Всегда космос

Мне ещё с детства говорили не общаться с незнакомцами. «Ты понятия не имеешь, кто перед тобой. Это может быть очень плохой человек». Я не задавал вопросов, и когда случалась подходящая под описание ситуация, я делал всё как сказано: молчал, отворачивался и уходил. Все неизвестные люди пугали меня. Из-за этого или из-за моей их боязни в целом, я ни с кем не вступал в диалог. И друзей у меня особенно много не было, может, как раз от этого. Зато с семьёй я постоянно общался, моей любимой темой был космос. Всегда космос.

В лет так шесть, как я помню, мне подарили книжку. Красивую, качественную и очень интересную: обложка с планетами и серыми человечками, бело-красное оформление, множество блоков с дополнительной информацией на страницах. Название я точно вспомнить уже, к сожалению, не смогу – книжку я эту давно потерял –, но там было что-то вроде «Космос. Солнце. Планеты». Она касалась всего, что могло бы заинтересовать мою маленькую голову – бескрайних просторов с тысячами звёзд, устройства нашей солнечной системы и, конечно же, пришельцев и их возможного существования. А как же без них? Это был, к слову, мой самый любимый раздел. Как сейчас помню, как в первый раз прочитал там маленький блок, посвящённый гипотезе «тёмного леса». Её суть заключалась в том, что пускай мы во Вселенной и не одиноки, связываться с нами никто не собирается из-за страха быть обнаруженными кем-то ещё. Такое представление долго не выходило у меня из головы, прочитал я это, вдобавок, как назло, перед сном. Свою лампу-космонавта я выключать тогда не стал.

И, если это ещё не очевидно, я был очень пугливым и впечатлительным ребёнком. Даже какие-то мелочи могли надолго засесть в моей голове. Например, когда старший брат в ответ на мои вечные расспросы про пришельцев показал мне фрагмент из «Людей в чёрном» (с человеком, внутри которого был инопланетянин), я расплакался и убежал. Меня так ещё ничто не ужасало, я тогда ещё даже не понимал концепт фильмов и тот факт, что реально этого не происходило. Я уже думал, что и внутри меня, возможно, кто-то сидит, и внутри мамы. А может и внутри самого брата? В общем, в кинотеатрах я ужастики никогда не смотрел, да и в игры страшные не играл. Не нравятся они мне.

И вот, из такого любознательного малыша вырос здоровенный двадцатилетний лоб, получающий образование физика-теоретика в ВУЗе своей мечты. Мне все говорили, что интерес мой рано или поздно иссякнет, но он, как само пространство, бесконечно расширяется. Такую красивую аналогию я придумал, когда гулял вечером по парку где-то на окраине зимней Москвы. Небо было удивительно звёздное, я смотрел на него и думал: «Раньше я бы представлял сереньких чудиков, бегающих по Луне, а сейчас думаю о том, как конкретно Луна двигается. О времена, о нравы!» Какая-то лёгкая волна ностальгии захлестнула меня. Не такой ностальгии, которая душит, а такой, которая вдохновляет. Я не предал маленького себя.

Я не помню, сколько времени я проходил в таком полубредовом-полуэйфорийном состоянии, но когда я очнулся, то понял, что неплохо так припозднился. Было страшно темно, а фонарей вокруг не было нигде. То ли я случайно свернул в густой лес, то ли во всей столице пропало электричество. Естественно, я просто-напросто заплутал. Из книжек, похожих на ту, что я уже описывал выше, я вспомнил, что можно ориентироваться по мху, но удивительно легко найдя спасительное растение я осознал, что знание сторон света мне сейчас никак не поможет. Забыл упомянуть: телефон у меня сел, я от этого и очухался – музыка в наушниках перестала играть.

И вот, побродив некоторое время по невероятно живописным лесам без листьев, я начал слышать какие-то звуки. Вроде это были машины, я надеялся, что вышел поближе к МКАДу. Начав вглядываться в темноту примерно в направлении гула, я заметил чей-то силуэт. Сгорбившийся, кривой, но человеческий. Он двигался в направлении меня.

Я не понял, как, но это нечто резко оказалось в паре шагов от меня. От него пахло влагой, причём очень тяжёлой, почти металлической. Несмотря на физическую близость я вообще не мог рассмотреть деталей его внешнего вида. Вдруг оно начало говорить:

- Молодой человек, подскажите, как найти улицу Вишнёвую?

Я молчал. Мой тёмный собеседник издавал гул, походивший на затруднённое дыхание.

- Парень, скажи, как на Вишнёвую выйти?

Голос изменился. Из скрипучего он резко стал глуховатым и рыхлым, будто эхом в нём отражались десятки пачек выкуренных сигарет. Но я ничего не отвечал. Дикий ужас, ровно как в детстве, сковал мои мышцы настолько, что я с трудом моргал. Пересиливая себя, я попятился назад, пытаясь делать это настолько незаметно для незнакомца, насколько это в целом было возможно.

- Пацан, я ж тебя запомню…

Тембр снова поменялся. В нём и в самой фразе было что-то жуткое, настолько, что я развернулся и рванул в противоположную сторону со всех ног. Я не помню, как долго я бежал, казалось, вечность. Сухие ветки деревьев царапали лицо, но страх глушил любую боль. Через какое-то время я оказался на поляне, похожей на ту, что я уже проходил. Тишина была всепоглощающей, я отчётливо слышал своё дыхание. Кажется, существо за мной не бежало и делать этого даже не собиралось, но меня это ничуть не успокаивало. Я поднял глаза, вскрикнул и упал назад. На опушке был кто-то ещё.

На этот раз фигура была иной. Длинные конечности, вытянутая голова, шея размером с мою руку. Она напоминала не человека, а манекен, на который надевают одежду в магазине. Мне ясно запомнились серая кожа и стеклянные глаза, уставленные на меня. В отличие от прошлого существа, это меня, к огромному удивлению, вообще не пугало. Тут оно начало говорить: тихо, глухо, с явными ошибками, но отчётливо, нарезая слова.

- Дорогой друг, не бойся, я есть мир. Мы должны прятаться. Оно внутри него. Оно помнит тебя.

Я сразу понял о ком речь. Долговязая сущность подошла ко мне и вручила мне что-то прямоугольное, не уверен, что именно, и указало куда идти. Я пошёл, она шла следом, и через некоторое время я очутился у себя в кровати.

Мне нравится думать, что этот сон – подтверждение того, что я на правильном пути. Я не стал говорить с незнакомцем, что спасло меня от ужаса из детства, вдобавок и инопланетянина повстречал, пускай и во сне. Маленький я был бы мной доволен, наверное. «Надо внутреннего ребёнка порадовать» – подумал я, взглянув на свою полку с книгами, среди которых виднелась та самая «Космос. Солнце. Планеты».