USA.

...Итак, Уильям Бенджамин Маршалл:

Управленец Соедененных Штатов Америки с тысяча семьсот семьдесят шестого года, владелец крупнейшей экономики по номинальному ВВП, отец первой армии в мире, один из основатель НАТО, ООН, Всемирного банка, Международного валютного фонда и... прочее.

──────────────────────────

Take №1

"Ну, все началось с четвертого июля, когда Второй Континентальный Конгресс принял Декларацию об независимости США. Мне было едва ли двадцать, когда Комитет пяти оказался под моим управлением, а несколько позже я, соответственно, первый в мире учредил буржуазную федерацию с демократической децентрализацией власти. Это был, безусловно, серьезный шаг в истории, но я воспринимаю это событие не только как личное достижение, а больше как... праздник всего моего народа".

Take №2

"Сейчас мне пятьдесят шесть лет, да. Время берет свое, но я по прежнему нахожусь в отличной форме: мои руки все также остаются подкачанными, а боль в пояснице ни разу не подводила меня за все годы работы. Думаю, флот сделал свое дело, а?"

Some notes...

Возраст действительно схватил Уильяма: морщины глубже впали в лоб, статусно схмурив его взгляд, мешки под глазами вытянулись в длинные складки, задев верхушки щек, на руках завелись вены. Темные волосы американца покрылись густой сединой на висках, на челюсти гуще заросла щетина — но Маршалл, стараясь соответствовать своему современному статусу, скрывает старость за бритостью лица, свежими президентскими костюмами, хотя и с прическами по какой-то причине не экспериментирует: он не перекрывает свои вкрапления седины красками, а волосы продолжает укладывать назад, пробирая их у виска, не боясь выглядеть по-старомодному.

Благодаря активности потерявшая упругость кожа Уильяма выглядит более подтянутой, а силуэт сохраняет осанку и широту плеч, хотя из-за огрубелого костяка американец потерял некоторую мышечную массу, а застарелое тело требует частой передышки. Ныне Маршалл имеет около 80 килограмм при росте в 177 сантиметров.

──────────────────────────

Take №3

"Несмотря на неограниченность своего гардероба, я заметил, что мои костюмы, в которых я привык выходить на мировую арену, привязали ко мне страсть к классическому стилю. Хотя, буду откровенен, винтажная мода определенно делает мои года... престижнее."

К современной одежде Уильям прибегает только на отдыхе или на менее официальных мероприятиях. Повседневный деловой образ американца выглядит примерно так:

Белая оксфордская рубашка на пуговицах от бренда J. Press или Gitman Bros, коллекции Vintage, подтяжки от Stratton Suspenders с черным галстуком Rooster и темные, слегка подседающие брюки со сшитым под заказ пиджаком в стиле Ive League. Цвет, как правило, темный с тонкой полоской. В нагрудном кармане у Маршалла аккуратно торчит уголок белого льняного платка, а правый голубой глаз скрывает черная повязка, прилипшая к его лицу еще в девятнадцатом веке после гражданской революции.

──────────────────────────

Take №4

"Должен сказать, я был неплохим мореплавателем с самого юношества. Еще будучи колонистом, я научился отлично управлять кораблем..."

Патриотический дух американца можно проследить едва ли не в каждой его вещи, но по-особенному сильно Уильяму полюбился собственный флот.

Флот и два океана: Тихий и Атлантический, находятся в центре внешней политики и безопасности США, из-за чего Маршалл традиционно стремится контролировать и доминировать в этих водах. Но помимо прочего, сама военно-морская техника и исследования океанов являются для него крайне интересными науками, а в свои собственные военно-морские силы он не жалеет дорогих вкладов, активно в них прогрессируя испокон веков.

──────────────────────────

Moving smoothly on to the character of the States... Take №5

"Мы живем в мире, где можно сколько угодно говорить о международных тонкостях и обо всем остальном. Но мы живем в мире, реальном мире... который управляется силой, который управляется мощью, который управляется властью. Это железные законы мира. Я — сверхдержава. И я буду вести себя как сверхдержава."

—

Характер Штатов можно описать как строгий, сугубо официальный. Благодаря долгим годам опыта и практики Уильям научился вести себя профессионально в любых ситуациях, хотя он может опустить какое-нибудь замечание или смешок между словами. Как правило, он не позволяет каким-либо эмоциям и принципам вылезать в политику, однако почерк американца остается тем же: Маршалл довольно... напористый, если не сказать наглый — он никогда не будет прочь поиграться в мировую полицию от лица представителя "настоящей демократии" — а вместе с тем упрямый.

Бенджамин умелый дипломатор, он совсем не чувствителен к критике, но слабое место у мужчины определенно есть — и это будет, безусловно, конкуренция. Ни на мировом рынке, ни где либо еще он не терпит соперничества, считая, что он по прежнему остается если не самым влиятельным и могущественным государством в мире, то, как минимум, обязательно станет им в скором будущем. Поэтому метить кого-то себе в соперники ему не только не нравится, но и он считает это для себя серьезной угрозой. Не стоит путать это с самовлюбленностью — у США есть всякие причины так считать — просто тот бывает несколько наивен.

Из этого пункта следует, что мужчина привык к контролю. В этом смысле он довольно воинственный. Уильям не требует абсолютного подчинения, но максимально культурно — или же иногда нет — он будет устранять всякие для себя неоправданные риски и просто подавлять неудобных ему личностей.

Ну и... он довольно самоуверенный — иногда даже слишком, что создает у американца атмосферу вседозволенности.

──────────────────────────

Take №6

Геноцид коренного населения...

В 1814 году президент Джеймс Мэдисон издал указ о выплате правительственных наград в размере от 50 до 100 долларов за каждого убитого индейца...

«Дорога слез»: Принудительное переселение десятков тысяч индейцев в резервации после подписания Закона о переселении индейцев, сопровождавшееся гибелью тысяч людей от голода, холода и болезней...

В 1862 году по приказу президента Авраама Линкольна были повешены 30 лидеров индейских племен...

Резня на ручье Вундед-Ни...

Создание школ-интернатов для принудительной ассимиляции индейских детей, запрет на родной язык и религиозные обряды...

Сброс двух атомных бомб в Хиросиму и Нагасаки...

Резня в Ногын-ри...

Бомбардировки и бактериологическая война против КНДР и Китая...

Резня в Сонгми...

Применение «Оранжевого агента»...

Резня в Хадите...

Бомбардировка Ракки...

Атака в Багузе...

Бомбардировка Югославии...

Удар по посольству Китая...

Школа в Минабе...

Спорткомплекс в Ламерде...

Корабль «Дена»...

Свадьба в Сирике...

— ...Скажете что-нибудь?

— О чем вы? Мы же столько раз это обсуждали...

──────────────────────────

У Уильяма есть очень крупный список тем, на которые ему крайне неудобно отвечать. Всякое упоминание своих военных преступлений, кровопролитных операций и замечания жестоких действий со стороны Америки почти всегда приводят к систематическому отрицанию — например, по поводу истребления коренного народа Соедененные Штаты приносит формальные извинения, но официально эти действия он геноцидом не признает и предпочитает не квалифицировать их по международным нормам.

Дела заминаются, расследования блокируются: Вашингтон отрицает юрисдикцию МУС над своими гражданами, накладывая санкции на прокуроров суда за попытки расследовать военные преступления, хотя сам США активно критикует другие страны за аналогичные преступления.

Некоторое же поведение аналитики расценивают как пренебрежение международным правом и поощрение максимальной летальности. Маршалл молчит.

. . .

Он не совсем успел понять, что произошло. Воспоминания последних дней смешались: в Конгрессе нарастало напряжение перед скорыми промежуточными выборами, перед глазами лежали сводки серий ударов по иранским нефтяным танкерам, вчерашний телефонный переговор с Москвой еще трезвонил в ушах. Они обсуждали, кажется... Украину? Сделку? Чем больше он думал о недельных новостях, тем с большей скоростью из головы вылетали всякие мысли.

В висках стучало. Когда тело отпустило, то затылок, словно после отлившего адреналина, что-то резко пронзило. Это была странная, по ощущению ни с чем не сравнимая боль — что-то вроде пули, но слишком быстрой, сильной, как удар кулаком, раздробивший череп. Гильза? Неужели его убил снайпер?

Да, снайпер. Он слышал громкий взрыв стекла... это окна Белого дома? Крики? Что-то раздробилось рядом с ним во время съезда?

В любом случае... это уже не имело значения.

──────────────────────────

Autor:: @Gerechtigkkeit