанием траектории дрейфа астероида.

Думаю, вы понимаете, к чему я веду. Эрик рассказал всё остальным. Он показал им распечатки с полученными в ходе исследования расчётами. Полу и Эмили не понадобилось много времени, чтобы разобраться что к чему, всё-таки они были прекрасными специалистами. Они увидели то же самое, что и я. Рассчитанный нами курс астероида не совпадал с реальным. Возможно, в каком-то уравнении была ошибка, может быть, кто-то ввёл неправильную переменную. В любом случае, было уже слишком поздно, чтобы что-то исправить.

Помню, как остальные присоединились ко мне, мы смотрели в иллюминатор вместе. Все молчали. У нас оставалось два часа, если расчёты были правильными. Два часа. Когда вы устанавливаете своей жизни временные рамки, время будто бы замедляется.

Насколько я помню, так мы простояли около часа. Мы просто стояли, смотрели и думали, каждый о своём. Я прокрутил в голове тысячи сценариев по спасению планеты, но ни один из них не мог спасти этот мир. Ни один.

Я был первым, кто нарушил тишину.

- Насколько большой астероид?

- Планетарный убийца.

Мы помолчали ещё какое-то время.

- Мы не будем им говорить, - помню, как я сказал это. Я говорил так тихо.

- Думаешь, нас тоже заденет? - спросил Эрик. К этому моменту его слезы уже высохли, он смог взять себя в руки.

Я утвердительно кивнул. Наверное, именно тогда я осознал, что наши жизни скоро оборвутся.

Мы простояли в тишине еще час.

- Что ж, было приятно познакомиться, - сказала Эмили. Её лицо было таким спокойным. Я смотрел на нее в ожидании последней минуты своей жизни. Эмили была такой умиротворенной. За два часа молчания она сумела со всем смириться.

Вы когда-нибудь видели, как умирает планета? Я не могу этого знать. Но, если честно, это красивое и грандиозное зрелище.

Эта мысль пришла мне в голову, когда астероид врезался в Землю.

Всё произошло очень быстро. В поле нашего зрения вплыла гигантская скала, потом она неторопливо вошла в атмосферу Земли. Тогда мы заметили несколько вспышек, похоже, это была отчаянная попытка уберечь Землю от полного уничтожения. Но всё было бесполезно. Астероид проплыл сквозь атмосферу и упал на поверхность. То, что последовало, было удивительно.

Была ярчайшая вспышка. Я поднял руки, чтобы прикрыть глаза, открыть их я смог только через несколько секунд. То, что я увидел, ошеломляло.

Земля распалась на тысячи огромных кусков. Внутренности планеты, расплавленная мантия и ядро изверглись в космос. Океаны исчезли через несколько мгновений,превративший вместе с атмосферой в бесформенные пылевые облака. Весь иллюминатор заполнился красным, оранжевым и черным. И во всех этих разрушениях казалось, будто останки планеты кружатся в вальсе. Огромные фрагменты, которые ещё недавно были континентами и сушей, врезались друг в друга и вращались и вертелись в невообразимом хаосе.

Мы всё ещё стояли и заворожено наблюдали. Потребовалось несколько минут, чтобы понять - мы ещё не умерли. Каким-то образом, казавшаяся неминуемой гибель минула нас.

- Мы ещё живы... Но, возможно, именно сейчас мы попали в ад... - прошептал Пол.

- Надеюсь, что нет, - впрочем, уверенности у меня не было.

***

Следующее, что я помню, день спустя. Понятия не имею, что произошло после гибели планеты, здесь у меня настоящий провал в памяти. Похоже, мой разум просто не зафиксировал это, но начал работать на следующий день. То есть вчера. Да, вчера.

Вчера был день, когда они все умерли.

Под "они" я подразумеваю мою команду. Мои друзья. Люди на этом одиноком, маленьком, забытом в океане пустоты судне. Мы все собрались в медицинском отсеке. Зачем? Я не могу сейчас вспомнить. Но это то, что рисует мне мой разум. Место их смерти.

Мы сидели за столом все вместе, но говорили только я и Эрик, Эмили и Пол слушали молча. Мы говорили о нашем спасении. Говорили о выживании. Он сказал, что мы можем провести на станции ещё много лет. По его словам, у нас было всё необходимое.

- Что насчет еды? - я всё ещё пытался рассуждать разумно.

- У нас достаточно запасов, чтобы продержаться как минимум полгода. Остальное мы можем получить из теплиц.

- Что с кислородом?

- Запаса хватит, по крайней мере, на девять месяцев. Пополнять запас будут тепличные растения, - голос Эрика дрожал от волнения.

Тогда я подумал, что мы могли бы продержаться. У нас была еда, кислород и энергия от солнечных батарей. Я действительно начал верить, что мы можем это сделать.

Но тут меня словно окатило холодной водой...

Вода.

Это могло бы сработать, наверняка сработало бы, если бы Земля не была разрушена астероидом. Мы все забыли об этом. Забыли, что всего за четыре дня до этого система очистки воды вышла из строя. Забыли, что через три дня мы должны были получить запчасти для ремонта. Но теперь мы никогда их не получим, я вспомнил, что единственное место во Вселенной, которое их нам прислать, прекратило своё существование.

- Да, по поводу системы очистки... - Эрик отложил свои расчёты и посмотрел на меня. В глазах читалось отчаяние. Он тоже понял. У нас было очень мало воды.

- Мы могли бы... Эрик ещё пытался найти выход, но для меня всё было очевидно. Нас было четыре человека, мы расходуем воду на питьё и гигиену. Нам хватило бы нашего запаса максимум на несколько недель. Вчера этого было достаточно, так как нам всего лишь нужно было дождаться деталей для ремонта фильтров. Но сейчас этот запас казался каплей дождя.

- Эрик, этого недостаточно, - помню, как я тихо произнёс слова и покачал головой. Я поднялся со стула и прошёлся по отсеку.

- Просто подожди, дай мне посчитать, - Эрик сказал, снова взялся за свои расчёты на бумаге. Но думаю, в глубине души он как и я понимал, что шансов не было.

Именно тогда я увидел скальпель.

Он лежал вместе с остальными хирургическими инструментами в небольшой пластиковой емкости, заполненной зеленоватой стерилизующей жидкостью. Я смотрел на него всего мгновение, и понял, что нужно делать. Я спасу свою команду, убив её.

Мне потребовалось пара секунд на принятие этого решеня. Не знаю, что тогда произошло у меня в голове. Может быть, я просто сошёл с ума, это было бы лучшим объяснением. Как бы то не было, я схватил скальпель и повернулся.

Я видел, как они все сидели за столом. Эрик прикрывал меня спиной, он сгорбился над своей бумагой. Когда я подошёл ближе, Эмили подняла голову и увидела меня со скальпелем в руке. Наши взгляды пересеклись.

Она молча кивнула.

Я ударил Эрика сзади, в первую же часть тела, которая пришла мне в голову. В висок. У меня внутри раздался вопль, я всей душой надеялась, что это будет безболезненно, что он ничего не почувствует. Он даже не успел ни вскрикнуть, ни застонать. Последнее, что я от него услышал - тихий вздох. Его голова упала на стол.

Потом я повернулся к Эмили. Она смотрела на меня, её взгляд был совершенно спокоен. Она всё понимала. она знала, что я просто спасал их. Я делал неизбежную смерть быстрой и безболезненной. Я поступал правильно!

Эмили слегка повернула голову, открыв мне свой правый висок. Мне хотелось тогда разрыдаться... Хотелось взять скальпель, воткнуть его себе в сердце и сдохнуть... но нельзя. Я должен был закончить.

Я сделал это быстро. Эмили лишь немного поморщилась, прежде чем упасть на стол рядом с Эриком. Остался Пол. Остановиться и подумать было некогда, я должен был просто действовать.

Когда описываешь события на бумаге, кажется, что всё происходит очень медленно. Но на самом деле, на убийство своих друзей я потратил лишь пару мгновений. Пол не смог мне помешать, но он уже вскочил из-за стола и был готов защищать себя. Я бросился на него, размахивая скальпелем. Пол кричал и отбивался, но в итоге мне удалось сбить его с ног и несколько раз ударить скальпелем в шею и грудь. Я надеялся задеть что-то жизненно важное, чтобы это всё скорее закончилось. Пол, наконец, перестал дёргаться и замер, изо рта и порезов на шее хлестала кровь.

Я встал на ноги и огляделся вокруг. Мои руки были в крови. Как и комбинезон. Как и весь медицинский отсек. От этого зрелища и осознания содеянного меня затрясло.

Всё это случилось вчера, но я так и не сменил окровавленную одежду.

Немного придя в себя о отправился в диспетчерскую и отключил системы жизнеобеспечения. После этого я вернулся в свою каюту, единственную каюту с иллюминатором. Здесь я это сейчас и пишу.

Я их спас. Думаю, я поступил правильно. А может быть, я сумасшедший, и просто пытаюсь оправдать их смерть.

Теперь это не важно. Через несколько минут я буду мёртв. Воздуха не почти не осталось, я делаю максимально глубокие вдохи, лишь бы не отключиться. В глазах темнеет всё сильнее. Я снова чувствую на себе чужой взгляд сейчас.

Я думаю, что буду сидеть у окна, когда это произойдёт. Земля сегодня выглядит особенно красиво.

Подпись: Луис Фарнис

Взято тут.