Улицы безликих

Первым двинулся тот, что был ближе всех - мужчина в рваном пальто, с плеча которого свисал клочок ткани, пропитанный запекшейся кровью. Он пошёл не торопясь, будто нехотя, но каждый его шаг отзывался вибрацией в полке, у которой стояли Чигири и Кунигами. За ним, как по команде, двинулись двое других - девушка в порванном платье и широкоплечий мужчина с распухшей, как у утопленника, шеей.

Кунигами хмыкнул, будто это были не мертвецы, а надоедливые спарринг-партнёры.

— Держись ближе ко мне и не геройствуй.

Чигири хотел огрызнуться, но воздух застрял в горле, и он лишь кивнул. Нога гудела. Двигаться было пыткой, но оставаться на месте было нельзя.

Мертвецы ускорились. Кунигами шагнул вперёд, размахивая трубой широким, почти идеальным дуговым движением. Гулкий удар встретил череп первого и раздавил его, как перезрелый плод. Тело повалилось набок. Но удара трубы никому не устрашило двух других мертвецом и вот они рвались вперёд.

— Влево! — рявкнул Кунигами.

Чигири бросился, точнее попытался броситься. Нога не выдержала, заставив его споткнуться. Но тело, привыкшее к десяткам лет тренировок, среагировало быстрее сознания: он оттолкнулся ладонью от пола и сделал резкий перекат между двумя стеллажами. Рот наполнился пылью. За спиной что-то зарычало. Чей-то хват промахнулся буквально на сантиметр.

Кунигами стоял один против двоих. Труба вновь мелькнула. Глухой удар. Хруст. Второй мертвец упал, но третий, тот, с раздувшейся шеей, будто не замечал ран. Он вцепился в трубу, с силой дёрнул её вниз, пытаясь вырвать.

Кунигами перехватил рукоять, мышцы рук вздулись. На мгновение они застыли в странном, нелепом противостоянии - живой человек и мёртвое существо, будто каждый был уверен, "сейчас поддастся другой."

— Хёма! — крикнул Кунигами. — Дверь за мной! Слева!

Чигири оглянулся. Там, между стеллажом и обрушенным потолочным фрагментом, действительно была щель. Он никогда её не замечал, книг слишком много и света было мало. Вероятно, пролом образовался от недавних толчков, когда этот сектор торгового центра наконец просел. Сквозняк бил холодом, там был выход наружу.

Он почувствовал толчок адреналина. Спасение. Но стоило сделать шаг, как что-то тяжёлое ухнуло позади.

Огромный мертвец сбил Кунигами с ног. Чигири замер. Всё его тело вцепилось в страх - тот самый, парализующий, липкий, который он чувствовал в минуты, когда травма угрожала отобрать у него карьеру. Теперь же она грозила отобрать жизнь его спасителя.

Монстр навалился на Кунигами, рыча, захлёбываясь собственной слюной. Труба вылетела из рук рыжего. Пальцы мертвеца впились в его плечи, толкая голову всё ближе к горлу.

— Кунигами!! — голос вырвался сам, рваный, почти сорванный.

Тот издал низкое, звериное рычание, скорее похожее на стук зубов, чем человеческий звук, и уперся локтем монстру в подбородок, удерживая от укуса. Но так долго он не выдержит.

Выход был в десяти шагах. Десять шагов, которые могли спасти ему жизнь. Или десять шагов, которые могли навсегда похоронить друга.

Чигири всегда бежал вперёд. Всю жизнь. От травм, от страхов, от ожиданий. Его учили рваться, обходить оборону, прорываться к воротам, но никогда возвращаться назад. Сейчас выбор был не между голом и поражением. Между победой и смертью.

Он сделал вдох. Боль в лодыжке вспыхнула огнём, но он выпрямился.

— Не смей умирать, Рёнске… — прошептал он.

И рванул назад. Каждый шаг был пыткой. Каждый удар пятки по полу отдавался в кости. Но он бежал. Он бежал туда, куда не хотел - к монстру, который мог разорвать его за долю секунды.

Чигири схватил металлическую подставку для книг. Ржавая, тяжёлая, с острым краем. Он стиснул зубы и поднял её над головой.

Монстр прижал Кунигами к полу. Челюсти раскрылись.

Чигири ударил.

Металл вошёл в голову существа с таким звуком, будто кто-то раздавил мокрый арбуз. Мертвец дёрнулся, содрогнулся всем телом, и рухнул на бок.

Воздух вырвался из груди Кунигами рывком.

Он пару секунд лежал, ошарашенный, потом поднялся на локти и посмотрел на Чигири. В его взгляде было нечто, что Хёма никогда прежде не видел.

— Ты… вернулся? — выдохнул он, словно не веря в это.

Чигири дрожал. Руки колотило. Нога болела до тошноты.

Но он лишь фыркнул:

— Заткнись. Ты бы сделал то же самое.

Кунигами ухмыльнулся уголком губ, поднялся, подобрал свою трубу и хлопнул Чигири по плечу:

— Ладно, Принцесса. Тогда бежим. И теперь действительно бегом.

Позади, откуда-то из глубин торгового центра, послышался новый звук. Хриплый, многоголосый.

Они уже знали, что шум привлечёт других.

Чигири сглотнул. Кунигами кивнул ему — «готов?»

Он кивнул в ответ. И они бросились к пролому. Туда, где холодный воздух обещал им хоть какой-то шанс.