Уже на троне.

Я шёл медленно по коридору. Каждый шаг отдавался гулким эхом. Проходя мимо картин, я остановился возле, вспомнив то время, когда был просто 16-ти летним Готье Хитклифом.

Вспомнил и друзей.

Оливия Брум была так же прекрасна на картине, как и в юности. Оливер стал чуть серьёзнее, но ходить с сестрой везде и вести себя как малый ребёнок там, где нет посторонних глаз, не перестал, так мне писала Оливия. Ну и соответственно, она сообщила о том, что они теперь преподаватели в лицее.

У Леона Кагера сейчас грандиозная карьера в балете и множество поклонников. На картине он как кукла.. Но я вижу живого Леона.

Мы вчетвером списываемся, хоть и не очень часто.

Все они достигли многого. Изменились, но оставались собой. А я.. Я стал императором. Сделал всех равными. Стал строже к себе, более образованным. Но почему-то не чувствовал себя настоящим.

Пройдя дальше, предо мною был портрет Гедеона.. На полотне он выглядел серьёзным , отстранённым и холодным. Но я знал настоящего "Г. Х." и мог с уверенностью сказать, что в жизни он другой.. Мы почти с ним не переписываемся, но иногда это всё же происходит.

Далее, был портрет Габи. Она видела своё будущее в балете и сейчас была третьекурсницей балетной школы. Я очень горжусь сестрой, хоть и не родной.

Сейчас вспомнилось то, как Габриэлла любила устраивать "модный приговор". Я был этому не очень рад, а вот Скэриэл...

Скэриэл.. Это имя было будто удар поддых.

Я вспомнил Скэра.. Того самого, с которым мне было хорошо. Который приходил ко мне через окно, который всегда помогал, который был лучшим, который любил меня, с которым у меня было многое: от моральной поддержки до поцелуев, который... Мёртв.

Да, Скэриэл Лоу сейчас был мёртв. И мёртв из-за меня.. Из-за нашей дуэли за престол..

Слеза скатилась по моей щеке. Просто немыслимо.. Прошло столько времени.. А он.. Всё ещё мне дорог..