Ульфрмадр
Последний ужинПсовое
Отчего-то богатые тощие пëзды
Любят себе заводить бульдогов
Толстеньких и с морщинистым лбом
Рожей на их мужей уж похожих
Мелких собак очень любят в народе
Что будут щенками до старых мудей
Гавкают, хрюкают, в истерике давятся
Лаем своим развлекая блядей
Те, что богаче, берут себе таксу
Иль даже две, чтобы им скучно не было:
Собака одна со скуки удавится,
А если их две, то удавят друг друга.
Есть и такие, что корги берут,
Чтобы соседских детей развлекал
- Смотрите, глядите, как лапками сучит!
- Он, паразит, нам гардину задрал
А как обожают ретриверов золотистых!
Ласковых, игривых и бархатистых!
Но никто не задастся вопросом: где остальные,
Недружелюбные и горделивые?
А как же экзотика? Например, Сиба Ину
Внешне пушистый, внутри же - злобливый
Закрывая глаза на агрессивность
Любят его за обличие милое.
Совсем уж немного ценителей алабаев
Огромных, красивых, но раздолбаев
Такого в квартирке ты не уместишь
Нет смысла брать, если нету поместья
Совсем единицы любителей доберманов
Таких всех важных и величавых
Их с детства уродуют, режут хвосты
Чтобы от ужаса унëс ноги ты
И лишь на волка никто не посмотрит,
Хоть их осталось совсем немного
Есть разные - добрые, злые, но не сыскать
Других, что будут вернее нас.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Триптих "Видение"
Мне ночью сегодня явилось видение,
Яркое словно звезда Бетельгейзе,
Но тяжелее всех собранных вместе
Чëрных отверстий всех поднебесий.
Из дальних просторов необозримых
Явился нам спутник - комета красная,
Хранитель таинств атлантов древних
И хвост еë словно лента атласная.
Не сумел ни один звездочëт сребролицый
Растолковать инородного тела знаки
Глядели, считали, галдели, гадали
И телескоп, как циклопы, сломали
Волхвы поделились догадками дивными
И завели меж собою ужасные споры:
Одним показалась она вторжением,
Инопланетных конкистадоров.
Другие узрели звезду Вифлеема:
Из тьмы веков что достанет Завет,
И осветит народ Израиля
(И кровью залитый Назарет)
Я не вмешался в спор лëдовласых: ~
Я не люблю верещания душного,
Но сам устремился в явление странное
Начал внимать посланцу грядущего.
Всë же комета спустилась к Земле
Ярче ста солнц еë ясные очи
Лента еë протянулась ко мне
Коснулся - вознëсся над сущим
***
Если есть на Земле двенадцатый километр
То есть те, кто пишут доносы.
Есть поэт, обожающий чëткий метр,
Другой же его не выносит.
Кому то нравится слушать стихи,
Кому то их сочинять,
Одним нравится совершать грехи,
Другим же вечно прощать.
Целый день проведя с метрономом,
Стирая с подлобья прохладный потец,
Склонился перед фаянсовым троном
Мыслитель, гигант, демократ и отец.
Я не хочу с подобными цацкаться
И не желаю зябнуть во тьме
Я лучше отборный штоф водки царской
В красное горло залью себе
Ахаха, ищи себя в прошмандовках
Как Диоген человека искал,
Русских, еврейских и эмигрантских
Я вот уже разыскал себя.
Поэтесса в припадке глотает лирику
Давится цельной матрасой!
Иным подавай гражданскую лирику
Мне же - войны гражданской!
Мне метром послужат взрывы
Размер создадут траншеи
Врежутся в плоть верлибры
Менестрелей окопных вирши
Грозная Кали идëт по миру
Подушно взымает души
Кому-то везёт умереть в бою
Кого-то в застенках душат
Острая сабля мне станет женой,
Свидетелем станет горн,
Поверженый ворог станет приданным
Венчать будет эфпиви дрон
***
Расскажи мне, лютня моя,
Что для думы мило твоей?
Что может быть распрекрасней
Человека рыцарского
Мы бредëм широкими полями
Ждëм восхода утренних лучей
Жаждем боя с ворогами
За свободу родины своей
Без силы не может быть воли
Как без кружки не выпить чай
Без отваги не будет победы
Забудь про далëкий рай
Нам не будет иной судьбины
Винтовка есть наш удел
Мы выгрызем лучшее завтра
В историю впишем новый раздел
Мне вострая шабля и пиштолет
Дороже рабских оков
Дворцов далëких прекрасный свет
Меркнет пред ликом богов
На зверя идëт охота, бесится
Исчадие вечной тьмы
Питается падалью, не пресытится
В орлиную пасть лезем мы
Есть лишь одна попытка,
Больше нельзя убегать.
В одну минуту решится
Мы или нас победят
Иногда единственный способ
Выжить и победить врага
Разить и колоть прямо в зоб
Пробиться сквозь клюва врата
Пробить ему нëбную стенку,
Пустить чëрную кровь
Нырнуть прямо в пасть глубоку
Чтоб утвердить любовь
Ешь, чудовище, нами давись
Мы победим всë равно
Из пасти выйдем с победой
Жить будем тебе назло