Under Protection. глава 6

Макс стоял у окна в кабинете отца Шарля, глядя на улицу. За стеклом шёл дождь — мелкий, серый, осенний. Он не любил такие дни. Они напоминали ему о чём-то, что он давно похоронил внутри себя. Он слышал, как капли стучат по стеклу, как ветер гнёт ветки деревьев, как где-то вдалеке сигналит машина. 

Он услышал шаги за спиной, но не обернулся. Он знал, кто это. Он узнал бы эту походку из тысячи — тяжёлую, уверенную, с лёгким прихрамыванием на правую ногу, которое отец Шарля получил много лет назад и которое он никогда не признавал.

— Садись, — сказал отец Шарля, и его голос был спокойным, но в нём чувствовалась усталость. Он прошёл к своему креслу и опустился в него, и Макс услышал, как старые пружины скрипнули под его весом.

Макс обернулся и сел в кресло напротив стола. Он выглядел старше, чем в их первую встречу. Морщины на его лице стали глубже, а в глазах было что-то, чего Макс не видел раньше — может быть, сожаление. 

Может быть, просто усталость. На столе стояла чашка кофе, уже остывшего, и стопка бумаг, которые он не читал. Рядом лежали очки, которые он, видимо, забыл надеть. Он выглядел как человек, который много думал и мало спал.

— Я вызвал тебя, чтобы поговорить о Шарле, — сказал отец, откидываясь на спинку кресла. — Как он? Что происходит?

Макс помолчал, собираясь с мыслями. Он не знал, с чего начать. Он не знал, что именно хочет услышать отец Шарля. Правду? Или то, что он хочет услышать?

— Он изменился, — сказал он наконец. — Не сильно. Но что-то в нём поменялось.

— Что именно?

— Он стал мягче. Он всё ещё злится, всё ещё огрызается, но… это уже не то.

Отец Шарля смотрел на него, и в его глазах было что-то, что Макс не мог прочитать.

— Ты думаешь, это из-за тебя?

Макс покачал головой.

— Не знаю. Может быть. Может быть, из-за Джорджа. Может быть, из-за всего сразу. Может быть, он просто устал быть тем, кем был.

— Что случилось с Джорджем?

Макс помолчал. Он не знал, стоит ли рассказывать. Но он также знал, что отец Шарля имеет право знать. Он вздохнул и сказал

— Я не знаю всех деталей. Шарль не рассказывал. Но что-то произошло. Он был расстроен. Очень. Я видел его таким впервые. Он плакал в машине. Не мог остановиться. Я пытался его успокоить, предлагал воды, говорил, что всё будет хорошо, но он просто сказал мне заткнуться и отвезти его домой. Он не хотел говорить.

Он кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то — может быть, боль. Может быть, вина. Он провёл рукой по лицу и вздохнул. Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не знал, как это сформулировать.

— Я сделал правильный выбор, — сказал он тихо. — Когда приставил тебя к нему. Я знал, что он будет сопротивляться. Но я также знал, что ему нужен кто-то, кто не будет подчиняться ему.

Макс смотрел на него, не зная, что сказать.

— Он не знает, как это — когда кто-то просто рядом, — продолжил отец. — Он привык, что все либо используют его, либо боятся, либо хотят что-то от него.

Макс молчал. Он не знал, что на это ответить. Он просто смотрел на отца Шарля и ждал, что тот скажет дальше.

— Я знаю, что ты думаешь, — сказал отец, и его голос стал тише. — Ты думаешь, что это не твоя заслуга. Что он сам меняется.

Макс посмотрел на него.

— Я просто делаю то, за что мне платят.

— Нет, — сказал отец, и в его голосе была уверенность. — Ты делаешь больше.

Макс не ответил. Он не знал, что сказать. Он смотрел на отца Шарля и думал о том, что этот человек, возможно, прав. Возможно, он действительно что-то даёт Шарлю. Но он не знал, что именно. 

И он не знал, хочет ли он это давать. Потому что это было опасно. Это было то, что могло выйти за рамки контракта. А он не хотел, чтобы это выходило за рамки.

Отец Шарля встал и подошёл к окну. Дождь всё ещё шёл. Капли стекали по стеклу, оставляя за собой длинные, извилистые следы. Он смотрел на улицу, и его лицо было задумчивым.

— Я не прошу тебя о большем, чем ты уже делаешь, — сказал он тихо. — Просто будь рядом. Этого достаточно.

Макс кивнул. Он встал, собираясь уходить, но у двери остановился.

— Можно вопрос? — спросил он.

— Да.

— Что случилось с Джорджем? Вы знаете?

Отец Шарля помолчал, а затем сказал

— Я знаю, что Шарль вернулся домой весь в слезах. Я знаю, что он заперся в своей комнате и не выходил до утра. Я знаю, что он не сказал мне ни слова. Но я также знаю, что Джордж сделал что-то, что разбило ему сердце. И я знаю, что Шарль больше не хочет его видеть. Это всё, что я знаю. Он не рассказывает мне. Он вообще ничего мне не рассказывает.

Макс кивнул и вышел.

Он шёл по коридору, и в его голове всё ещё звучали слова отца Шарля. 

Он вышел на улицу, и дождь усилился. Он поднял воротник куртки и пошёл к машине, чувствуя, как холодные капли стекают за шиворот. Он сел в машину, но не завёл двигатель. Он просто сидел, глядя на дождь, и думал о том, что произошло.

Он не знал, что случилось у Шарля с Джорджем. Но он знал одно Шарль был расстроен. И он не знал, как это исправить. Он не знал, нужно ли это исправлять. Он просто знал, что будет рядом. Потому что это была его работа. И, может быть, что-то большее. 

Он сидел в машине долго, пока дождь не начал стихать. А потом завёл двигатель и поехал домой. По дороге он думал о том, что, может быть, ему стоит поговорить с Шарлем. Не давить, не спрашивать, просто быть рядом. Может быть, этого было достаточно. Может быть, это было всё, что нужно.

Он вернулся поздно. Шарль сидел на диване в гостиной, укутавшись в плед, и смотрел в телевизор. На экране мелькали какие-то картинки, но Шарль не смотрел на них. Он смотрел в никуда. Макс вошёл и остановился в дверях.

— Ты не спишь? — спросил он тихо.

Шарль посмотрел на него. Его глаза были красными, но он уже не плакал. Он выглядел уставшим. Очень.

— Не могу уснуть.

Макс подошёл и сел рядом. Он не сказал ни слова. Он просто сидел. Шарль тоже молчал. Они сидели так несколько минут, глядя в телевизор, который никто из них не смотрел. В какой-то момент Шарль сказал

— Ты знаешь, что он сделал?

Макс посмотрел на него.

— Нет.

— Он целовал другого. На нашем месте. Там, где мы впервые встретились. Где впервые поцеловались.

Макс молчал. Он не знал, что сказать. Он просто слушал.

— Я не знаю, зачем я это рассказываю тебе, — сказал Шарль, и его голос дрогнул. 

— Мне нужно, — сказал Макс тихо.

Шарль посмотрел на него.

— Что?

— Мне нужно это слушать.

Шарль смотрел на него долго. Потом его глаза снова наполнились слезами, но он не заплакал. Он просто кивнул и снова положил голову на плечо Макса. Макс не отстранился. Он сидел неподвижно, чувствуя тепло тела Шарля, и смотрел в телевизор. 

Он слышал, как дыхание Шарля становится ровным, как его тело расслабляется. Он понял, что Шарль заснул. Он не стал его будить. Он просто сидел, чувствуя, как его собственное сердце бьётся быстрее, чем должно.

Он смотрел в телевизор, но не видел его. Он думал о Шарле. О том, как тот плакал в машине. О том, как кричал на Джорджа.

он думал о том, что, может быть, отец Шарля прав. Он не знал, готов ли он к тому, что будет дальше. Но он знал, что не хочет, чтобы этот момент заканчивался.

Он сидел так до утра. Шарль спал на его плече, и Макс не двигался, чтобы не разбудить его. Он смотрел, как за окном светлеет небо, как дождь сменяется туманом, как город просыпается. И он думал о том, что, может быть, впервые в жизни он не хочет, чтобы что-то заканчивалось.