«В роздале — 470 граммов, через сутки у неонатологов — 700»
Аудиозапись, на которой врачи Ростовского перинатального центра (ПЦ) обсуждают фальсификацию веса новорожденного, который впоследствии умер, в редакцию передали медики.
«Блокнот Ростов» предлагает расшифровку аудиозаписи с пояснения.
Мужской голос (М): Да, Ангелина Викторовна.
Женский голос (М) : Удобно? Петр Жанович, вы в курсе, что «Курито» натворила наша?
М: Кто?
Ж: «Курито». Это Нателла Владимировна.
(Нателла Владимировна Землянская — заместитель главврача Ростовского областного перинатального центра, сейчас — главный внештатный неонатолог области)
М: Нет, от меня ж все скрывают. Я ж враг.
(после увольнения бывшего главного врача Перинатального центра Валерия Буштырева, который стоял у истоков создания центра и 7 лет им руководил, коллектив медучреждения раскололся на его сторонников и противников. Буштырев поплатился должностью за попытку заставить областной фонд ОМС отдать врачам ПЦ за проделанную работу в общей сложности более 70 млн рублей. После 600 проверок в ПЦ были выявлены нарушения, и контракт с заслуженным врачом России разорвали, а новое руководство центра не стало настаивать на выплатах от ФОМС. Позже появилось коллективное письмо, в котором часть сотрудников ПЦ обвинило Буштырева в некорректном поведении. Врачи, отказавшиеся подписать письмо, в конце концов были вынуждены уволиться. Петр Заварзин покинул Перинатальный центр в 2020 году)
Ж: Я вам тогда все расскажу. Просто, чтобы вы знали масштаб трагедии, которая у нас происходит. Значит, не помню, какого числа, я в отпуске была. Родился ребеночек. Сроки беременности — 23 недели. Который был взвешен в родильном зале и была определена его масса....
М: 470 граммов, кажется...
(С 2012 года в России все дети, родившиеся после 22 недели беременности и весом более 500 граммов считаются новорожденными. Им должна быть оказана медицинская помощь, направленная на сохранение жизни. Если вес ребенка менее 500 граммов, он считается «плодом», и закон позволяет не реанимировать его. Существует версия, что медики в роддоме специально занижают вес недоношенных детей, чтобы не проводить реанимационные мероприятия — ведь в случае неудачи (а это с недоношенными детьми случается часто), такой ребенок пополняет статистику младенческой смертности, что, в свою очередь, грозит неприятностями руководителям самых разных уровней — от главврача до губернатора)
Ж: Когда ребеночка привезли на вскрытие, ребеночек стал весить 1000 граммов .
(речь идет о том, что в морге медики взвесили ребенка и указали его настоящий вес)
М: А сколько он прожил ?
(это важно уточнение, потому что малышу с экстремально-низкой массой тела понадобилось бы не одна неделя, чтобы вырасти до килограмма)
Ж: Он прожил двое суток. Ребеночек стал весить 1000 граммов. Костя Бекеев ...
(Константин Бекеев — заведующий отделением детской реанимации неонатальной Перинатального центра)
(...)
Ж: Да. И вот Костя Бекеев, приехав на вскрытие, не сказал акушерам-гинекологам о том, что ребеночка перевзвесили. Не сказал.
М: А как такое могло получиться? Они же его каждый день взвешивали там...
(в реанимации новорожденных каждый день взвешивают, чтобы максимально точно определить дозировку препаратов)
Ж: Как говорит «Курито» (Нателла Землянская, главный неонатолог РО), якобы, они его сразу же там взвесили на второй день, и он весил 700 граммов. Но «Курито», конечно, же врёт.
М: Как это? 470 и 700? Он отек что ли или они его чем-то «нафаршировали» ?
Ж: Как сказала «Курито», они взвесили ребеночка, увидели, что он весит 700 граммов, и на этом душа их успокоилась. Они об этом никому не сказали. А потом через два дня ребеночек поехал «лечиться» к Нине Алексеевне (Миханошина — патологоанатом Ростовского областного патологоанатомического бюро (РОПАБ) ), которая тоже замечательно взвесила этого ребеночка и обнаружила, что он вообще весит 1000 граммов. Это все со слов «Курито»
М: Угу .
Ж: Ну ладно, хорошо, может, с весами была проблема или действительно нафаршировали того ребеночка лекарственными препаратами. Всё бывает ...
М: Да не, ну перестаньте.. .Ну чем они могли его нафаршировать?
Ж: Петр Жанович, я шучу. Ну акушерам-гинекологам скажите, (что) вы его на следующий день перевзвесили, когда рассчитывали инфузионную терапию... Сказать, ну люди, у вас здесь 450 граммов, он 700 граммов весит — надо же исправить !(пауза) "Ошибка случилась в ваших расчетах, надо исправить". Как вы думаете, сказали
(длительная пауза)
Ж: Алё?
М: Ну нет, я так понимаю, что нет ..
Ж: И теперь у Нины Алексеевной в РОПАБе лежит история, где черным по белому нашими руками написано, что ребеночек весом 450 граммов они взвесили -700 граммов. Вот и всё. А теперь в РОПАБе лежит история, где мы его намерили 450 граммов, и рукой написано нашей, наших сотрудников...
М: Ну а в родзале...Он родился или это кесарево сечение было ?
Ж: Я не знаю. Я была в отпуске, поэтому я не знаю — родился, кесарево. Но сам факт! (пауза) И теперь если что-то будет не так, нам в морду ткнут и скажут: люди, да вот же у вас — вы 450 взвесили, а он на самом деле 700 граммов.
М: Нет, ну всё что Ирина говорила, все ж оказывается правда...
(Речь идет о заявлении бывшего главного внештатного акушера-гинеколога Ростовской области Ирины Буштыревой, которая в 2018 году рассказала о системе фальсификации статистики младенческой смертности в регионе. Она утверждает, что по негласному распоряжению регионального минздрава акушеров вынуждают не оказывать помощь детям с экстремально-низкой массой тела, занижая в официальных документах их вес. Впоследствии, по словам Буштыревой, такие дети записываются как мертворожденные и не учитываются в статистике младенческой смертности. Косвенно её версию подтверждают два судебных процесса — в Калуге и Калининграде, где врачи-акушеры попали под уголовное преследование по подозрение в умышленном убийстве недоношенных новорождённых. Факты умышленного убийства подтверждены не были, но фальсификация данных была признана судом. Минздрав Ростовской области не стал обвинять Буштыреву в клевете, Кировский районный суд Ростова заставил «Блокнот» удалить публикации с показаниями профессора на том основании, что они наносят репутационный ущерб региональному минздраву и его тогдашнему руководителю Татьяне Быковской)
Ж: Я просто вам говорю. Сейчас лежит эта «светлая» история в РОПАБе, где мы его взвесили 450 граммов, а они его намеряли (неразборчиво)
М: Ну вот верьте...
Ж: Это случайно. Мне Сашка приносит отчет, где написано «три мертворожденных» .Я говорю, Саш, откуда три ?У нас зарегистрирован один .Давай сверим пофамильно. Но два (новорожденных) — менее 500 граммов. Я говорю, они не идут в мертворождение. А умерших у тебя ?Он говорит: «Менее 500 граммов — вот этот» .Я начинаю выяснять и понимаю, что там срок 23 недели. Я задаю единственный правильный вопрос: «Сколько дней прожил ребенок ?» — «Меньше семи суток» — «А зачем вы его регистрировали?» Саша говорит: «Я не знаю, они там его что-то перевзвесили ... Нателла там что-то решала, что-то делала... В районе спины начинается шелушение» .. Я понимаю, что сейчас начнется жара. Я звоню Нателле Владимировне, говорю: «Нателла Владимировна, есть какие-то разумные пояснения происходящему? »
М: А Максик знает об ЭТОМ?
("Максик« — вероятнее всего, речь идет о Максиме Николаевиче Уманском, главном враче Перинатального центра, где и родился малыш, которого обсуждают люди на аудиозаписи)
Ж: Меня ж не было. Я это выяснила, когда стала верстать отчетность.
М: История (болезни) у них?
Ж: История у меня. (Пауза). (Многозначительно) История у меня.
М: А Татьяна Юрьевна уже знает об этом?
(вероятно, речь идет о министре здравоохранения Татьяне Юрьевне Быковской)
Ж: Я не знаю. Я об этом узнала вчера. Вчера уже не стала никого дергать, потому что у меня выгрузка счетов, мне не до этого. Но раз он сам сегодня позвонил там что-то выяснить. .
М: Просто это же ее подставляете в ситуации. Напрямую ...
Ж: Это очень интересная ситуация. Об этом знал Антонов уже. Он поехал на какого-то действительно 450-граммового и этот скандал там разворачивался уже. (пауза) Я думала, что все это было связано с антенаталом (умерший в утробе матери). Антенатал, и поэтому их трясут. Ан нет, оказывается он еще... Да нет, конечно. Они ж его еще «лечили» ... Алё?
(Логика беседы сводится к тому, что врачи, в попытке фальсифицировать вес ребенка ради улучшения статистики, не смогли «договориться» с патологоанатомами, и подмена вскрылась на межведомственном уровне. Чтобы обезопасить себя, сотрудники перинатального центра, видимо, попытались убедить вышестоящее ведомство, что ребенок набрал вес за время лечения, но поскольку он прожил менее семи дней, по закону, все равно был отнесен в число антенаталов)
М: Да-да. Я слушаю.
Ж: Я завтра историю возьму.
М: Вот это да. Вот это они вляпались! (драматично) Вот это они вляпались!
Ж: У меня подкарта. Я же всё фиксирую. Я же знаю, что у нас, с***а, постоянно меняется «система». Потому что я не могу рассчитывать на компьютерную систему, которая мне сверстает годовой отчет. Я много лет подряд годовой отчет верстаю вручную. Я заполняю кучу экселевских табличек. За всеми проверяю, всё это делаю. Но для себя я это делаю, что бы потом за три дня спокойно этот годовой отчет сделать. И не париться по этому поводу, как я раньше делала. И у меня данных по детской реанимации 450 граммов, поэтому пусть они мне не рассказывают, это они его у себя перевзвесили и он стал весить 700, мне не надо рассказывать эти сказки.
("постоянно меняется система" - не исключено, что речь может идти о том, что врачи вносят изменения в данные умерших детей регулярно, изменяя им вес, сроки беременности матерей, подгоняя таким образом их показатели при рождении под определение плода)
М: Куда они перевели его и он стал 700? Это ЧП!
Ж: Я вам еще раз говорю: мне сказала Нателла: «Да мы его на следующий же день перевзвесили, а он уже весил вон сколько».
М: Ну да, (саркастически) «подрос»... А как можно было промолчать? Почему главному врачу не доложили? Как это вообще можно было скрыть?
Ж: Я это увидела вчера, когда мне Саша принес годовой отчет. Саша мне его принес вчера, я это увидела вчера .
( ..)
М: Ну вот ... А здесь... Ну .. Его (вероятно, главврача ПЦ Уманского - за фальсификацию данных), конечно, сейчас никто не попрет. Но, мне кажется, его разговоры о Калининграде... Вчера или сегодня утром, когда он это вякал. Про Калининград. Сегодня аудит был. На аудите он и говорил.Или он нам это вчера?
(предположительно, речь идет о совещании под руководством главного врача Перинатального центра Максима Уманского, на котором обсуждалась ситуация в Калининграде, где двух врачей — акушера и неонатолога обвинили в убийстве новорожденного ради улучшения статистики. Суд присяжных в декабре 2020 года оправдал врачей, однако обе они признали факт фальсификации медкарты больной, у которой родился живой ребенок с экстремально низкой массой тела. Мальчик позже умер в реанимации, а в сеть попала аудиозапись, на которой врач «распекает» подчиненных за то, что они допускают попадание недоношенных детей в статистику по умершим младенцам. Обвинение настаивало, что одна из врачей ввела в пупочную вену ребенка смертельный для него препарат с целью представить его как умершего в утробе матери, хотя ребенок до этого прожил почти два дня)
Ж: Что говорит?
М: Что такие события, что такая жизнь, что это — кстати — вообще-то надо уметь (делать из живых детей с экстремально-низкой массой тела и слабыми перспективами на выживание для статистики «антенаталами» — прим .редакции). Дебил. (...).Не далее, как вчера или сегодня — не помню — он промямлил, что активизация органов, он назвал это давлением — это государственная политика. А я вот лично понимаю, что это нормально. А сколько можно терпеть непрофессионализм и п ***м (равнодушие), который на юридическом языке называется халатность. Сколько можно?! Не бревна же перекатываем!
![](/file/bc096d239597884e58db1.jpg)