Минфин начнёт печатать деньги. Ждите инфляции | Владимир Милов

Смотрите полный выпуск на YouTube

Дмитрий Низовцев: Первый вопрос связан с нефтью. Минфин России сообщил, что российская нефть снова подешевела. Средняя цена нефти на данный момент составила около $46 за баррель. Насколько это страшно для российской экономики в нынешней ситуации, чем ей это грозит?

Владимир Милов: Ну, это страшно. Она продолжает падать после нефтяного эмбарго, которое ввел Евросоюз пятого декабря. Российские компании вынуждены перенаправлять свои потоки нефти в Азию. Там рынок перенасыщен, большого дополнительного спроса нет, Европа к началу эмбарго подготовилась. Вы можете просто зайти на сайт Кремля и посмотреть совещание Путина с его экономическими министрами, которое состоялось 11 января. Там вице-премьер по энергетике Новак признает, что самая главная проблема – это дисконты, по которым мы вынуждены продавать эту нефть, которая в Европе больше не востребована.

По декабрю Минфин дал цифру чуть выше $50 за баррель Urals. А вот эта цифра $46, которая появилась сегодня, это средняя [цена] за четыре недели с середины декабря до середины января, то есть она продолжает дальше снижаться. Я думаю, что реально Urals мы сейчас продаем гораздо ниже этой средней цены, то есть где-то, возможно, по $40 за баррель или, может быть, еще даже меньше. Кстати, Новак на совещании у Путина признал, что очень серьезно растут издержки по поставке в Азию, потому что фрахт дороже, везти дольше. Это не несколько дней, как в Европу из черноморских или балтийских портов, а это больше месяца везти в Индию. Мы теряем здесь и из-за скидки к цене, и из-за более высоких издержек на фрахт, страховку и так далее. Российский бюджет получит сильно меньше денег. Нефтяное эмбарго работает. Вот еще одна новость из этого ряда.

Леонид Волков: Я видел оценку, что в три триллиона рублей нынешние нефтяные и газовые цены должны обойтись российскому бюджету в 2023 году, если они останутся на таком уровне. Три триллиона это под 15% доходной части бюджета? Это огромные совершенно деньги. Что они будут делать, как они будут его покрывать?

Владимир Милов: У них остался еще какой-то объем средств в Фонде национального благосостояния. Кстати, очень интересно, сегодня уже 16 января, но они не говорят какой [объем], то есть данных от Минфина пока что нет. У нас уже прошла первая рабочая неделя после новогодних праздников, началась следующая. Пока я не видел данных о состоянии ФНБ, но зато мы видели, что дефицит бюджета в 2022 по итогам года превысил все прогнозы и составил где-то ₽3,3-3,4 триллиона. Это несмотря на высокие цены на нефть в первом полугодии прошлого года, все равно год закончили с таким дефицитом. Хотите понять размер дефицита этого года, умножайте на два. На 1 декабря в ликвидной части ФНБ, то есть это живые деньги, а не то, что вложено во всякие фантики, госкорпорации оставалось ₽7,5 триллионов. Если они потратили трешку только в декабре на закрытие дефицита, потому что до декабря дефицита не было, он весь в декабре возник, соответственно, только от таких цен дополнительный дефицит вызовет ₽3 триллиона. Может быть, даже они и год не продержится с таким объемом.

Что будет? Я уверен, они будут печатать деньги старым таким геращенковским проверенным способом начала девяностых годов. У них других вариантов особо нет. В кредит никто не даст. У вас все время мечта о том, что они займут у населения на рынке. Ходят эти легенды в правительстве о деньгах населения под подушкой. Ничего этого не будет. У них заимствования не очень успешно шли в прошлом году, поэтому они просто будут печатать деньги, готовьтесь к инфляции. Кстати, финансирование бюджета из ФНБ не сильно от гуманитарной миссии отличается. Об этом же говорила и Набиуллина недавно, что это про инфляционный фактор. Выброс большого объема денег ФНБ в экономику – цены будут расти. Так что готовьтесь к очередным виткам инфляции.

Леонид Милов: Речь идет про того Геращенко, который возглавлял в девяностые Центробанк и занимался печатанием денег.

За нефть стали давать уже $40, а скоро будут давать по лицу. А что с газом? Он тоже радикально подешевел, снизился до $650 за 1000 кубометров, до уровня сентября 2021 года, до довоенного уровня. Что это значит? И какие там тренды должны ожидаться?

Владимир Милов: С газом все вообще плохо, потому что все-таки мы основной объем газа производим в Западной Сибири, и мы не можем его поставить на другие рынки, кроме Европы. Если нефть возят танкерами, то газ нет, его поставляют по газопроводам. Его можно сжижать, но для этого нужно строить новые мощности, которых у нас нет. Или можно тянуть новую трубу в Китай, которой у нас пока из Западной Сибири тоже нет, она просто физически отсутствует. Поэтому здесь история такая, что основной объем экспорта «Газпром» поставлял в Европу. Сейчас это практически все перекрыто, за исключением, грубо говоря, Венгрии. То есть у них процентов 10 от европейского рынка сейчас остается по сравнению с предыдущими временами. Фактически две страны, куда мы сегодня продаем газ, это Китай и Турция. Если посмотреть на второе полугодие прошлого года после того, как Путин перекрыл весь газ в Европу, то экспорт в дальнее зарубежье упал на 70% год к году и возобновить его нельзя. Европа не будет покупать наш газ. Поэтому даже не вопрос цены, просто то, что от экспорта газа деньги в бюджет поступать не будут в отличие от нефти. В нефти просто обвал, а здесь вообще перекрытие всего и вся, кроме турков и китайцев.

Леонид Волков: В нефти обвал, а в газе слово шесть букв, вторая «и», то есть фиаско. Понятно. Знаешь, эти все знаменитые мемы со словами «вы находитесь здесь», да? Они не смогут отказаться от наших нефти и газа. Они будут покупать. Мы не будем торговать с ними по потолку цен. Вы находитесь здесь. Совершенно понятно, что Европа на протяжении года систематически выполнила программу перестройки экономики, отказа от нефти и газа, ввела эмбарго, ввела потолок. Все это время казалось, что российская пропаганда просто над ними смеется: «Потолок цен? Да никуда вы не денетесь. Приползете и будете у нас покупать. Мы ваш потолок не признаем». В итоге сейчас они продают на 30% ниже потолка и продать не могут, то есть потолок $60, а у них по $45 уже никто не берет.

Что это? Они сами стали жертвами своей пропаганды? Сами верили, что Европа без нефти и газа никуда или реально просто не угадали теплых климатических условий? Или что еще? Просто очень сильно просчитались или сделали какие-то систематические ошибки?

Владимир Милов: Я тебе объясню, как это все работает. Это довольно просто понять. Кто Путину пишет там записки о том, как все будет на европейском мировом рынке, с доходами и так далее? Их пишут те же Миллер да Сечин. Если посмотреть, например, их выступления публичные последних лет, они все время говорили: «Сланцевая революция – это выдуманная чепуха. Переход к зеленой энергетике – это выдуманная чепуха. Европа никуда не денется без нашей нефти и газа». Поэтому вся аналитика, которую они потребляют, пишется в «Газпроме» и в «Роснефти». Ну, чего они могут еще другого написать? Там был один Милов, который 20 лет назад говорил другое, но его быстро уволили, поэтому там никого такого не осталось. Можно в этой же ситуации говорить о причинах военных провалов в Украине. Всю эту аналитику пишут люди, которые сами же ответственны за все эти факапы. Это было видно по риторике «Газпрома» и «Роснефти», что они не верят в способность Европы диверсифицироваться, перестроиться. Ну, вот такие заскорузлые люди там сидят за зарплату несколько миллионов рублей в секунду, как мы много раз обсуждали. Учитывая такую аналитическую базу, не удивительно, что они так каждый раз просчитываются.

Европа, конечно, фантастически перестроилась. Сейчас я смотрел, только что в Германии до сих пор, уже вторая половина января пошла, у них больше 90% заполненности хранилищ. Год назад было 35%. Настолько они напряглись и хорошо подготовились к этому сезону.

Дмитрий Низовцев: На другой край экономики хочется вас перебросить. Новость, может, не свежая, но с вами еще не обсуждал. На прошлой неделе Путин дал на орехи Мантурову. Вы говорили тут про Новака из правительства. Мне это напоминает, что вице-премьер Мантуров совсем недавно получил по полной от Путина. Я давно не видел, чтобы Путин кому-то говорил прямо в прямом эфире: «Хватит тут валять дурака». Досталось за то, что что-то плохо с контрактами в сфере гражданской и военной авиации. Вопрос первый, действительно ли все настолько плохо? Вопрос второй, будет ли плохо дальше? И, в-третьих, будут ли, как вы думаете, еще дальше такие разносы? Действительно ли Путин будет напирать на кого-то, увольнять всех публично и устраивать такую тряску кулачком перед носом офигевших министров?

Владимир Милов: Вот это совещание 11 января у Путина было очень богатое на приоткрытие всяких разных глубоких тяжелых проблем в российской экономике. Новак говорил про потери доходов от нефти. Решетников говорил про то, что рекордный урожай влияет позитивно на снижение инфляции, но это ценой того, что пшеница стоит бросовые цены, и аграрии говорят, что мы вообще не будем больше производить при таком сверхнизком уровне цен.

Третий момент, вот эта перепалка с Мантуровым. Конечно, она очень важная, потому что она показывает системный конфликт, который длится уже много лет в российском оборонном комплексе. Там предприятия не могут производить качественную технику. Здесь много уже разбирали, и вы об этом тоже говорили. При этом требуют все им 100% заранее авансом, дать денег и убежать – вот что они просят. Мантуров, очевидно, несет ответственность. Он не хочет этого делать. Он говорит: «Прежде чем я вам дам хоть копейку, мне нужны гарантии от вас, что вы сделаете хорошее, сделаете вовремя. Это все будет летать, ползать и так далее». Они говорят: «Нет, пойдем к Владимиру Владимировичу. Деньги давай». Вот что значит в переводе на русский язык вот эта перепалка. Владимир Владимирович вместо того, чтобы системно решить проблему, просто наорал на Мантурова и говорит: «Хрен с ним, что они ничего не сделают, подписывай с ними контракт, иначе я тебя это самое».

Когда назначали Мантурова полгода назад, эта ситуация была абсолютно понятна. Я даже с такой улыбкой за всем этим наблюдаю, потому что примерно понятно, что будет дальше. Летать оно так и не будет. Кучу денег выбросят. Мантурову в итоге, не знаю, отрежут ему башку или нет, но видно, что Путин был очень зол и нашел крайнего. Вся эта дискуссия между ними –это отражение системной проблемы с коррумпированным, монополизированы российским ВПК. Мы много лет видели, как он жрет кучу денег и не может при этом ничего давать. Собственно, что здесь нового было в этой перепалке для тех, кто был не в курсе? Вот Владимир Владимирович пояснил.

Дмитрий Низовцев: Вы говорите про взаимоотношения государства и заводов, я ловлю себя на том, что такое описание проблемы мы в школе, в институте слышали, когда говорили про историю советского государства, вот эта административно-хозяйственная система. У них реально такой совок или там другая система, или все в это скатилось?

Владимир Милов: У них хуже, чем совок. Многократно хуже, чем совок. Потому что в совке, я еще раз говорю, даже Сталин, простите, ради бога, понимал важность конкуренции между оборонными конструкторскими бюро и заводами. Везде в любой отрасли были несколько конкурирующих шарашек и производителей. Путин это все объединил в эти объединенные корпорации: авиастроительная, судостроительная, двигателестроительная и пошло, поехало. Подарите ему кто-нибудь учебник по экономике. Потом он, вылупив глаза, жалуется: «Как так, у нас оборонные заводы в разы завышают цены против первоначально договоренных и при этом нихрена не поставляют того, что обещали?» Надо же, как удивительно, насоздавал монополий, разрушил конкуренцию, уничтожил прозрачность, насадил коррупцию и теперь у него весь этот ОПК только жрет деньги и не дает ему продукцию. Удивительно дело! Поэтому здесь разговор про учебник самый уместный, но я думаю, что просто все окружение боится подарить Путину учебник по экономике, потому что он обидится.

Присоединяйтесь к нашим ежедневным эфирам на канале «Популярная политика»