Верховный суд и тарифы

Что именно решил Верховный суд?

Согласно Конституции США, установление тарифов – прерогатива Конгресса, то есть законодательной власти. Вопрос, который должен был решить Суд, касался того, делегировал ли Конгресс это право президенту в рамках “Закона о чрезвычайных международных экономических полномочиях” (по-английски он сокращается как IEEPA). Этот очень широко сформулированный закон позволяет президенту при наличии “необычной и экстраординарной угрозы извне” “регулировать импорт”. 6 судей Верховного суда в мнении, написанном его Председателем Джоном Робертсом (назначенцем республиканского президента Джорджа Буша-младшего), постановили, что эта расплывчатая фраза не включает в себя право устанавливать тарифы, поскольку не даёт президенту конкретных полномочий в сфере налогообложения.

Откуда 170 страниц? 

Из 9 членов Верховного суда 7 посчитали необходимым написать свои мнения по вопросу тарифов. Основная дискуссия, приведшая к такому количеству мнений и объёму текста, связана с применением весьма противоречивой “доктрины больших вопросов”. Она провозглашает, что когда дело касается “больших” и крайне значимых проблем суды не должны предполагать, что Конгресс делегировал свои полномочия исполнительной власти без предельно чёткого заявления об этом внутри текста закона. Впервые в чистом виде это доктрина была применена против нескольких крупных решений администрации Байдена (в частности, программы прощения студенческих долгов, временного запрета на выселение арендаторов и системы обязательного вакцинирования). Это каждый раз сопровождалось возражениями от либеральных судей, которые обвиняли своих консервативных коллег в безосновательном создании этой прежде не существовавшей доктрины, позволяющей им блокировать не нравящиеся консерваторам президентские решения. 

Либеральные судьи поддержали отмену тарифов, но вновь не согласились с примением “доктрины больших вопросов”. Это привело к особому “совпадающему” мнению от консерватора Нила Горсача (назначенца Трампа), который фактически обвинил коллег в двуличии. Атака Горсача, впрочем, была направлена и на судей-консерваторов, которые не поддержали отмену тарифов – несмотря на то, что в прошлом они голосовали за отмену значимых президентских инициатив Байдена. (Досталось и судье Барретт – хотя она присоединилась к мнению большинства, её понимание “доктрины больших вопросов” незначительно отличается от понимания Горсача). 

В то же время, трое несогласных в особом мнении, написанном судьёй Бреттом Кавано (ещё одним назначенцем Трампа), отстаивали позицию, что “доктрина больших вопросов” не применима в этом кейсе. С их точки зрения, это связано с тем, что тарифы – вопрос внешней политики, традиционно относящиеся к сфере полномочий президента. Их особое мнение заняло 63 страницы – в то время как в мнении Суда их всего 21. 

Как отреагировал Трамп? Что дальше?

На пресс-конференции в пятницу Трамп обвинил судей Верховного суда в том, что они приняли своё решение под “влиянием иностранных интересов”, а назначенных им Горсача и Барретт назвал “позором для их семей”. Вместе с тем, президент пообещал вернуть отменённые Судом тарифы через другие законодательные механизмы – и уже подписал об этом указ. Важно уточнить: это не попытка отказаться выполнять решение ВС – в американском законодательстве есть множество законов, непосредственно разрешающих президенту вводить тарифы. Проблема в том, что в отличие от IEEPA для введения этих мер нужно пройти через сложные и времязатратные процедуры, а ещё другие законы ограничивают возможности произвольного увеличения и уменьшения тарифов. Поэтому лучший шанс для Трампа – получить согласие Конгресса на его тарифную политику. Но далеко не все республиканцы в Конгрессе поддерживают подход Трампа к международной торговле, и у республиканцев недостаточно значительное большинство, чтобы провести такой закон.

Все новые тарифы, которые попытается ввести Трамп, будут оспорены в судах – так что судебная тарифная драма ещё близко не подошла к концу. Кроме того, в нижестоящих судах скоро начнутся обсуждения, каким образом будет произведено возвращение средств тем компаниям, которые уже заплатили ныне признанные незаконными тарифы Трампа. 

Заключение

В заключение, хочу привести здесь широко разошедшуюся цитату из особого мнения Горсача, которая позволяет неплохо понять, что именно случилось в этом кейсе:

Я понимаю, что сегодняшнее решение разочарует тех, кто считает важным, чтобы страна вводила больше тарифов. Всё, что я могу им сказать, — это то, что есть причина, почему большинство значимых решений, затрагивающих права и обязанности американского народа (включая обязанность платить налоги и тарифы), проходит через законодательный процесс. Да, принимать законы бывает трудно и это требует времени. И да, когда возникает какая-то неотложная проблема, может быть велик соблазн обойти Конгресс. Но именно в делиберативном характере законодательного процесса и заключается смысл его устройства. Благодаря этому процессу страна может опираться на совокупную мудрость избранных народом представителей, а не только на мнение одной фракции или одного человека. Там обсуждение умеряет импульсивность, а компромисс превращает разногласия в работающие решения. И поскольку для принятия законы должны получить широкую поддержку, они, как правило, оказываются более устойчивыми — что позволяет обычным людям планировать свою жизнь так, как они не могут, когда правила меняются изо дня в день. В целом законодательный процесс помогает обеспечить, что у каждого из нас будет своя доля участия в законах, которые нами управляют, и в будущем страны. Для одних сегодня вес этих достоинств очевиден. Для других это может казаться не столь очевидным. Но если история чему-то учит, то со временем всё меняется местами, и настанет день, когда те, кто разочарован сегодняшним результатом, оценят законодательный процесс как тот оплот свободы, которым он является.