Victim

«В дикой природе так заведено: всегда проигрывает тот, кто слабее. Так стань же хищником, а не добычей»

Огонь, потрескивающий в камине, любезно отдаёт своё тепло сидящему в кресле юноше, закинувшему на свои плечи плед из овечей шерсти. Белый свет канадского солнца пробивается сквозь толщу густых облаков, напоминающих сбившийся в толстом одеяле синтепон. Меж пальцев сигарета, а в душе желание поскорее убраться из маленькой деревушки, когда сезон охоты наконец закончится и отец наиграется с ружьём. Вовлечь Юнги в столь жестокое развлечение - ошибка. Потому что ничего хорошего в том, чтобы убивать животных ради удовлетворения собственного раздутого эго, не было и не будет. Лишь возможность побыть ближе к семье вынуждала молодого человека оставаться здесь. Да и возможность насладиться красотами провинции Альберта не каждый день выпадет на его долю. Гористая местность поражала своей особой и неприступной красотой, а густые леса пугали непроглядностью. Природа здесь внушала спокойствие, приправленное тихим страхом. «Не суйся, иначе убьёт» – кричит каждый сосновый ствол, каждая кочка, каждая опавшая наземь снежинка. Поэтому за здешними красотами Юнги молчаливо наблюдал издалека, благоговейно засматриваясь в чащу, наполненную угрозой. Молчаливое уединение юноши прервалось тем, что отец ворвался в дом вместе с охотником, являющимся также и гидом для их семьи, а в руках они поддерживают тушу убитого горного карибу. Зачем было волочь его сюда? По доскам пола в прихожей размазывается бурая кровь и запах её мгновенно заполняет помещение. Даже табачный дым не справляет с тем, чтобы перебить его. 

– Эй, Юнги, чего сидишь? Помоги! Нам с Кларенсом нужно освежевать этого красавца! – говорит отец, а расправленные плечи выдают неподдельную гордость за себя.

Юнги морщится, выдавая своё омерзение.

– Я же сказал, что участвовать а этом не буду.

Под крик отца молодой человек хватает тёплое пальто и накидывает его на плечи, стремительно ускользая из дома через другой выход, чтобы не заглядывать в глаза мёртвой туши животного. В его руках всё ещё покоится недокуренная сигарета, но он выбрасывает её в железную пепельницу, стоящую на веранде, и вновь тянется к пачке дрожащими пальцами, как к спасительной соломинке, но отборно ругается, раздобыв лишь зажигалку. Возвращаться в дом, пока отец нахваливает себя, подготавливая мясо животного, ему отнюдь не хочется. Немного раздумав, Юнги решает, что пройтись на свежем воздухе - лучший вариант. Из-за густоты облаков не видно, как небо окрашивается в нежные закатные оттенки. День медленно близится к концу. Промёрзший мох хрустит под ногами, стоит непрошеному гостю ступить на него, а стволы сосен неприветливо окружают незнакомца, желая спугнуть, прогнать со своей обители. Но Юнги, поглощённый раздумьями, совсем этого не замечает. Не хочет замечать. Да и вряд ли опасные животные будут так близко подходить к деревушке. В один момент, плутая меж стволов, в голову ударяет осознание, набатом звучащее в голове - заблудился. 

– Как же, чёрт возьми, замечательно, – цедит Юнги сквозь зубы, ударяя ногой по лежащей рядом ветке.

Она отлетает на приличное расстояние и приземляется, а в этот же момент до ушей доносится треск сучков и утробный рык, от которого кровь в венах стынет, как и замёрзшая здесь земля. Ни вздохнуть, ни двинуться с места, ни закричать. Юнги делает медленный поворот головы и видит, что в нескольких метрах от него стоит огромный медведь. Коричневая шерсть, грозный оскал и слюна, стекающая по пасти - всё это внушает неподдельный ужас. Двигаться или стоять? Нужно было хотя бы ружьё прихватить. Да только смысл? Оно бы не спасло, ведь юноша совсем не умеет стрелять. Двигаться. Необходимо уходить. Он делает первый шаг на пути к отступлению, но под ногой предательски хрустит очередная ветка и медведь не заставляет себя долго ждать. Его тяжёлые движения во время бега заставляют землю под ногами сотрясаться от беспокойства. И Юнги срывается на бег. Неумело и глупо он надеется спастись. Длинные полы пальто мешают свободно двигаться, поэтому юноша на ходу срывает его, выбрасывая. Страх. Истинный, голый, животный. Здесь добыча и трофей он, а не животные. Внезапный выстрел. Болезненный рёв медведя. Юнги видит, что пуля угодила животному в лапу, и это позволяет юноше нырнуть за пригорок, пока несущее ему погибель существо отвлеклись. Чужие пальцы холодные и шершавые хватают за оголённое запястье и настойчиво притягивают к себе. Что происходит? Кто это? Юнги понимает только то, что это человек и осознание этого приносит небывалое облегчение. 

– Что вы...?

– Молчи, – шикнул явно мужчина и ладонью закрыл рот юноши, плотнее прижимая того к себе.

Так они стояли, пока медведь с досадой и болью не убежал в чащу. Подальше от людей, угрожающих его жизни. Сколько прошло времени? Пол часа? Час? В лесу стало совсем темно и свет дня сменил лунный. Юнги, подобно пуле, отлетает от незнакомца на безопасное расстояние. Неизвестно ведь откуда этот человек взялся в лесу и кто он такой? Он может быть опасен, особенно если учесть наличие оружия.

– Не стоит бродить по лесу в такое время. Гризли здесь достаточно много, как и других диких животных. Не заметишь, как станешь выпотрошенным ужином для хищников, – вполне серьёзно говорит незнакомец, закидывая ружьё на плечо.

– Вы себя имеете ввиду, когда говорите о хищниках?

Такому ответу мужчина усмехается (его явно позабавили чужие слова) и усмешка эта напоминает больше тот самый медвежий оскал, который Юнги увидел перед тем, как пуститься наутёк. Когда охотник, а это точно охотник, вооружённый до зубов, выходит на свет, это позволяет рассмотреть глубокий шрам, тянущийся вдоль щеки, из-за чего даже искренняя улыбка будет напоминать нечто жуткое.

– Люди - самые опасные хищники для себе подобных, – улыбка охотника становится шире, безумнее, поэтому Юнги делает шаг назад.

Только куда ему отступать? Куда бежать? Да и зачем, если охотник его спас? Но липкое чувство страха никак не отступает, а лишь сильнее обволакивает.

– Можешь не бояться. Я Хосок, такой же охотник, как и множество других здесь, – тон его становится более доброжелательным, серьёзным и он протягивает руку, которую Юнги пожимает.

– Мне нужно попасть домой, я, кажется, забрёл совсем далеко, – молодой человек вздрагивает от холода, одетый лишь в лёгкую водолазку.

Когда адреналин отходит на второй план, на его смену приходит желание поскорее оказаться возле камина с сигаретой в руках и чашкой чего-нибудь крепче чая. 

– Я проведу тебя… – подходя к юноше, назвавшийся Хосоком укладывает кожаную дублёнку на худые плечи и нарочно делает паузу, ожидая, что лесная находка наконец представится.

– Юнги.

Охотник лишь кивает и стремительно уходит, махнув за собой рукой. Мужчина идёт так быстро, что юноша едва за ним поспевает. Семеня шагами, он наконец покидает лесную чащу вместе с незнакомцем, который проводит его до самого порога. В доме всё также виднеется свет от огня в камине и на глаза не бросается никакой суеты, что бывает обычно.

– Спасибо вам за помощь.

– Давай без любезностей, – махнув рукой на прощание, Хосок уходит также быстро, как появился, скрываясь среди чёрных стволов.

Только когда силуэт охотника совсем пропадает из виду, Юнги, встревоженный, забегает в дом. Гробовая тишина пугает. Возможно, родители и брат уехали в полицейский участок. Его слишком долго не было. Телефоны дома, лежат все на своих местах. От туши карибу не осталось и следа, а мать не суетится на кухне. Бросая взгляд на пол, юноша видит, что по полу размазана кровь. Остатки от животного? Тогда почему кровь на полу буквально везде? Тревога в теле царапает кожу изнутри, словно пауки пытаются вырваться наружу. И тогда Юнги понимает почему. В гостиной идеально лежащие, словно в горбу, перед камином расположились три человеческих трупа.

«Люди - самые опасные хищники»