Война за Префекцию(5.часть)

С платформы «Небесный щит» в близлежащем улье с рёвом поднялось грозовое авиакрыло; похожий на керамитовый кулак ДШС «Грозовой Ворон» в сопровождении пары меньших по размеру «Грозовых Когтей» нагнал снижающихся штурмовых десантников. После этого над дальней частью города возникли две эскадрильи Т-образных истребителей тау, которые рванулись к полю битвы по инверсионным следам человеческих самолётов. «Грозовой Ворон» и его эскорт, слишком занятые собственной атакой, остались на крутой диагональной траектории сближения с наземными целями. Вырвавшись из пепельных облаков, летающие машины ордена изрыгнули смерть в залпах штурмовых пушек и тяжёлых болтеров. Штурмовые самолёты Империума тенью промелькнули над схваткой, оставляя за собой убитых пехотинцев, растерзанные бронекостюмы и умолкшие пушки. Впрочем, дисковидная башенная артустановка повернулась, отслеживая один из «Грозовых Когтей», и гиперзвуковые снаряды тяжёлой рельсовой установки с такой силой прошили корпус неприятеля, что его механические внутренности выбросило наружу. Две уцелевшие машины отвернули в сторону и, описав в воздухе зеркальные параболы, вместе пошли на второй заход, после которого от грозной пушки остался лишь изрешечённый остов.

Внизу под завесой дыма Гвардейцы Ворона бились за собственные жизни в рукопашной схватке. Тактические десантники, карауля цели, отвечали болтами на пляшущие вокруг них красные точки целеуказателей в руках следопытов, но тут же падали в облачках крови, сражённые рыскающими ракетами — отряды боескафандров из тыла накрывали их залпами. Опустошители, столь эффективные в первые минуты сражения, уже лишились половины бойцов под искрящимся перекрёстным огнём стелскоманд, что мерцали на средней дистанции. Даже грозовое авиакрыло само угодило в ловушку, когда отследившие их две эскадрильи «Акул-бритв» перестроились для погони. Если бы пилоты ордена не скрылись в Шраме Вентур, их сбросили бы с небес за счёт одной лишь плотности огня. Отсутствие единства с братскими орденами дорого обошлось Гвардии Ворона, и в мыслях каждого её воина на почве сомнений выросло предчувствие полного разгрома.

«С севера донёсся рёв прыжковых ранцев — звук, любимый всеми сынами примарха Коракса. Низвергая в пепел очередного воина круутов, Торовак почувствовал, как к нему возвращается уверенность, придающая вес его литаниям. Капеллан взмахнул крозиусом арканумом, нанося свирепый обратный удар, и снёс голову второму чужаку; в тот же миг из глотки космодесантника вырвался приглушённый боевой клич.

В паре шагов от него авангардные ветераны обрушились на позиции неприятеля, словно чёрная молния, рассекая и разрубая плотный строй чужаков. Речитатив Лэфина зазвучал громче, перекрывая вопли тау, что смешивались с птичьими вскриками круутов, и он воспрял духом, видя, как элитные бойцы ордена реактивными скачками устремляются к ксеносам в бронекостюмах, но затем помрачнел вновь, когда среди боевых братьев разорвался осколочный суббоеприпас. Гвардейцам Ворона нужно было перегруппироваться.

Пытаясь выбраться из общей свалки, Торовак разом ударил ещё одного крута крозиусом и болт-пистолетом, чем уложил его наповал. Впереди мощный ливень плазмы накрыл ветеранов с обоих флангов, и двое сынов Коракса конвульсивно задёргались под сгустками огня, а затем распались градом оплавленной плоти и керамита.

За убитыми собратьями Лэфин увидел тау, которые сумели организовать несколько стрелковых линий. Уцелевшие Гвардейцы Ворона, бросившись на них, попали в перекрывающиеся сектора обстрела и полегли все до единого. На западе огромные боескафандры, выстроившись шеренгой, навели «кулаки» пусковых установок на сынов Коракса, сражавшихся с круутами. Один из наёмников взмахнул винтовкой, и закреплённый на ней клинок вонзился сбоку в шею капеллана, пробив уплотнитель. Резко пригнувшись, Торовак ткнул болт-пистолетом в живот чужака и движением пальца вышиб ему кишки через спину. Лэфин знал, что, как только он со своими бойцами прикончит последних ауксилариев, заговорят орудия тау и защитники Империума погибнут, но это ни на секунду не останавливало его руку.

А затем раздался свист подлетающих снарядов, за которым последовал сдвоенный взрыв — настолько мощный, что некоторые ксеносы повалились с антигравитационных платформ. Бронекостюмы разворачивались, посылая стремительные ракеты в сторону чего-то неопределённого, мелькнувшего возле жилблоков Аквиллона. Торовак сумел разглядеть огромный чёрный панцирь и пышущую огнём боевую пушку, очередной залп из которой накрыл позиции тау.

– За мной, — прорычал капеллан, — и увлекайте за собой ксенонаёмников!

Гвардейцы Ворона разом отступили перед круутами. Ксеносы зарявкали и загикали, приняв этот упорядоченный отход за свою неизбежную победу. Торовак позволил оттеснить себя в руины, тихо благодаря Императора за вовремя посланную передышку. Вдалеке ионный щит Имперского Рыцаря вспыхнул от десятка разорвавшихся на нём ракет, и боевая машина двинулась обратно, оставаясь повёрнутой к выдвинувшимся на перехват бронекостюмам. Когда пехотинцы тау перегруппировались и вновь обратили оружие в сторону развалин, бой там уже закончился: повсюду лежали изломанные тела ауксилариев, а Лэфин и его люди скрылись из виду.»– Капеллан Лэфин выходит из окружения тау

На Префекции командующий Резвое Пламя продемонстрировал, что мастерски умеет внушать противнику ложное представление о превосходстве его сил над тау. Например, к востоку от улья Атлассы О'Шалас развернул ядро своей группировки из воинов Огня на антигравитационных бронемашинах при поддержке команд в БСК «Залп». Воины данного отряда агрессивно выдвинулись на крупный патруль Белых Шрамов, ведя атаку как можно стремительнее и нанося как можно больший урон. Потери неприятеля, оказавшегося под градом импульсных очередей и рельсовых снарядов, оставляющих голубоватые витки инверсионных следов, быстро росли, и вскоре космодесантники отступили.

Столь агрессивное нападение тут же привлекло внимание основных сил ордена, и через некоторое время виор'ланские воины уже отходили в полном порядке, заманивая врагов, что рвались вперёд с воплями о возмездии. Солдаты охотничьего контингента О'Шаласа превосходно умели отступать с боем, и в этот раз команды прорыва «Молот ветра» и «Багровый удар» прикрывали продвижение друг друга, пока их вооружённые импульсными винтовками товарищи из ударной команды «Красная завеса» вели дальнобойный огонь на подавление. Довольно скоро противник оказался в зоне досягаемости могучих орудий бронекостюмов «Залп» из команды «Раскатистый гром», а также «Рыб-молотов» контингента. Когда техника Белых Шрамов начала разлетаться на куски в дыму и пламени, жертвы командующего окончательно заглотили наживку. Пылкие воины Виор'ла яснее других осознавали, что гнев и порывистость могут затуманить разум даже лучшим бойцам, и на этой стадии сражения они уже распалили в неприятелях оба опасных чувства. Поглощённые жаждой мести врагу, который причинил им столько бед и до сих пор оставался вне досягаемости, космодесантники решились на полномасштабную атаку. Боевые танки и элитные воины рванулись на тау, твёрдо уверенные, что значительно превосходят наземные силы ксеносов числом, и угодили прямо в капкан Резвого Пламени.

С небес устремились бронекостюмы, с явным наслаждением вступившие в битву — сам О'Шалас, ведущий за собой «Пламенный клинок», команду телохранителей в БСК «Кризис», и шас'вре Таллас в могучей «Быстрине». Потом, в мерцании воздуха, сбросили маскировку дроны-снайперы и бойцы стелс-команды «Тёмный огонь». Следом на фланге внезапно залаяли винтовки круутов, накрывших неприятелей шквалом пуль из засады, и чогорцы полегли, словно колосья под косой. Белых Шрамов уничтожали с ошеломительной быстротой, и при любой попытке ударить в ответ они лишь подставляли спины виор'ланским убийцам, выжидавшим момент для атаки. Наконец, когда противник уже был на грани поражения, приданные О'Шаласу самолёты касты Воздуха с воем пронеслись над полем битвы, залпами визжащих орудий и стремительных ракет прикончив последних врагов.

Капкан захлопнулся

Хотя командующая Тень Солнца оставалась почти незамеченной во время кампании на Префекции, лидеры Адептус Астартес по-прежнему считали её приоритетной целью. Днём и ночью элитные отряды космодесанта неустанно выслеживали полководца тау, поскольку Империум любой ценой желал увидеть О'Шасерру мёртвой, о чём она прекрасно знала и чем собиралась воспользоваться.

Охота за злейшим врагом

Ни для кого не было секретом, что организатором успехов военной машины тау является Тень Солнца. Она не только лично скрещивала клинки с Белыми Шрамами на Агреллане и Волторисе, но и появлялась на всех экранах во время трансляций касты Воды, поскольку верховный эфирный Аун'Ва давно уже прославлял её как идеальный пример следования Высшему Благу. Подобная пропаганда только распаляла гнев капитанов космического десанта, жаждавших получить голову О'Шасерры. После начальных сражений в войне за Префекцию положение стало ещё хуже — в частности, Кор'сарро хан, потерпевший неудачу возле Сифонидского комплекса, теперь отчаянно желал лишить командующую жизни, и тем самым хоть как-то сохранить лицо. На множестве сделанных дронами видеозаписей капитан Белых Шрамов рычал и клялся добраться до чужацкой воительницы, но она лишь изгибала бровь, выслушивая автоперевод каждого такого послания.

В шас'ар'тол — главном штабе тау — увидели шанс использовать растущее раздражение неприятелей себе на пользу. Если удастся довести человеческие силы на планете до состояния тревожного возбуждения, уже вскоре они совершат какую-нибудь серьёзную ошибку. Таким образом, воины Империи не укрывались от внезапной волны агрессии, охватившей ордены космодесанта и полки Астра Милитарум на Префекции, а дополнительно провоцировали врагов. Каста Огня, используя собственные кадры в качестве приманок, размещала по всей планете с виду уязвимые группы, которые после массированного выдвижения к ним противника немедленно эвакуировались воздушным транспортом или исчезали в лабиринтах промышленных комплексов. Тень Солнца теперь замечали очень часто, и она уже словно бы появлялась в нескольких местах одновременно. Кор'сарро хана всё сильнее охватывал гнев, так как ему вновь и вновь приходилось бесцельно развёртывать и перебрасывать Белых Шрамов. Каждую ночь его ударные группировки сжигали столько прометия, что хватило бы целый месяц отапливать жилой блок, и каждый день его воины ящиками расходовали боекомплект к болтерам, атакуя передовые патрули тау, но О'Шасерра попрежнему ускользала от магистра охоты.

Тем не менее с разъярённой военной машиной Империума приходилось считаться. Хотя командующая всегда оставалась на шаг впереди преследователей, она не могла позволить себе ни секунды отдыха. Если Тень Солнца проводила в одном месте больше нескольких часов, датчики на периметре вскоре улавливали рёв турбин десантных самолётов, прыжковых ранцев или мотоциклетных двигателей. Вот так, пока один долгий день новой войны за Префекцию сменялся другим, даже внутри, холодной как лёд, О'Шасерры начинали разгораться яркие огоньки эмоций.

«Тень Солнца в тысячный раз посмотрела на сканер местности своего командного модуля. Пока ничего, никаких признаков погони. Она подала боескафандру новую команду и, когда лицевая пластина скользнула назад, оглядела горизонт собственными глазами — просто на всякий случай. Тут же устыдившись столь примитивного жеста, О'Шасерра нахмурилась и снова закрыла шлем.

«Для всякого «кауйона» требуется приманка», — говорил Аун'Ва, как будто она сама этого не знала. Верховный эфирный однозначно дал Тени Солнца понять, что пришло время ей самой послужить наживкой для ловушки. На Черносланцевом хребте подобная тактика едва не стоила командующей жизни, но наставник был прав: никакая иная притрава, скорее всего, не заставит лидеров Империума выйти на свет. Их агрессивный подход к войне граничил с лихорадочным исступлением; если О'Шасерра добавит сюда немного страха и гнева, то получит шанс окончательно нейтрализовать предводителей космодесанта. Женщина направила запрос о выходе на связь командующему Стойкому Щиту. Разумеется, она поступит так, как требует Тау'ва и как просил её Аун'Ва. Но не обязательно в той манере, в какой он предполагал.»– О'Шасерра продумывает план по убийству лидеров Адептус Астартес