У ВСЯКОГО ЗЛА ЕСТЬ ИМЯ

«Когда преступник изображается жертвой, это оправдывает его действия и скрывает истину» (Мартин Лютер Кинг)

Ознакомившись с некоторыми эпизодами ингушской истории, русский путешественник искренне недоумевает: как можно привечать своих вековых врагов и угнетателей в качестве туристов на родной земле?! Будучи потомком оккупантов и покорителей, он не может представить себя на месте аборигенов, которые с улыбкой встречают правнуков преступников, которые не только не сожалеют о содеянном, но и с гордостью считают себя носителями идеи того самого «Русского мира».

Ингушский гид Инал Куриев посоветовал не приезжать в Галгайче почитателям «упырей и тиранов», но тут же, словно спохватившись, выдал пропагандистскую реплику: «Русский народ пострадал больше всех от сталинских репрессий». Видимо, это должно как-то размыть ответственность за злодеяния, уравняв в статусе жертв притеснителей и притесненных.

Иналу хочется ответить следующее:

Во-первых, сталинский СССР был государством, в котором русская культура и язык играли цементирующую роль. На определенном этапе русификация служила мотором биополитики советской власти, а русские рассматривались как «старшие братья», стоящие на головах других народов СССР. Это проявлялось не только в культурной и языковой политике, но и в реальном управлении государственной машиной. Русские были не просто одним из этносов, но доминирующей нацией, которая формировала и продвигала советскую идеологию. Вместе с тем они служили закваской для переплавляющей всех и вся новой исторической общности – Homo Soveticus.

Попытки представить русских как страдальцев наравне с другими народами игнорируют очевидный факт их культурного и политического доминирования. 

Русские как этнос не были объектом дискриминации; напротив, они играли ключевую роль в поддержании и укреплении советского режима, который сам по себе был источником массовых репрессий.

Во-вторых, тезис о том, что русские пострадали от сталинских репрессий больше или хотя бы наравне с другими народами СССР, не только абсурден, но и далек от исторической правды. Значительная часть репрессивного аппарата, включая НКВД и другие силовые структуры, состояла из этнических русских. Как правильно заметил Инал русские действительно являлись крупнейшей этнической группой в Советском Союзе, и именно они превалировали в государственном аппарате, включая органы, ответственные за репрессии, массовые аресты, расстрелы, депортации. Русские составляли значительную часть партийной номенклатуры, занимая ключевые позиции в управлении страной. 

Игнорировать то обстоятельство, что именно русские сформировали и заправляли всей этой махиной, не только ошибочно, но и лицемерно.

В-третьих, одним из самых ужасающих проявлений сталинских репрессий были выселения целых народов. В отличие от русских, которые никогда не подвергались депортации как этнос, ингуши, чеченцы, балкарцы, крымские татары, калмыки и другие, были сняты со своих земель и сосланы в отдаленные районы СССР. Эти депортации были не просто актом человеконенавистнической политики «отца народов» и его присных, но и целенаправленным уничтожением культурной идентичности, в некоторых случаях — геноцидом. В отличие от перечисленных народов русские не испили горькой чаши расовой дискриминации и не вкусили репрессий по этническому принципу.

Справедливости ради скажем, что русские, безусловно, пострадали в разгул сталинского террора. Однако их страдания нельзя ставить на одну доску с систематическим изничтожением и отрыв от корней целых этнических групп неславянского населения. Правда заключается в том, что Советский Союз был многонациональным по своему составу, но русским по идеологическому содержанию и проводимой властями политике аккультурации. По этой причине русские не отказываются от той ностальгической для них эпохи в отличие от нас, прочих насельников СССР. 

Отнюдь нет, они гордятся ею, указывая на себя как на правопреемников тиранического и беспощадного Красного Молоха.

Ответственность за преступления сталинского режима лежит не на многонациональной политической элите того времени, а на этническом базисе, в котором угнездилась советская власть. Она лежит на русских, стремящихся вернуть мнимое величие тех времен. Говорить о русском человеке как о главной жертве того режима есть не только искажение истории, но и оскорбление памяти миллионов сыновей и дочерей иных национальностей – подлинных адресатов большевистского этноцида и террора.

ИАО-КИН