В гости [1]

Верба:

Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро!

И неважно, что «утро» как понятие не существует ни в Незере, ни в Сумеречном Лесу. Амабилис раздал все нужные поручения, доподписал страшные бумаги и наконец сумел освободить себе время! Мир же не сломается за пару отрезков отсутствия Бога? 

Не сломается же?

Во всяком случае, Амабилис уже проходит через портал. Осторожно достаёт пару блоков обсидиана из рамки, гася фиолетовое свечение (правила хорошего тона: двери за собой надо за-кры-вать), оставляет рядом объяснительную табличку на скорую руку, мол, Ханути, не кусайся, скоро всё уберу, портал выключенный. А может ли Ханути кусаться? 

Он не горит желанием проверять лично. Этот вопрос добавляется в коллекцию «если-придётся-к-слову-то-спрошу», там уже лежит физика божественной накидки. Ч*у*дно. И чудн*о*. 

Амабилис исчезает в пламенном всполохе и появляется уже около знакомого твайлайтского портала — из этого путешествовать удобнее всего, было бы крайне неприятно оказаться в… ледниках, например. А тут, на огненных болотах, почти как дома. И с точки зрения ландшафта, и с точки зрения гостеприимства хозяйки. 

Бог ещё раз пересекает границу между мирами. Йору, наверное, его не ожидает. Но устное разрешение «приходить, когда будет время» Амабилис запомнил и собирается им воспользоваться. 

Путь до деревни гидр преодолён без происшествий, и незерский уже шагает по тропинке до обители подруги. Рептилии что-то порыкивают со стороны — Амабилис надеется, что это приветствие, потому что едва ли отличит сочетание звуков от проклятия. Ну, вроде здесь он пользуется популярностью, и никто из местных не против визита. 

— Привет, — Бог прислоняется к внешней стене пещеры подруги и заглядывает, обозначая своё присутствие. Спокойное выражение лица, мягкая дружелюбная полуулыбка. Никаких катастроф, Йору, Бенотх не сбегал, Незер не сливался со Средиземьем, и даже пингвины чувствуют себя замечательно! Он их регулярно кормит и уделяет внимание.

— Я зайду?

Купа:

Обычно Йору в своём доме появляется не так часто, как хотелось бы. Заходит только взять какие-то вещи или смахнуть пыль с хлама. А после таких дней, как собрание, возвращается, чтобы упасть в кучу мягких пуфиков и забыть обо всём.

Но об одном богиня не забыла. О навязчивой идее, которая шумно-шумно жужжала в её голове. Обычно Йору всё опасное и бредовое отбрасывает, старается хорошо обдумывать все потенциально плохие затеи, но эта оказалась сильнее и упрямее остальных. Потому, поднявшись со своей "кровати" в один прекрасный день, богиня отправилась не просто гулять, а поговорить с несколькими хорошо ей знакомыми гидрами.

И вот Йору уже неделю обитает в деревне. Местные жители этим вполне довольны. Старшее поколение обсуждает с богиней новости, а младшее шалит и пытается разрушить её дом. Час, в который Амабилис появился в деревне, был одним из немногих спокойных, в которые стрекоза обычно работает. Йору сидела на мягких пуфиках и с пустым выражением лица разглядывала книгу с рисунками животных сумеречного леса, стараясь не вчитываться в идеально ровные строки текста. Сейчас из книг ей нужно лишь подробное строение существ, не бессмысленные мысли глупых (и уже давно мертвых) учёных. 

Стоило Амабилису подать голос, как Йору захлопывает книгу и поднимает взгляд, слегка удивлённо приподняв брови. 

— Давно ты не приходил. Как тебя встретили? Не рычали слишком громко?

Верба:

Амабилис коротко отмахивается рукой и издаёт «не-е». Спокойной, но на удивление, для существа в гостях, целеустремлённой походкой направляется к столу, минуя Йору.

— Нормально, нормально, — качает головой. Его приветственным рыком не ошарашить. Любопытно всё таки получилось, что гидры — разумные существа, со своим обществом, деревней, языком. А с первого взгляда легко перепутать с какими-нибудь зверями.

Амабилис почти приземляется на стол, но замечает, что тут, вообще-то занято, и останавливается в паре шагов от привычного места. Ну, ладно. Не так принципиально.

— А у тебя как обстановка? — Бог поворачивается к подруге задаёт встречный вопрос. Пару раз косится на объект позади. Хм. В прошлый раз тут ничего не было. Впрочем, без его присутствия жизнь не должна замирать. 

— У меня всё спокойно, — говорит, потом усмехается, — Если вообще можно так выразиться. 

С момента собрания лучше не стало. Хуже тоже. Слияние не остановилось, но и не появились новые пустотные прорывы или глобальные искажения биомов (Бог всё ещё отходит от грибного пи-). Кристаллы у Амабилиса перехватили, поэтому отслеживать Хелиоса иномирскими способами не получается. Очевидцы расскажут, если встретят что-то особенное; магические датчики в пустошах настроены. Рутина. 

Где рванёт? 

Где? Рациональная часть мозга говорит, что за такой короткий срок ничего и не должно было измениться. Паранойя неуместна. Он никогда не отличался избыточной тревожностью. И до собрания были обычные недели — как жили, так и живём. Потихоньку. 

А божественная чуйка твердит, что это затишье. Скребётся. Что-то произойдёт, но Амабилис не может определить, что конкретно. Неужели уже конец? Пора думать над эвакуацией народа в Средиземье? Нет, не настолько глобальное «что-то», оболочка держится…

Бог чуть щурит жёлтые глаза. Может, Йору даст наводку.

Купа:

Йору откладывает книгу на пол и весело фыркает, заметив, как Амабилис просто остановился в сторонке из-за занявшего его место яйца. Прости, дружище, оставлять столь ценную вещь (а возможно уже живое существо) на полу было бы очень неуважительно к гидрам. Тебе придётся сегодня посидеть на пуфике.

— Я с самого собрания здесь. Местные говорят, что скоро будет что-то плохое. Считают, что я задерживаюсь в деревне исключительно перед неприятностями. 

Богиня переводит взгляд на выход, где за поддерживающим температуру барьером со звонким урчанием мимо проскользили маленькие ящеры. Гидры правы, Йору действительно возвращалась надолго в основном когда случалось что-то страшное. Например, во время столкновения она пробыла тут месяц. К ней всё время бегали и докладывали о происходящем, о новых существах и растениях. В деревню даже приходили те, кто тысячелетиями обходили огненные болота стороной, просили помощи и объяснений. Но случится ли что-то плохое сейчас? 

— Служу тут способом для гадания. Но всё хорошо, никаких неожиданностей не было. 

Взгляд стрекозы падает на яйцо под тканью. Йору думает, рассказать ли Амабилису, что это и для чего, но не решается. Друг, конечно, всегда её поддержит и поможет с любой проблемой, но беспокойство никуда не уходит. В бредовых планах признаваться тяжелее, чем в заведомо успешных. Вот если спросит, то что-нибудь скажет. Прощупает почву, посмотрит на реакцию, а там как пойдёт. 

Йору хлопает ладонью по мягким пуфикам, предлагая другу садиться рядом. Ну или устраиваться поудобнее у богини на коле- кхм.

— Ты хотел обсудить потенциальное разрушение наших миров или наоборот, отдохнуть от навязчивых мыслей? Я могу поддержать обе темы.

Верба:

— Ого, даже так? — Амабилис удивлённо хмыкает. Обычно Йору не задерживается долго на одном месте, предпочитает путешествовать. «И под каждым ей кустом был готов и стол, и дом».

— А в честь чего? Перерыв в странствиях? 

Над предложением Бог долго не раздумывает, не терзается никакими смутными сомнениями, и с небольшого разбега он падает в подушки. Секунд двадцать Амабилис лежит абсолютно неподвижно.

Йору даже не может быть уверена, дышит ли он. Сколько бы незерский не бодрился, в такие моменты становится кристально ясно, что это *тяжело*. На глазах общественности Бог ещё держится, никому не нужна паника, но в целом…

Прогнозы весьма неутешительны. Пу-пу-пу…

Потом Амабилис медленно поднимает голову.

 — Если у тебя есть какие-то срочные новости, которые могут помочь нам это самое разрушение предотвратить, то я с радостью их послушаю, — размеренно, не тараторя, говорит. 

— Но было бы лучше, если бы это не становилось главной темой сегодня.

Купа:

— Тут спокойно и тихо, самое то для отдыха.

Йору отодвигается слегка в сторону, чтобы дать Амабилису больше места для мягкого приземления. Бедняга так устаёт, что сейчас, наконец расслабившись, выглядит мёртвым. Благо боги не умирают от переутомления.

Поправив крылья, чтобы не поломать их об пуфики, богиня протягивает руку и ободряюще гладит друга по светлым волосам. А после растерянно отводит взгляд, понимая, что что-то не так. Йору была уверена, что должна была задеть рог, но ничего не почувствовала. Неужели показалось? Или она чего-то не знает? Ладони стрекозы сцепляются в замок, а лицо принимает самое спокойное выражение.

Сейчас точно не время спрашивать. 

С прищуром-улыбкой Йору наблюдает, как Амабилис медленно оживает, и отрицательно мотает головой в знак того, что новостей у неё никаких нет.

— Пусть сегодня у нас будет отдых от проблем. Мы заслуживаем это, дорогой друг.

Богиня делает паузу, вспоминая, что интересного и нового есть на её памяти, и в итоге тянется к ранее отложенной на пол книге. Перебирает жухлые страницы и останавливается на тех, где расположились интересные картинки со строением ящеров. Вот это очень занимательно! Главное не задумываться о том, как авторы узнали все подробности. Книга оказывается повёрнута к Амабилису.

— Смотри. Если вспомнить, как я создавала гидр, то в моей голове мысли только о том, что я понятия не имела, что творю. 

Дав другу достаточно времени для просмотра станиц, Йору поворачивает книгу обратно к себе и с явным любопытством снова пробегается взглядом по рисункам.

— Оказывается у них всё так интересно и сложно. Даже не верится, что это моё творение.

Верба:

Амабилис довольно щурит глаза, когда рука Йору касается его волос. Да, отдых — это действительно хорошая идея. Он переворачивается на живот и складывает руки под подбородком, пробегаясь глазами по предложенной странице. 

Бог создавал всю незерскую фауну под ту разумную цивилизацию, которая будет господствовать. Гасты — порох и алхимические ингридиенты, лавомерки — транспорт по лавовым озёрам, хоглины — мясо и клыки, магмовые кубы… слегка не получились. Должны были стать домашними любимцами, но нрав обрёк их на роль монстров. И источника слизи для некоторых зелий. 

Всего вокруг в достатке — просто подготовься достаточно хорошо, чтобы это забрать. С неба ничего не упадёт. В Незере *нет* неба. 

Для Амабилиса главным приоритетом и интересом было то, как созданные существа будут взаимодействовать с его народом в конечном итоге. Подумать про внутренне строение он тоже забывал — самых первых существ рисовал палкой на гравии, позже совершенствуя (если выжили, конечно; единственный незераковый голем навсегда сгинул в лаве); в случае с более поздними — создавал безжизненный тестовый образец, разрезал лично и исправлял ошибки. Нельзя забывать сердце, а то потом не найдётся места. 

У лавомерок оно достаточно маленькое…

— Анатомические атласы — это комплимент в нашу сторону, — Амабилис чуть приподнимает уголки губ. Ведь кому-то действительно было интересно отрисовывать всё в подробностях. Некоторые даже положили на это дело всю жизнь. Гордость творца, на труды которого обращают внимание. 

Стой, Йору, а что происходит? Улыбка медленно сползает с лица. 

Друидический атлас. Страница с гидрами. Богиня нечасто берёт в руки книги, и это весьма понимаемо, если знать историю Леса. Что за мероприятие сегодня? Попытка придумать спасение для любимых зверей в случае переезда, облегчить акклиматизацию? У незерца этот аспект горит синим пламенем — половина существ сгниёт в первую минуту.

В простое любопытство и желание посмотреть красивые картинки Амабилис не поверит. Это как если бы ему взбрело в голову отправиться в долины душ на прогулку. 

Слишком горько и неоправданно. 

— Что ты задумала? — бог моргает.

Купа:

У Йору с лица тоже неторопливо сползло подобие улыбки. Ладно, признаем, что в душе она всё равно хотела разболтать Амабилису свои планы, даже если реакция на них будет не самая приятная. Это уже как наркотик, придумать что-то интересное и не разболтать лучшему другу равносильно самым страшным преступлениям. Задумавшись всего на пару мгновений, богиня вытягивает ногу и цепляет когтями уголок ткани, укрывающей стол и его содержимое. Полотно с тихим шуршанием опадает на пол и Амабилису открывается отличный вид на яйцо. Как в кинотеатре!

— Помнишь, на собрании ты предложил мне создать помощника? Я решила попробовать. Вот только последний раз я занималась таким…

Йору подвисла, пытаясь вспомнить свой возраст. 

— …давно. Хорошо, что сохранилось много хороших книг. Освежу память, всё продумаю, и совсем скоро по лесу будет бегать совершенное создание, подобие своих предков. 

Богиня закидывает ногу на ногу, окидывая взглядом чешуйчатое яйцо и проверяя, нет ли на нём никаких трещин. Идеальный экземпляр. Без неровностей и дефектов, лучшее их лучших. Йору очень повезло, что она смогла найти такое среди брошенных.

— Не сказала бы, что помощник мне нужен, но это будет очень занимательный эксперимент. 

Пауза. Стрекоза звонко постучала пальцами по страницам книги и повернула голову к Амабилису. Осталась последняя, самая спорная идея. Но с другой стороны такая интересная и сложная, что если её никому не рассказать, то Йору точно взорвётся.

— И я придумала, как наделить это существо силами, отличающимися от других. Хочешь покажу?

Верба:

Отмена депрессии! Галлья, у нас отмена! Кончик хвоста радостно дёргается, а глаза Амабилиса снова загораются.

— Ты действительно пробуешь? — он вытягивает руки и пытается приобнять Йору, но из нынешнего положения полноценно достать до подруги не удаётся. Поэтому Амабилис утыкается лицом куда-то ей в рукав.

Они дождались деятельности от Йору! Может, Сумеречный Лес заиграет новыми красками? Жадных приключенцев будет кому остановить, раз они повадились грабить богатства чужого мира.

Через пару секунд он переводит взгляд на яйцо. Прикольновое. Чуть блестит. Чешуйки. И из такой штуки потом действительно вылезет существо? В Незере нет ни рептилий, ни птиц, поэтому для Амабилиса это всё крайне необычно.

— В любом случае лишним не будет, — он пожимает плечами, — компания, как-никак. Если надоест, сбагришь на выходные ко мне. 

Защитник Леса, обучающийся не только в пределах своего мира, но и бывавший в других… Весьма новая концепция. Надо будет выковать ему хорошее оружие.

— О, силами? Тоже барьеры? — Амабилис заинтересованно приподнимает брови.

Купа:

Всё прошло гладко, реакция Амабилиса многообещающая. Йору весело фыркает и снова откладывает книгу на пол. Больше, пожалуй, она сегодня не понадобится. Сейчас будут развлечения повеселее.

— Претендуешь на роль матери будущего существа? Хорошо, я запомнила.

Богиня немного отстраняется и садится поудобнее, чтобы дать себе больше места для манёвра. Она вообще не уверена в обнаруженном методе и в том, как сырая, бесформенная сила поведёт себя при попытке передать её другому существу. На себе эксперименты прошли… никак. Йору буквально ничего не почувствовала, переливая собственные силы из одной ладони в другую, разве что небольшую щекотку. Только узнала, что если завершить перемещение неосторожно, то приятного будет мало. Тонкие потоки непонятной материи чуть ли не взрывались у стрекозы в руках.

— Я не могу сказать, барьеры это будут, или нет. Не на ком было проверить. Но на себе я пробовать пыталась, вроде рук не лишилась. Посиди, пожалуйста, смирно.

Сейчас будет резня. Йору берёт Амабилиса за руку и едва заметно хмурится, пытаясь повторить то, что делала одна.

Боги используют какой-то материал для использования своих сил. Взять даже барьеры, разве могут они быть ничем? И это не спрессованный воздух, это нечто, что Йору концентрирует и создаёт самостоятельно. Даже если вокруг неё не будет ничего, кроме бесконечной пустоты, стрекоза все равно сможет создать барьер. И Амабилис сможет создать огонь. А если это что-то можно материализовать, значит, и передать можно?

Йору дней пять не понимала, что именно пытается сделать. Придумывала только новые способы создания одних и тех же барьеров, пока не догадалась создавать их, не отрывая от рук. Потом их форма начала смягчаться. Они становились едва заметными, нечеткими, как искажения от горячего воздуха. И в конце-концов один из экземпляров лопнул, преобразовавшись… в ничего. Просто потревожил окружающие его потоки воздуха и объекты, не причинив никакого вреда. Можно ли в таком случае крикнуть "Эврика!"?

Вот и сейчас, сосредоточившись на создаваемых потоках силы, Йору просто направила их в руку Амабилиса. Всего пара секунд, после чего передача резко (наверное, даже слишком. Нужно было осторожнее) обрывается, и богиня спешно одёргивает руку. Не хотелось бы, чтобы друг остался без лапы. Кто же будет их будущего ребёнка на руках носить? 

— Чувствуешь что-нибудь? Рука не планирует отваливаться?

Верба:

— На *выходные*, Йору, а не навсегда, — фыркает Амабилис. Колдовство лёжа всегда выходит качества крайне сомнительного, поэтому он, в процессе частично провалившись в межподушковое пространство, наконец принимает устойчивое положение. Всё, победа. Сидит, ноги на полу.

Бог внимательно слушает рассуждения подруги. Способность создавать барьеры, пусть даже лишь несколько до того, как переданная сила закончится, была бы весьма полезна… Хороший щит, попрочнее, чем обычный элементальный. Ну, посмотрим. Поучаствовать в эксперименте всё равно интересно само по себе.

Амабилис наблюдает за тонким тусклым потоком энергии, текущим к нему. Щекотно. Он не совсем любит это ощущение, но пока что оно терпимо. Никаких головокружений и тошноты, в обморок вроде не собирается… 

А потом передача глухо хлопает и обрывается, отчего Амабилис слегка дёргается. Неожиданно. Скример!

— А должна? — бог немного сжимает челюсти, глаза бегают по руке, пока он осматривает её со всех сторон. Не обнаружив ничего нового в физическом плане, фыркает. 

— Говоришь сидеть спокойно, а сама! 

Амабилис выдыхает и прислушивается. Десять секунд они сидят молча. 

— Ну, ощущения… — он задумчиво щурится, формулирует мысль, — как будто что-то отлежал, и кровь возвращается. Немного щекотно. Наверное, скоро начнёт сильно колоть.

Бог встаёт с кресла, осматривая пространство. Как бы тут ничего не задеть… Он понятия не имеет, что выйдет в конечном итоге. И пробовать в достаточно тесном помещении, утыканном разными предметами, — не самая блестящая идея.

Но раз Йору не предлагала переместиться куда-то за пределы деревни, то она должна была предусмотреть потенциальный ущерб. Барьер. Создать барьер. Амабилис концентрируется, коротко взмахивает рукой…

Появившаяся огненная стена обдаёт их всех, двоих с половиной, жаром. Ну, яйцо, привыкай, не в сказке живёшь!

Амабилис в следующую же секунду тушит огонь, не давая ему разгореться. Рывком добирается до ковра, затаптывает остатки. 

— Так… — он складывает ладоши в замок. На поджатых от «ой, я чуть не сжёг твой дом» губах едва заметно пляшет улыбка.

— Это явно не барьер.

Купа:

— Прости, мне пришла в голову мысль, что это могло быть опасно. 

Наступает тишина. Йору кидает взгляд на свою руку, едва ли что-то ощутившую, а после возвращает всё внимание к Амабилису. 

Описание ощущений достаточно четкое, чтобы богиня слегка прищурила глаза, представляя неприятное покалывание, разливающееся по ладони. Йору хотела предложить другу попробовать создать барьер и объяснить, как именно, но не успела. У Амабилиса мысли летят быстрее. Даже слишком быстро. Стрекоза успела только поднять руку и прикрыть глаза, прежде чем в небольшом доме материализовалась стена огня.

Благо реакция у экспериментаторов обычно быстрая, огонь почти сразу оказывается потушен. Пару секунд Йору наблюдает, как друг-чуть-не-спаливший-дом топчет остатки пламени, а после поднимается с пуфиков и подходит к Амабилису. Шуршание и тяжелые шаги со стороны улицы богиня пропустила мимо ушей, уже сосредоточившись на том, какие можно сделать выводы.

Новое черное пятно на ковре тактично проигнорируем. Сама виновата. 

— В твоей первой попытке создать барьер я представляла маленькую сферу, но это тоже вполне наглядный результат. Сила подстраивается под своего носителя? Или моя просто растворилась в твоей, так как её было меньше? Что…

Закончить фразу Йору не дали. Звонко зазвенели колокольчики и в дом заглянула сначала одна, а потом и три большие морды. Точно, они же в деревне не одни. Прохожие уже тут как тут, рычат и скалятся, беспокойно спрашивая, всё ли хорошо. Самая любопытная голова нагло проникла в дом, толкнув богиню носом и задорно урча.

Йору лишь слегка покачнулась, одну руку положив на морду любопытной гидре, а второй махая остальным.

— Всё под контролем, не беспокойтесь. Да, да, мы уже потушили огонь.

Верба:

— Да, наверное, растворилась, — Амабилис несколько раз кивает, пока Йору успокаивает гидр. Значит, для чистоты эксперимента проверять надо на создании, которое не имеет ни капли собственной магии…

С этим незерский вряд ли сможет помочь. Большинство разумных-цивилизованных обитателей его мира имеют предрасположенность к колдовству. Кто-то больше, кто-то меньше, но при достаточном желании любой бастионский пиглин способен осознать принципы сотворить простенькое заклинание. И с вероятностью, бесконечно стремящейся к ста процентам, результатом будет огонь. 

Без магии, без магии… Защитные антимагические вещи делаются с помощью специальной обработки коры багрового дерева. И милый мешочек «пошла к чёрту, магия!» не имеет достаточно разума, чтобы попытаться создать барьер. А если бы и имел, то наверняка его силой был бы контерспелл. 

Ну, Йору пока вроде не просит добыть ей подопытного. Если даже в их мирах в конечном итоге не найдётся чего-то подходящего, всегда можно договориться с Ханути или Киноитой. 

— А твой помощник, получается, будет гидрой? — Амабилис глядит на яйцо на столе. Прямоходящая форма была бы практичнее, если в планах нет сажать существо чахнуть над золотом и защищать одно конкретное место.

— Достаточно ли они мобильны, чтобы гонять по всему Лесу? Придётся же и с созданиями вроде людей сражаться. А тут не помешает скрытность и увёртливость.

Купа:

Кинув взгляд на яйцо, Йору задумчиво хмурится, пытаясь осознать, что делать дальше. И попутно отправить всех собравшихся зевак по домам…

Значит, эксперименты нужно проводить на ком-то, кто обделён магической силой. В лесу есть несколько таких существ, но из наиболее разумных, пожалуй, только одни. И с ними у Йору давняя договорённость, по которой она не беспокоит их, а они её.

Чтож, видимо придется нарушить своё обещание. Можно, конечно, взять менее разумное существо, того же снежного волка или оленя, но объяснить им принцип работы божественных сил будет крайне сложно. Будем что-то выдумывать с теми самыми подземными ребятами, минотаврами. Но точно не сейчас.

Сейчас Йору благополучно вытолкала из своего дома любопытную морду, попутно разгоняя и всех остальных.

— Будьте скромнее, здесь ведь не только я. Поговорим, когда у меня закончатся дела.

Гидры переглянулись, и с тихим урчанием разошлись, отправившись доделывать брошенные дела. Взглядом проводив своих соседей, Йору вернулась к Амабилису. Как раз вовремя, чтобы он закончил думать и вывалил кучу вопросов. 

— Не бойся, дорогой друг, я не глупа. Существо будет проворнее ветра, разумно и способно держать в руках любое оружие. Мне просто нужна какая-то основа, иначе велик шанс, что эксперимент закончится раньше времени.

Подойдя ближе к яйцу, богиня подняла с пола ткань и сложила её в небольшой прямоугольник, бросив на и так заваленный всяким хламом стол. 

— Как думаешь, сможешь подсказать нашему будущему помощнику пару трюков для ближнего боя? Я могу помочь освоиться лишь с дальним, может отдать свой лук. А вот твоя помощь пригодилась бы.