Укромное местечко.

Тихий шелест листьев и редкий скрип деревьев - единственные звуки, доносящиеся до ушей Томаса.

Он сидел в своем излюбленном углу в роще в одной из частей Глэйда и дремал, завернувшись в одеяло, которое ему принёс Чак. Это было чем-то по типу убежища для юноши, где никто его не тревожил, и он мог просто отдохнуть или подумать. Полутьма под густыми кронами деревьев приносила некое подобие уюта, помогала расслабиться хоть ненадолго.

До того, как провалиться в дремоту, парень снова раздумывал о лабиринте. О том, зачем кому-то понадобилось создавать это место и как много времени это заняло; о том, каким образом всем глэйдерам стерли память, оставив только имена; о том, почему все кажется таким смутно знакомым и о том, возможно ли вообще найти выход. Ответы не находились, да и слишком долгие размышления явно утомили разум Томаса. Он не стал сопротивляться позывам ко сну и, устроившись поудобнее, отдался усталости.

Спустя минут двадцать или, может, даже полчаса, сквозь пелену дремы юноша услышал что-то, что было не похоже на привычные звуки леса. Это были шаги, догадался Томас. Сначала они были еле различимыми, но с каждой секундой слышались все отчетливее. Кто-то приближался. Парень медленно пошевелился, постепенно просыпаясь, но пока не открывал глаза. Появилось смутное, неприятное чувство, какая-то смесь усталости, раздражения и непонятной тревоги. Ему сейчас не очень хотелось с кем-то видеться. Хотелось просто снова провалиться в сон и отдохнуть подольше.

Шаги уже слышались совсем рядом. Вот кто-то встал напротив Томаса. Тот старался не двигаться и притвориться, что все еще спит. Однако его, похоже, легко раскусили.

— притворяешься спящим ты хреново, Томми, - проговорил знакомый голос с легкой усмешкой.

Юноша открыл глаза. Перед ним стоял Ньют, уперев руки в бока. При виде друга все негативные чувства будто испарились, накатило странное спокойствие. Он даже был рад видеть его и поблагодарил богов за то, что это не кто-то другой.

— Жаль, я думал, получится лучше. Но попробовать стоило, — ответил он, пожав плечами, — я думал, какой-то... кланкоголовый снова пришел обвинять меня во всех смертных грехах.

Ньют, казалось, сарказм не особо оценил. Он покачал головой и вздохнул.

— да и сленгом ты тоже еще пользуешься хреново, — пробубнил юноша и, после небольшой паузы, добавил, — не против, если присяду?

Томас задумался. Пожалуй, компанию этого длинноволосого блондина можно и потерпеть. Он кивнул. Друг медленно опустился рядом с парнем, оперевшись спиной на стену. Несколько секунд прошли в молчании.

— а почему ты вообще пришел ко мне? — спросил Брюнет, первым подав голос и повернувшись к Ньюту, — ты же, типа, куратор и весь день должен заниматься чем-то важным. Следить за всеми там или что-то такое.

Тот махнул рукой в ответ.

— да один шанк так заколебал меня, что я смылся, иначе бы точно на кого-нибудь сорвался, — он ухмыльнулся, положив ладони на свои колени, — недовольному Алби сказал, что пойду искать тебя, чтобы надрать зад за то, что бездельничаешь.

Томас удивлённо вскинул брови, достав руки из-под одеяла. Друг заметил его реакцию и засмеялся.

— успокойся! Это была всего лишь отговорка. Хотя то, что ты тут отсиживаешься, а не помогаешь по хозяйству, я не очень одобряю. Стоило бы действительно тебя наказать, но я не буду. Считай это милостью.

Юноша немного расслабился и закатил глаза. Ну, хотя бы ему не прилетит за безделье. Он резко ощутил легкий укол вины за это, но, впрочем, чувство быстро ушло.

— спасибо вам, благородный Ньют, за такое помилование, — с сарказмом проговорил он, прикладывая руку к груди в жесте притворной благодарности.

Тот в ответ ткнул его кулаком в плечо, не сдержав ухмылки.

— всегда пожалуйста, новичок.

Парни снова погрузились в молчание. Тишину нарушал только уже привычный шелест темно-зеленых листьев, будто поющих убаюкивающую мелодию. Томас смотрел на величественные деревья, иногда поглядывая в сторону друга. С его лица сошла ухмылка, сменившись каким-то странным выражением, чем-то немного отличавшимся от привычного. Что именно оно значило, парень понять не мог. Да и решил не обращать на это особого внимания.

Внезапно над головами глэйдеров послышался ещё один звук: стук быстрый механических лапок по каменной стене, словно по ней ползла металлическая сороконожка. Они подняли голову и увидели жука-стукача. Тот светил на них своим красным глазом (что на самом деле был камерой), замерев среди плюща. Томас слегка напрягся и нахмурился. Создатели опять за ними опять наблюдают. Интересно, сколько всего таких мини-камер бегает по всей территории Глэйда одновременно? Штук пять? Или больше?

Ньют раздражённо вздохнул и, не особо церемонясь, показал жуку средний палец, стараясь вложить в этот жест всю ненависть к тем, кто через это устройство следит за ними и показать, что этой слежке явно не рады. Стукач не шевелился секунд пять, после чего сделал пару резких движений головой и скрылся где-то в стеблях густого растения.

— уже задолбали, честно, — проговорил юноша, проведя рукой по волосам и снова опираясь на стену.

Томас кивнул в знак согласия. Действительно, от постоянного наблюдения становилось сначала не по себе, а потом это просто начинало раздражать. Появление жука-стукача заставило его снова задуматься о лабиринте, а после - о выходе из этой тюрьмы. Если у парней и получится как-нибудь сбежать, то что их ждет за пределами стен? Как они вообще снова вольются в жизнь обычных людей? Они ведь даже своей жизни до лабиринта не помнят, только имена.

— Ньют, как ты думаешь... — поток мыслей натолкнул Томаса на этот вопрос. Он повернулся к нему, — мы останемся друзьями после того, как выберемся отсюда?

Тот ответил слегка удивленным взглядом.

— чел, ты серьёзно об этом спрашиваешь? — парень покачал головой. Его длинные волосы колыхались в стороны, — конечно да, даже думать не надо. И с остальными глэйдерами тоже. Мы, все же, уже пережили столько кланка вместе, что я не могу представить жизнь на воле без тебя или Минхо и Алби.

Юноша был рад такому ответу. Он тоже не мог себе вообразить, что будет делать после этого кошмара без своих друзей.

— куда бы ты хотел первым делом сходить? — Томас сел в позу йога, немного ссутулившись.

Ньют задумался над его вопросом, прислонив затылок к холодной каменной плите.

— блин, хороший вопрос... Я почти не помню ничего из нормальной жизни, но, наверное, какой-нибудь ресторан? Там по-любому должна быть еда получше стряпни Фрайпана, — он усмехнулся и посмотрел на собеседника, — ну, или в кинотеатр. Насколько мне хватает воспоминаний из подтертой памяти, там вроде должно быть круто.

Паренек кивнул, думая, а куда бы ему хотелось сходить. В голове всплывали обрывочные воспоминания про различные места для досуга, но все они были размытыми и лишенными четких лиц тех, кого Томас раньше знал.

— я бы сходил на пляж. И именно вечером, — он почесал затылок, — почему-то я уверен, что в это время там почти нет людей и просто намного красивее, чем днем.

На лице Ньюта снова промелькнуло это странное выражение. В нем как будто сочеталось несколько эмоций сразу. Однако оно быстро сменилось мягкой улыбкой.

— ага, и можно толкать других в воду. Как думаешь, кто бы из нас быстрее повалил друг друга?

Брюнет усмехнулся, выпрямившись.

— ну конечно же я. Посмотри на мои мускулы, — он поднял руки в жесте атлета, показывающего свои бицепсы. Правда, в случае Томаса, никакими бицепсами там и не пахло.

Друг закатил глаза.

— да уж, Томми у нас самый сильный боец в Глэйде. Ни у кого нет шансов.

Юноша фыркнул в ответ на сарказм и скрестил руки на груди.

— ну тебя-то я уж точно сильнее, — пробубнил он слегка обиженно.

Ньют вскинул брови, ухмыльнувшись.

— сильнее меня? Новичок, не завышай планку... Я приму это как вызов.

Через минуту парни стояли напротив друг друга, готовые к своему шуточному поединку. Томас успел слегка пожалеть о своих словах, но отступать назад смысла уже не было. Надо с достоинством принять бой, даже если выйти победителем не получится.

— учти, я не буду тебе поддаваться, — блондин разминал руки, — ты сам напросился.

Паренёк последовал примеру оппонента, принявшись разминать мышцы. По телу пробежала легкая дрожь, вызванная волнением.

— я тоже поддаваться не собираюсь, — ответил он, голос выдавал лёгкую нервозность.

Ньют издал тихий смешок, после чего огласил небольшие правила.

— так, в лицо не бьём, силу регулируем. Мы, все же, не насмерть собачимся. Кто первый упадет на лопатки, тот и проиграл.

Оба приняли более удобную стойку, полностью готовые к схватке. Будто по команде они одновременно бросились друг другу навстречу. Томас схватился за плечи друга и напрягся, стараясь повалить его. Попытка вышла не очень удачной: парень лишь чуть пошатнулся, но быстро восстановил равновесие и тоже вцепился в плечи противника, однако пока не спешил действовать. Хотел сначала пронаблюдать за чужой тактикой? Или у него был какой-то план?
Брюнет вздохнул и снова попробовал навалиться на Ньюта всем своим весом. На этот раз, к счастью, старания оправдались. Когда блондин уже было начал падать и юноша расслабился, уже мысленно празднуя победу, он внезапно выпрямился и толкнул Томаса на землю. Не успевший ничего сообразить, парень попытался зацепиться за руку друга или хоть за что-то, что помогло бы удержаться на ногах, но не успел. С небольшим стоном он приземлился спиной на густую траву, смягчившую приземление. Ньют наклонился над ним с довольной улыбкой.

— вот так-то, Томми. Похоже, ты себя переоценил.

Парень закатил глаза, слегка смущенный своим быстрым проигрышем. Неужели друг настолько сильный? Или наоборот это он слишком слабый? Томас уже собирался кинуть что-нибудь язвительное в ответ, как из леса к ним выбежал Чак. Он остановился и упер руки в колени, пытаясь отдышаться.

— что такое, Чак? — спросил брюнет, приподнявшись на локтях.

— Ньюта... Алби сказал привести Ньюта... — с перерывами на вдохи проговорил мальчишка, выпрямившись и посмотрев на того, кого он искал, — там какие-то разборки про грядки или что-то такое, я не особо понял. Мне просто сказали сбегать за тобой.

Блондин вздохнул и провел рукой по волосам.

— беги обратно к нему и скажи, что я сейчас приду, — ответил он кудрявому мальчику.

Тот кивнул и снова скрылся между деревьев. Юноша несколько секунд смотрел туда, куда убежал младший, после чего повернулся к Томасу.

— недолго я отдыхал, — он подал другу руку, помогая подняться, — ничего без меня не могут.

Парень кивнул в ответ, отряхиваясь от налипшей травы. Его все еще сжигало чувство стыда за проигрыш в такой, казалось бы, простой битве.

— даа... а я только хотел предложить реванш, — проговорил Томас, почесав затылок.

Ньют вскинул бровь.

— недоволен тем, что опозорился? — с усмешкой спросил длинноволосый, положив руку ему на плечо, — может быть, когда-нибудь потом, когда мне снова выдаться смыться хотя бы ненадолго.

— готовься к тому, что я тебя все же уделаю, — парень ухмыльнулся.

Второй лишь слабо закатил глаза.

— да-да, новичок. Я уже дрожу и боюсь.

Он похлопал его по плечу, рука юноши задержалась на плече друга на секунду дольше, чем положено. Ньют направился в сторону, куда несколько минут назад убежал Чак. Уже почти скрывшись за деревьями, он остановился.

— Томми... ты можешь мне кое-что пообещать? — спросил блондин немного тихим голосом и повернулся к Томасу. На его лице вновь отразилось это непривычное выражение. В нем сочеталась спокойствие, грусть, слабый проблеск надежды и... какая-то нежность, даже.

Брюнет слегка удивился.

— что именно?

Длинноволосый выдержал паузу, прежде чем ответить.

— если мы сможем выбраться из этой дыры и мир снаружи не полная куча кланка... Пообещай, что сводишь меня на пляж, — он слабо улыбнулся.

Юноша вздохнул и не сдержал ответной улыбки.

— конечно. Обещаю.

Второй кивнул и наконец ушёл, снова оставив Томаса одного со своими мыслями. Ему даже стало как-то одиноко без присутствия друга. Он потянулся и снова устроился в своем излюбленном углу, погрузившись в раздумья.

Большинство из них были представлениями о пляже и Ньюте.