Вечерняя месса

 ┊┊┊⋆𖥔 ִֶָ ° •       

     ┊┊ ุ๋.𝅄⊹𓈒 ࣪˖  ִֶָ  ۫

     ┊𖥔 ִֶָ ⭒ °

   𝅄⊹𓈒 ִֶָ ᭝ ° .

Невысокий стройный мужчина ступил за амвон с лёгким шорохом. Его движения были легки и изящны, будто он не шел, а парил по облакам. Словно яркая, далёкая звезда, он был столь же элегантен и притягателен, сколь и холоден.

Он открыл небольшую книжку с потёртой кожаной обложкой и твёрдым переплётом. Её страницы тихо шуршали, как ветер, трепещущий в кронах деревьев. Аккуратные, тонкие пальцы перелистывали страницу за страницей, а взгляд мельком скользил по содержимому. В воздухе повисло ожидание — тишина излучала почти ощутимую священную ауру.

В полутени, пробивающейся сквозь высокие витражи, свет играл на его пепельно-чёрных волосах, создавая неземное, почти божественное сияние. Его лицо, тонкое и светлое, словно выточенное из элитных пород мрамора искусным мастером. Казалось, его кожа источала мягкое, тёплое сияние, словно отблеск первых лучей зари, озаряющий пустоту. Он был божественным светом, утренней молитвой, вознесённой к небесам, ангелом, спустившийся с небес, одним своим присутствием даруя полу-пустой церкви жизнь и душу.

— Итак, — произнёс он, прокашлявшись, словно стесняясь нарушить древнюю тишину церкви. Его голос звучал мелодично, но холодно и отстранённо. Это был холодный ветер в разгар знойного дня, суровая метель, сметающая всё на своём пути.

Его глаза, ледяные и строгие, словно два куска замороженного стекла, казалось, прожигали насквозь своим равнодушием. В них было что-то от холодной зимней ночи — тишина, безмолвие, которое способно заставить замереть даже самое храброе сердце. Его взгляд, подобно северному ветру, пронизывал до дрожи, оставляя за собой лишь пустоту и ледяное оцепенение.

Он ненадолго задержал взгляд на сидящих на скамьях детях, словно сканируя их души, и вновь устремил его в книгу.

— "Начнём же нашу вечернюю мессу.

И было время, когда на земле властвовали лишь бессознательные создания — чудовища, что не ведали ни света, ни добра. И увидел Господь, что зло их велико, и сердца их полны мрака.

И воззвал Он, Боги, к своему совету, сказав: "Не может быть, чтобы земля была полна лишь тьмы!"

И стало великое разлитие вод, и потоп смыл с её лица всё, что не могло познать света. И тогда, очистив землю от скверны, Господь сказал: "Сотворим человека по образу нашему, дабы населил он землю и провозгласил любовь и правду!' "

Дети, сидящие в полутени, заворожённо слушали чтение Табриса. Их глаза, полные бездонного любопытства и страха, смотрели на него, как если бы каждый его звук был колокольным звоном, отражающимся от каменных стен. Но вдруг, словно из ниоткуда, прозвучал полный вызова голос Жижи.

— "А почему монстры не были хорошими?" — спросил он, отворачивая голову, как будто хотел стыдливо спрятать свои слова. — "Может, они просто не знали, как себя вести? Почему мы сразу называем их злыми?"

Как яркая молния в ясном небе, осуждающий взгляд Табриса засиял мимолётной ненавистью и недовольством. Он застыл, его холодные глаза пронизывали пространство церкви, будто бросая тень на её стены.

— Тишина, — грозно произнёс Табрис. Его голос обрёл стальную резкость, словно пронзая вопросы в самой сердцевине их сущности. Он не кричал, но в его тоне звучала неукротимая строгость, словно у судьи, выносившего приговор. — "Вера требует покоя и умиротворения, а не богохульства и глупых вопросов."

Каждое его слово вонзалось в мальчика, превращая его в ничтожное, грязное и пустое существо, будто песчинку, легко уносимую ветром. Слегка испуганные взгляды Никс и Аркады впились в Жижу. Они смотрели на него так, будто он сказал что-то в вашей степени неправильное и ужасное, а не просто задал вопрос. Тишина вновь окутала всех, как мрак, поглощающий свет.

Табрис вновь сложил ладони и продолжил:

— "И явившиеся затем Боги, сотворившие чудовища, предназначали их для испытания. И сокрушая свои оковы, они послали на землю новизну…"

Вскоре, свет в храме стал тусклее. Солнце постепенно пряталось за горизонт, передавая ночи права на небо. Но в сердцах детей остался странный осадок — память о строгом наказе, жгущая, как раскалённый уголь.

Девчушка с пушистыми тёмно-коричневыми волосами быстро взглянула на мужчину, убедилась, что он не обращает внимания, и придвинулась ближе к Аркаде.

— "Кажется, Жижа останется сегодня без ягод на ужин." — тихонько прошептала она, боясь, что её услышит священник.

Мальчишка, оторвав взгляд от Табриса, также тихо ответил:

— Я с ним-

Он хотел было продолжить, но громкое "Кхм-кхм" заставило их умолкнуть. Они резко повернули головы к амвону и наткнулись на строгий взгляд Табриса.

— "Кажется, вы все сегодня без ягод." — твёрдо произнёс он, прежде чем вернуться к чтению.