Венгерский фланг обрушился, что дальше?

Вчера венгерская оппозиция в лице Мадьяра Петера и партии «Тиса» получила большинство голосов на парламентских выборах в Венгрии. Грузинские политики, члены партии «Грузинская мечта», которые присутствовали на выборах как наблюдатели от ОБСЕ, а также по личному приглашению правящей партии Виктора Орбана «Фидес», заявляли о мирном проведении выборов и, в общем, о том, что весь процесс проходил демократично и конкурентно.

Однако на самом деле, пока Грузия праздновала Пасху и до сих пор находится в пасхальных праздниках, Европейский союз, по сути, разыгрывал ту же самую карту, что и в 2024 году, когда парламентские выборы проходили в Грузии.

В частности, на всех основных европейских телеканалах парламентские выборы в Венгрии представлялись как исторический момент, кульминация борьбы пророссийского авторитарного лидера Виктора Орбана против проевропейских сил в лице партии «Тиса» и её лидера.

Многие в Европе надеялись, что 16 лет правления Орбана закончатся, новое правительство перезагрузит отношения с Европейским союзом и, как в случае с Грузией в 2024 году, новые лидеры Венгрии будут более податливыми и более послушными, особенно в вопросах, касающихся Российской Федерации и, безусловно, конфликта на Украине.

Не секрет, что главный разлом между основной европейской бюрократией и её некоторыми членами, в том числе Венгрией, Словакией, а также странами, которые хотят интегрироваться в этот союз – Молдовой, Украиной, Грузией и теперь Арменией, произошёл по линии геополитических интересов.

Грузия и её политическая элита, представленная партией «Грузинская мечта», оказались не столь сговорчивыми и не желали вовлекаться в нанесение России стратегического поражения на стороне Европы. Следовательно, их восприняли как геополитических «предателей» в Брюсселе и объявили персонами нон грата. Попытка через внешнее финансовое и политическое вмешательство в пользу проевропейских протестов и сил в Грузии не помогла местным оппозиционным силам победить на парламентских выборах 2024 года.

Виктор Орбан, по сути, оказался первым и единственным лидером европейского государства, который не просто поддержал «Грузинскую мечту», официально заявив о том, что Европейский союз максимально пытался сменить режим в Грузии, но и уже на следующий день приехал в Тбилиси, посетил столицу Грузии и открыто поддержал правящую партию.

Этого ему не простили, поскольку сейчас европейская бюрократия в большинстве своём проводит активную «холодную войну» против правящей партии в Грузии. Следовательно, для «Грузинской мечты» эти выборы тоже имели очень важный геополитический оттенок.

Многие в Грузии, не только из власти, но и из оппозиции, также этого ожидали. В частности, грузинская оппозиция максимально пытается представить ситуацию в мире как борьбу пророссийских режимов против цивилизованных европейских демократических сил. И в списке «врагов цивилизации» находились, в частности, Николас Мадуро из Венесуэлы, аятолла в Иране, Россия, Северная Корея, Виктор Орбан; меньше говорится о Фицо в Словакии, но, конечно же, упоминаются «Грузинская мечта» и Бидзина Иванишвили в Грузии.

Поэтому смещение Николаса Мадуро для них было первым сигналом разрушения этой «зловещей оси». Смерть аятоллы также была воспринята в этих же рамках, хотя Иран не потерпел поражения и смены режима не произошло. И поражение Орбана на выборах также рассматривается как часть цепной реакции, которая в итоге должна привести к смещению «Грузинской мечты».

Первой, конечно же, сразу после объявления результатов высказалась Саломе Зурабишвили. Пятый президент Грузии, ярый оппонент правящей партии и сторонник радикально проевропейских взглядов, поздравила своих сограждан:

«Поздравления от всех грузин, которые молились за победу демократии в Венгрии! Мы верим в более сильную Европу, которая не поддаётся ни гибридной, ни прямой агрессии со стороны России!»

В свою очередь, экс-премьер от «Грузинской мечты», скрывающийся сейчас в Германии Георгий Гахария ещё до объявления результатов парламентских выборов чётко сформулировал реальные надежды и цели т. н. грузинской проевропейской оппозиции:

«Важный день не только для будущего венгерской демократии, но и для будущего демократической Европы. Поражение Орбана стало бы важной вехой в ослаблении популистско-автократических сетей, которые он выстроил по всей Европе. Это также стало бы серьёзным ударом по России и по автократическим режимам, подобным правительству Грузии, которое воспроизводит модель Орбана по демонтажу демократии, в том числе посредством масштабной дезинформации и ложной пропаганды».

Позже он также поздравил венгерский и грузинский народы, а также всю Европу:

«Поздравляю Мадьяра Петера, партию «Тиса» и народ Венгрии с этой исторической победой. Это победа европейской демократии и всего демократического мира! Пусть поражение России и её прокси продолжается везде, где они действуют по всему миру. Это значительная победа над масштабной дезинформацией и пропагандой, распространяемой правительством Орбана, которая серьёзно подрывает честность выборов. Демократические силы по всему миру должны изучить венгерский пример и извлечь из него уроки – как противостоять и ослаблять популистско-автократические сети, выстроенные Орбаном, чтобы окончательно им противостоять и демонтировать».

Премьер Грузии Ираклий Кобахидзе был более сдержан в своих оценках, поздравив оппозицию и выразив готовность правительства «Грузинской мечты» продолжить тесное сотрудничество с новыми властями. Конечно, была подчеркнута важность стабильного демократического развития двух государств.

Интересно, что за несколько дней до выборов Венгрию посетил Джей Ди Вэнс, который открыто поддержал Виктора Орбана, и, более того, на собрании со сторонниками Орбана созвонился с Дональдом Трампом, который также прямо во время телефонного разговора поддержал действующую власть.

Некоторые аналитики заявили, что эта ситуация и полученный результат указывают на важность внешнего вмешательства, особенно с точки зрения пропаганды и финансовой поддержки. Однако в случае высокой активности избирателей никакой авторитарный режим, никакое внешнее вмешательство не может реально повлиять на расстановку сил и голосов.

Если всё вышесказанное проевропейски настроенными аналитиками, которые поддерживали оппозицию в Венгрии, является правдой, то для грузинской оппозиции такой расклад на самом деле также проигрышен, поскольку это, по сути, означает, что её поражение на парламентских выборах 2024 года было вызвано не якобы вмешательством Российской Федерации и фальсификацией выборов, а тем, что грузинское большинство просто не поддержало эту оппозицию.

Для того чтобы, по их же логике, победить «авторитарный режим» «Грузинской мечты», им нужно не просто минимальное процентное доминирование над действующей властью, а фундаментальная поддержка абсолютного большинства населения Грузии.

А поскольку этого не видно даже на горизонте, и рейтинг оппозиции ещё больше снизился после безуспешных протестов в 2024-26 годов, то на предстоящих парламентских выборах в октябре 2028 года ничего фундаментально для оппозиции не изменится и не закончится положительно.

Более того, если урок Венгрии также верен, то получается, что и внешнее вмешательство Европейского союза, который сейчас активно оказывает давление на население Грузии, также не приведёт ни к чему позитивному. Потому что внешнее вмешательство может позволить вам существовать, может позволить проводить определённые митинги, может позволить профинансировать нападение на здание президента Грузии, как это было в октябре 2025 года. Но оно не поможет вам выиграть на выборах.

И напоследок есть ещё и третий урок. По мнению некоторых европейских аналитиков, тотальная победа оппонентов Орбана связана и с тем, что за них проголосовала глубинка – жители регионов, а не только политически подкованная столица и другие крупные города. К слову, точно такая же ситуация была в Грузии, где оппозиция, лишь аккумулировав все свои силы, смогла еле-еле взять крупные города, такие как Тбилиси, но абсолютно и тотально проиграла в регионах страны.

Следовательно, пример Венгрии уже указывает на три фундаментальные проблемы для самопровозглашенной грузинской прозападной оппозиции. С одной стороны, внешнее вмешательство важно, но не является ключевым фактором, а оппозиция в основном опирается на этот элемент в своей предвыборной кампании; с другой стороны, даже имея эту поддержку, для победы над властью в Грузии вам нужна конституционная поддержка, конституционное большинство, а не минимальный процентный отрыв. В конце концов, чтобы победить на парламентских выборах надо активно агитировать вне больших городов, надо получить поддержку глубинки. У грузинской оппозиции есть первое, но полностью отсутствуют последние два ключевых компонента.

Если у грузинской оппозиции нет самого главного – тотальной поддержки, поддержки глубинки, тогда следует задаться вопросом: а чему она радуется?

На самом деле, и вот чего стоит бояться правящей партии «Грузинская мечта» и её избирателям, – это возможность пересмотра подхода Венгрии как члена Европейского союза к её грузинской политике.

Виктор Орбан был важен для «Грузинской мечты» не потому, что они идеологически были в одной лодке и продвигали консервативные ценности, а потому, что он был одним из тех людей, кто понимал: с Российской Федерацией можно договариваться, вести политическое взаимодействие, и считать, что Европейский союз может существовать и обеспечивать свою безопасность без учёта интересов России, – просто, безумие.

Эти идеи не раз высказывались в Грузии на разных площадках, где открыто и без прикрытия заявляли о том, что Российская Федерация якобы вообще не нужна для выстраивания архитектуры безопасности Европейского союза. Для этого, по их мнению, было достаточно иметь под крылом Украину и Грузию.

«Грузинская мечта» не разделяла эту позицию и имела в лице Виктора Орбана, а также, давайте скажем прямо, господина Фицо в Словакии, сторонников. Орбан был не просто сторонником, но и человеком, который активно об этом говорил и отстаивал свои позиции – нравились они кому-то в Европе или нет, это уже другой вопрос.

Второй важный аспект – то, что Виктор Орбан блокировал общеевропейские санкции против Грузии. Европейский союз в рамках своей политики до сих пор пытается оказывать давление на «Грузинскую мечту» таким образом, чтобы, с одной стороны, не нанести чрезмерный ущерб населению Грузии, а с другой – максимально усложнить ему жизнь.

В ЕС в какой-то момент осознали, что чем сильнее давление со стороны Европы, тем выше будет сопротивление. Однако они не могут оставить политику «Грузинской мечты» без ответа. Поэтому предпринимались попытки ввести санкции на уровне всего Европейского союза. Но их блокировал и активно оспаривал Виктор Орбан.

Если новая власть в Венгрии пересмотрит этот подход и перестанет блокировать такие инициативы, то мы можем стать свидетелями первых в истории отношений ЕС и Грузии санкций – санкций не на индивидуальном уровне отдельных государств и не в виде ограничений для владельцев официальных паспортов, а против Грузии как государства в целом и от имени всего Европейского союза.

Насколько такой пересмотр реален – вопрос открытый, поскольку не всё так однозначно с партией «Тиса», уже находящейся у власти, и, возможно, она не решится на столь радикальные шаги. Но такая угроза существует, и «Грузинская мечта» уже должна задумываться о том, как реагировать на подобное развитие событий.

Европейский союз с точки зрения торговли, импорта, экспорта и общего благополучия грузинской экономики не столь критичен, как это часто представляется. Многие, например, до сих пор не знают, что стратегические отношения между США и Грузией не предусматривали каких-либо существенных экономических, военных или политических привилегий – это была, по сути, декларация воли.

Однако вес Европейского союза, в том числе в части финансовых потоков и переводов частного капитала в страну, достаточно значителен. Более того, ЕС выступает и как идеология – система ценностей, которая пропагандирует определённое понимание благополучия.

Поэтому официальное введение санкций со стороны Европейского союза против Грузии – это серьёзный идеологический удар, а также удар по позициям страны в международной экономике и по её имиджу.

Таким образом, главный вопрос, которым сейчас задаётся «Грузинская мечта», – осмелится ли новая власть не только встать в один ряд с радикально антироссийскими силами, но и поддерживать столь же жёсткую риторику в отношении Грузии.

Кстати, уже начались призывы со стороны представителей оппозиции и их сторонников активизировать шаги по введению индивидуальных санкций со стороны Европейского Союза против представителей правительства «Грузинской мечты», их медиа и сторонников. По их мнению, Венгрию больше не будет блокировать эти инициативы. В Брюсселе желающие уже есть, их достаточно много. Пойдет ли Европа на дальнейшее ухудшение отношений с Тбилиси, нагнетая ситуацию, надеясь, что сможет продавить свои геополитические интересы в стране – покажет время.

Подытоживая, большая часть т. н. проевропейской оппозиции играет с правящей партией в т. н. нулевую игру, или, как это можно назвать в обиходе, – «пан или пропал». Следовательно, для них любой удар по правящей партии уже является победой. Они надеются, что Будапешт больше не будет блокировать европейских «ястребов» и позволит этому радикальному крылу брюссельской бюрократии расправиться с «Грузинской мечтой», даже ценой ущерба всему государству.

Ничего – после смены власти оппозиция сделает всё, что потребует Брюссель, и воссоздаст Грузию по своему подобию, а это подобие, якобы, автоматически будет лучше, богаче, успешнее и, что самое главное, оправдает все жертвы.

Так думают в грузинской оппозиции.