Восход нового.

Вот кого-кого, а занудного нёрда, желающего лишь поскорее доиграть катку и полистать ленты в тик-таке, на улицу выманить было крайне сложно. Тот даже через раз ходил в универ, а потому его радость в наступивших и недолгих летних каникулах заключалось по большей мере в том, что задротить в очередную компьютерную игру он стал намного больше, нежели раньше, при учёбе. Естественно, он и заказы выполнял в перебивку очередной проигрышной игре, в которой из тимейтов у него были разве что одна избитая мурчалка, бот, да два нытика в тиме, что поносили всех, кроме друг друга. Стоит ли говорить, что Дилан был единственным получившим высшую оценку? Тяжело.

И Лололошка думал так же! Вернее, усердно делал вид заинтересованности в том, что у Дилана в команде на подборе вновь идиотов закинуло. Сам же парень не особо понимал, о чём речь, какие мурчалки и почему программисту так часто не везёт в этих всех играх. Впрочем, неважно. Старшекурснику было важно, что его слушают и поддерживают в его матерных выражениях, хотя Карл такого бы точно не одобрил.

Но кто им теперь помешает?

В общаге остались лишь те, кому некуда было идти, или кому не хотелось куда-либо идти. Благо, за небольшую дополнительную сумму университет позволял молодым студентам оставаться в общежитии, а за какие-либо заслуги за год и того снижал цену, пусть, и не сильно.

Карл уехал к своей бабушке, остальные отставать от него не стали и, собрав свои пожитки, разъехались к своим родственникам. У Дилана же их не было, а Лололошка и не видел то своих никогда. Он смутно помнил, как оказался на пороге величайшего университета и совершенно не понимал, как его вообще приняли на поступление, когда о нём совершенно ничего не было известно. Впрочем, его благополучно сочли иностранцем и отпустили с Богом.

Пусть с Диланом и так всё было ясно, тот сидел в своей комнате и выходил только по особо важным делам, с Лололошкой же было всё не так однозначно. Он был слишком активной личностью, без движения ему казалось словно бы мир разорвётся на части. А потому его по нескольку дней могло носить не пойми где, а после он возвращался, быстро делал какие-то свои дела и вновь куда-то сваливал, словно бы сон тому не был нужен и вовсе. Или он спал где-то в другом месте? Дилана этот вопрос волновал не так уж и сильно, чтобы задавать его энергичному соседу, хотя они и неплохо сдружились за всё проведённое время. Как минимум, он очень стойко верил в то, что внутреннее волнение и навязчивая мысль позвонить этому молчаливому урагану не больше, чем простая непривычка из-за отсутствия чего-то, что всегда было привычным и близким.

В один такой тёплый день неожиданно слышится задорный голос, который теперь появлялся в комнате обычно лишь по вечерам, когда тот приходил принять тот же душ или взять что-то из сундука. Привычно энергичный и шустрый шаг тут же раздался позади геймерского кресла, на котором удобно располагался Дилан, как раз заканчивая работу.

– Чего тебе? – сухо бросает студент, так и не подняв взгляда на вошедшего.

– Дилан, не хочешь прогуляться? – почти радостно восклицает Лололошка, тут же разворачивая геймера к себе лицом. На губах Ло так и расцветала улыбка, предшествующая нечто безгранично интересное и наверняка опасное, ведь это Лололошка. Вокруг него ничего не бывает спокойным.

– В прошлый раз наши похождения чуть не закончились арестом на пару суток, – выдыхает Дилан почти удручённо, уже прекрасно зная, что, раз уж Лололошка предложил, то не отступит от этой затеи с Диланом или без.

– Ну Дила-ан! На этот раз я обещаю, что ничего подобного не случится, – чуть ли не взмолился Лололошка, сразу же состроив невинные умоляющие глазки. – В этот раз ничего криминального! Тебе точно понравится.

– Ладно, но если ты и в этот раз меня во что-то втянешь... – брюнет погрозил пальцем, посмотрев на голубоглазого с максимально серьёзным видом. В этот раз выплачивать штраф не хотелось, да и молиться, чтобы их в обезьянник не упекли тоже желания не было.

– Спасибо-спасибо-спасибо! Ты лучший, Ди! – стоило только старшему согласиться, как шатен тут же обнял его, чудом не роняя их вместе с креслом на пол.

Со стороны кровати о чем-то промурчала Абилка, кажется, намекая на то, что пришло время кормёжки. Что ж, придётся оставить ей еды и воды с бо́льшим запасом, ведь неизвестно, насколько долго вся эта авантюра, которую затеял Ло, ещё продлится.

***

От назойливого парнишки можно было ожидать всё, что душе угодно, но уж точно не прекраснейшего вида на ровное озеро, в прозрачности которого отражался свет солнца, что уже довольно стремительно приближалось к противоположным верхушкам деревьев, наровясь поскорее спрятаться и пропасть из видимости. Конечно, Дилан понимал, что его, вероятно, вновь повезут на природу, но он ожидал, что пойдёт какой-нибудь дождь в знак протеста чужому выходу на улицу.

Что ж, дождь не пошёл, а вместе с тем Лололошка сумел довести нерда до довольно простороного и милого места. Когда Ло заявил, что они останутся здесь ночевать в палатках Дилан хотел уж было возразить, но завидев ведёрко с мясом и шампур, тут же притих, прекрасно поняв, что шашлыки они свежими поедят лишь в том случае, если останутся здесь. Видно, не судьба ему вернуться сегодня в тёплую кровать.

Пока голубой шарфик устанавливал палатку, Дилан занялся чуть более муторной работой. Завязав несильно длинные волосы в маленький хвост, он что-то прошипел на счёт своей чёлки – та была уж слишком длинная, чтобы закрывать ему обзор, но слишком короткая, чтобы достать до чёрной резинки, которую когда-то ему подарил именно Ло, заявив, что каре тому бы подошло. И Дилан послушался, решив оставить их чуть длиннее обычного.

Собирая хворост на краю леса, не уходя слишком далеко от разбитого ими лагеря, Дилан задумывается: почему он вообще согласился поехать? Знал ведь, что поедут они на природу, иного продолжительного места обитания Лололошки попросту не существовало. Но, не особо любя всю эту глушь, он всё равно согласился с ним поехать. Почему? Зачем? Дилан ответа на эти вопросы не знал, да и отвечать на них, честно говоря, не хотел. Этот шатен просто въелся в голову, да и программиста бы он не оставил в покое, вытряхивая из его разума всё разумное и не очень.

Очнулся он от своих мыслей лишь тогда, когда приятно знакомый голос окликнул его, возвращая в реальность несчастного Дилана, который чуть в дерево не врезался, пока размышлял об этом парнишке.

Постелив на короткой траве какой-то старый плед, Дилан тут же на нём приютился, скучающе попивая сок. Баночка энергетика, что лежала дома была бы намного лучше этого фруктового нечто, но, впрочем, выбора особо не было, Ло всё равно не оценит подобные напитки. Хотя, с каких пор Дилану есть до этого дела? В груди аж сжимается что-то от подобных размышлений, а потому он тут же перенаправляет свои мысли в иную стезю.

В это же время Лололошка занимался прекрасным мясным блюдом, которое в народе носило простое название – шашлык на костре. У Дилана уже от запаха слюнки текли, а в животе урчало. Стоило всё-таки утром позавтракать... Как жаль, что программист всегда пренебрегал приёмами пищи в срок. Теперь, вот, расплачивается за своё безразличие к столь важному событию, как завтрак.

Повезло, конечно, что ждать долго не пришлось и Ло уже вываливал из решётки курицу с золотистой корочкой. Аромат был столь манящим, что руки так и тянулись поскорее взять хотя бы маленький кусочек такого изящества, но по руке тут же несильно ударили, молча напомнив, что оно только-только приготовилось и жутко горячее, буквально огонное.

– Ну и вредина, – шикнул Дилан в ответ на такое дерзкое действо, и отвернулся смотреть на алый закат.

День прошёл насыщенней обычного, и от этого в груди как-то было непривычно приятно. Как-то почти тепло. Его редко куда звали, по большей части потому, что знали – Дилан никуда не пойдёт, даже под дулом пистолета на такое не согласится. А тут стоит Лололошке состроить молящий вид, поманипулировсть тартаром с дополнительной порцией и вуаля! Дилан на улице. Не просто на улице, а даже спать будет на улице – формально, конечно, в палатке, но не суть важно! Такое событие было воистину удивительно явлением.

– Тебе все и сразу подавай, – хихикнул Ло в ответ, слабо толкнув того в бок. От такой дерзости хотелось сердиться и смеяться одновременно. Ну что за напасть то!

Солнце уходило всё дальше за горизонт, оставляя после себя остатки света, что рассеивались вслед уходящему вдаль солнцу. Небо розовело постепенно сильнее, пока не начало становиться все более фиолетовым и тёмным. Где-то в углу зрения загорелась первая звезда, а за ней и вторая, где-то там – третья, а следом – четвёртая. Маленькие огоньки заполняли всё темное небо постепенно и плавно. Чарующе. Солнце ещё не успело скрыться до конца, а звёзды уже выскользнули наружу, наровясь привлечь к себе больше внимания.

Неожиданно Ло наклоняется к Дилану ближе. На лице его – улыбка. Мягкая, как и всегда беззаботная и по-наивному детская, что аж дрожь берёт от такой доверчивости конкретно к Дилану, который всех одним своим внешним видом отпугивал, а манерами – и того подавно. Но парня это не останавливает. Он наклоняется всё ближе, и ближе, и ближе; вплоть до того, что их носы соприкоснулись, а с лица его так и не ушла улыбка – такая добрая и милая, что взгляд сам по себе задерживается на этих тонких губах, а в горле пересыхает.

Дилан усердно молчит, отказываясь комментировать происходящее, но и не отдаляется, оставаясь на месте. Тёплое дыхание касается его собственных губ, и в груди вновь что-то замирает, сжимается так сильно, что слышен каждый стук собственного сердца, и Дилан без понятия, как справиться с этим чувством внутри. Хочется поддаться искушению, прильнуть еще на миллиметр ближе, чтобы просто коснуться. Хотя бы не поцеловать, а коснуться – невесомо, мягко, кратко. Хоть что-нибудь, но ни это бесконечное ожидание, ни этот яркий, задорный и игрый взгляд, что пробивает в Дилане дыру.

– Да или нет? – от этого вопроса, кажется, у Дилана выпала земля из под тела, оставив его одного парить в пространстве. Перед глазами ничего не стало видно, кроме этого парня, что продолжал так нагло жаться ближе, улыбаясь так, словно бы это - абсолютная норма. И Дилан бы солгал, если бы сказал "нет".

Всего одна секунда и весь мир окончательно замораживает время. Вся вселенная перестаёт существовать, стоит Дилану вместо ответа поддаться самому вперёд и оставить теплый отпечаток своих губ на чужих тонких. Немного скомканный, слишком быстрый, смущенный до самого нутра существа Дилана, но поцелуй. Почти мягкий, пусть и нервный. Неуклюжий, но искренний. И это, кажется, выбивает землю и из под ног Лололошки, ведь тот замирает на долю секунды, что кажется вечностью, и смотрит так ошарашенно, словно бы не он только что так вальяжно пристраивался поближе к Дилану, соблазняя своей улыбкой чужой разум.

Дилан отстраняется быстро, краснеет до самых ушей и сам не совсем понимает, зачем это сделал. С губ уж было наровило сорваться извинение, как его мягко перебивают, в этот раз совершенно полноценно целуя в губы. И никто не бежит от этого. Оба прижимаются ближе. Не углубляют столь интимный момент, но и не позволяют ему закончиться так мучительно быстро.

Через пару секунд они отлипают друг от друга, и перед их глазами проносится весь мир, вся прожитая ими жизнь, которую они помнят. Щебет птиц снаружи созданного ими пространства больше не существует, далёкого шелеста листвы не слышно, только дыхание напротив – прерывистое, быстрое, смущённое.

Губы Лололошки растягиваются в улыбке совсем медленно, но так нежно и влюбленно, что голова начинает кружиться от такой искренности этого парня. Какой-то груз словно бы свалился с плеч и Дилану стало значительно легче. Лололошка вскоре устроился лёжа на пледе, положив голову на колени нёрда, у которого внутри всё трепетало и пело, расцветая новыми красками во всех смыслах этой фразы.

Мир схлопнулся окончательно, когда Дилан осторожно, но нежно смахнул прядь вьющихся волос со лба Лололошки и стал перебирать локоны между пальцами. Редко его короткие ногти касались кожи головы и посылали мурашки по всей коже вдоль спины лежащего.

— Это было да? — зачем-то наивным тоном спросил Ло.

Ди молча посмотрел на костёр и хмыкнул. Что-то его забавляло, но парень не мог понять, что именно. Поцелуй? Рука на его голове? Голова на коленях? Взгляд к взгляду? Он сам так на него повлиял или вкус шашлыка на его губах?

Языки пламени играли в глазах брюнета и делали что-то невероятное с его лицом. Оно озарялось чем-то горячим, живым, словно до этого Дилан таким не был. Его лицо было светлым и глубоко красным. Сложно понять, от смущения это или от огня напротив.

Рука не прекратила поглаживания, даже больше приласкала и потяжелела. Очевидно, Дилан окончательно расслабился и, придя к какой-то мысли, наклонил голову и посмотрел Лололошке в глаза.

— Да. — Одними губами ответил он. И Ло вмиг расплылся в ласковой и солнечной улыбке, которая и так обычно не спадала с его лица.

Даже когда солнце было давно за горизонтом, оно проступало в светлых веснушках на его щеках и на носу. Солнце было в его ямочках и морщинках у глаз. Он озарял всех вокруг даже в самой глубокой темноте.

Ло понял, что Дилан задержал дыхание и даже рука перестала двигаться. Он не улыбался, просто смотрел на него.

— Лололошка... — Он сглотнул ком в горле, — что это значит? — Под этим он имел ввиду и кемпинг, и шашлык, и поцелуй... Хотя поцеловал он Лололошку первый.

— Это? — Переспросил Ло, словно не расслышал, а потом задумался. — Мне кажется, ты мне нравишься, Ди. — Как-то легко произнес он. Словно и не тяготили его эти мысли и чувства.

— Нравлюсь?.. — Дилан явно не поверил этим словам, пока не ответил на свой собственный вопрос.

«Почему я позволяю ему быть таким близким??»

— Потому что нравится... — Шёпотом произнёс программист и прикусил губу.

— Это взаимно? — Кажется что-то Лололошка услышал.

— Взаимно. — Лишь кивнул тот.

— О... — Лололошка неловко усмехнулся.

Он думал, что эти чувства немного... Не те, которые нужны были его другу. Они в конце-концов друзья, очень близкие. Какие могут быть симпатии, если вы почти что братья? Да, в целом, плевать. Ло не был уверен во взаимности, но она оказывается есть.

— Давно? — Спросил он тут же.

— Не знаю. — Честно буркнул нерд. Он снова посмотрел на уже поутихший костер. Словно их чувства так же усмирились, стали глубже и осознаннее.

— Там большая медведица, — вдруг перебил этот момент Ло и ткнул пальцем к черное небо, куда-то за голову Дилану.

Тот повернулся и постарался под нужным углом рассмотреть точки. Да, действительно там была большая медведица.

— А малая?

— Она где-то рядом, ищи ее.

И они нашли, чуть выше, ближе к полярной звезде. Ковши ярко светились и, кажется, даже издавали звуки. Ночные звуки. Вокруг все тихонько стрекотало и гул перебивал глубокие мысли, даже, вернее сказать, тревоги обоих студентов. Друзей... А друзей ли теперь?

Костер громче прежнего затрекотал, словно напомнил о том, что они не доели.

— Шашлык. — Сказали они почти одновременно и захихикали.​

А потом снова молчание. Они молча ели, но эта тишина не сгущалась и не напрягала. Всё было спокойно, даже небрежно и привычно словно и не было никаких поцелуев и признаний в чувствах.

— Знаешь, — между чавканьем начал Ло. — Все так удивились, когда узнали, что ты со мной таскаешься по моим делам. Мол:"Дилан нелюдимый, дикий, не любящий улицу и людей" бла-бла-бла... — Он изобразил другого человека в виде шашлыка в замасленной руке.

Дилан чуть не подавился, когда начал смеяться.

— Ты может и не любишь людей и улицу, но это не значит, что не хочешь, чтобы тобой интересовались.

Брюнет недоуменно посмотрел на друга.

— Нет, серьёзно, ты бы видел свои глаза всякий раз, когда я прошу тебя о чем-то... — Он хитро улыбнулся в ответ.

— Не в интересе дело, Ло. Я не люблю внимание от людей, но, э-э... — он сделал паузу, чтобы проглотить и посмотреть куда-то в сторону. А потом перевел взгляд на него, — мне нравилось и нравится внимание от тебя. — Неловко произнёс он и поджал губы.

Лололошка не нашелся в ответе и лишь невесомо чмокнул того в лоб, словно признавая его ощущения.

— Я не хочу с тобой больше дружить, Ди. — Наигранно хмуро сказал он.

Нерд подыграл.

— О, нет... Почему? Ты собираешься порвать нашу крепкую дружбу?

Ветер дунул в их сторону и волосы Дилана красиво полетели вперёд, словно парень тянулся к чужому теплу вновь. И он поддался искушению, придвинулся ближе.

Лололошка кажется тоже почувствовал странное притяжение и потянулся носом к чужому.

— Потому что я хочу чтобы мы были вместе... — Он перевёл взгляд на губы Дилана. — Как возлюбленные. — Добавил он, снова сглотнув слюну, и мягко улыбнулся.

Это было уверенное и серьёзное желание и предложение.

— А мы будем драться за последний шашлык? — Вдруг спросил брюнет и, прежде чем тот успел одуматься, полностью взял в рот оставшийся кусочек.

— Ах, ты! — Прищурился Ло и злобно посмотрел ему прямо в глаза.

— Кто успел, тот съел.

Дилан кажется окончательно сдался в тиски желания прижаться к своему "теперьпарню" и притянул его за шарф.

Теперь они вместе легли на настил: програмист придерживал Ло за плечи, а тот положил ему на плечо свою голову.

Где-то дальше было озеро. Туман постепенно поднимался и к ним сквозь кусты и деревья. Палатка ждала их своим молчаливым покачиванием, телефоны разрядились, парни зарядились энергией друг от друга, но продолжили лениво лежать в раслабленных позах и шептаться о чем-то нелепом, смотря на звезды и светлеющее небо. Слишком близко для друзей, но всё ещё далековато от настоящей парочки.

Им придётся привыкнуть к новому статусу их отношений, но пока в голове пусто и туманом обволакивает любые мысли: как рациональные, так и не очень.

— Пошли в палатку, — поднялся первым шатен и посмотрел сверху вниз на парня. — Становится холодно. — Было бы правдой, если бы его не грело сердце Дилана.

Тот молча встал и последовал за ним.

Замок был застегнут. Пластиковые тарелки остались на улице, а огонь потух ещё минутами ранее из-за сильной влажности. Природа готовилась к рассвету, а парни ко сну, так и не посмотрев на часы, которые показывали три утра.

Теперь их ждёт новое утро, новый день и восход их отношений.