Тюремное такси.

У Бога на каждого есть план — так скажут некоторые набожные фаталисты, словно в укор предприимчивым таксистам; со стороны на прихоти и выходки судьбы можно смотреть под разным углом, возлагая ответственность на всё физическое, мистическое. Взгляд изнутри показывает, что план есть у каждого, а тот, который припасли некоторые обитатели современных казематов, воистину заставляет плакать, восторгаться и смеяться не только Бога.

Срок не резиновый, однажды он закончится, и ты выйдешь на свободу — в этой приговоренной истине, в этой точке созерцания на взлохмаченные колючей проволокой корпуса среди оскандалившегося режима находишь утешение. Прибегаешь к одному из наиболее популярных инструментов спасения от заточения и давящей безысходности — мыслям о воле, о нетерпеливо ожидающем нас светлом будущем; словно в фильмах, стоит оно на остановке, и стоит только запрыгнуть в него — оно унесет далеко прочь, оставит позади уже затягивающейся дымкой забвения кошмары ушедшей тюремной ночи.

У каждого есть план — так скажут, пожалуй, большинство заключённых. Так что садимся поудобнее, захлопываем зарешёченную арматурой дверцу, пристегиваем ремни, и пусть таксист поведает, чем он будет заниматься, когда откроют дверцу со стороны водителя.

Заключение — аккумулятор, генератор и ретранслятор бизнес-проектов, которые готовы к запуску чуть ли не с первого дня: перенимаются, архивируются уже «обкатанные» схемы заработка денег. Притом никого не смущает, что их идейные вдохновители сидят — и зачастую именно из-за незаконного обогащения. «Ну, теперь-то мы этих всех ошибок не допустим, сейчас-то всё учли, выйдем на свободу, и будет всё по-другому...» Те же затейливые предприниматели — богатые мира ни сего, а совсем того — находят себе для вольной жизни кадры среди обитателей мест лишения свободы, изобретая очередные придворные должности (водитель — ответственный за досуг, личный кальянщик-рэпер и т. д.). Все эти бесплатные кейсы успеха и неординарная работа мечты слишком уж на шатком балансе между легальным и нет, не говоря уже о сомнительных перспективах.

В отдельную категорию отношу «аграриев»; это такой промысловый тип личности, который расспросил, вычитал, разузнал, подсчитал и взвесил всё: у него в голове, в тетради, в книгах мириады цифр и вычислений. Он чётко знает и может продекларировать хоть в 3 ночи по внезапной побудке, сколько и как получится с 1 га земли в любой части мира. В сознании их — бескрайние поля, теплицы, пастбища, клетки, загоны и т. п. Аграрии внешне, как правило, не выделяются, в них не увидишь образ провинциала-тракториста, умелого сыровара или иного весёлого фермера; просто в определённый момент тема разговора с литературы, процессов в мировой экономике или концепции «кота Шрёдингера» резко уходит в капельный полив, кролиководство, цены за страусиные яйца... Ох, тоска зелёная бескрайняя, щебет птиц, колосок во рту и синее небо! Но любовь к природе у всех разная, совсем не обязательно, чтобы это было связано с навозом.

Распространённая тяга к эфемерному заработку не особо отличима и в застенках, с той великой разницей, что в тюрьме денег, которые бы ты криптовалютно, ценно-бумажно, проектно-беспроигрышно инвестировал — нет! Зато есть книги про «успешный успех», и, следуя всем синопсисам и убеждениям, чем меньше в них страниц, тем меньше воды — люди уже всевозможно обогатились в своей жизни и безвозмездно делятся своим опытом (ага, верим-верим :)). На полках, в тумбах, баулах не успевают собирать пыль «монахи, продавшие Феррари» и всё на свете, Теодор Драйзер (конечно же «Финансист» и другие работы), Айн Рэнд, биографии новаторов, бизнесменов, промышленников и Стива Джобса, а также труды познателей жизни, философов смыслов, конвертаторов духовного в материальное и прочая макулатура. Страшно представить, насколько эти люди к концу срока будут замотивированы и «установлены» на успешный заработок; инфоцыгане, как и их жертвы, никуда не деваются, просто переходят из вольного в невольное состояние и обратно — очень сумбурно и беспорядочно. В этом есть что-то из квантовой механики.

Существует и бесчисленное множество спекулянтов разного пошива, которые точно знают, распланировали, обзавелись связями — стоит только выйти. Но пока «менят» колбасу на доширак, к ним присоединяются «на все руки» мастера — чисто сами и по знакомству: электро-, сантехник, кровельщик и кто угодно ещё. На час, день — продлевать будете? — Только обязательно выучусь и всё сделаю и починю — дело-то нехитрое. 

Ой-вэй, таких всех не упомнишь! На ком ещё тяжёлая печать отсутствия социальной адаптации — то ли при невероятном рвении к реализации, то ли из-за гнетущего безделия.

Но, ладно, скажете, что опять ядовитый негодяй малина охаял всё, что можно и нельзя. Не всё так плохо, даже наоборот: огромная часть заключённых социализируется, получая образование и специальности, трудятся в промзонах, а вместе с ними и ремесленники; едут фуры, поезда со всевозможной одеждой, мебелью, утварью, комплектующими для производств, а аккомпанируют этому добру шахматы, нарды, фигурки и множество других сувениров. Одновременно, конечно, уже едут и тюремные таксисты, но «это временно». И всё же хочется бросить камень в российскую пенитенциарную пробацию, особенно когда случилась оказия лицезреть по ТВ мировой опыт. Тяжко же очень видеть заключённых, работающих в арт-студиях: за мольбертами, ваяя скульптуры, изготавливая художественную мебель и прочие креативности (рвут душу и швейцарские ЗК, делающие шоколад).

Изменю жанр и поговорю немного с читателем: имеет ли вся эта мечтательная «планировка будущего» право на жизнь? Мне очень хочется сказать, что нет, что жить нужно здесь и сейчас, цепляться за любую возможность потратить время, помочь родным и близким, которые ждут на свободе, и делать всё в рамках этики и человечности, чтобы с ними воссоединиться. Другая сторона медали лежит в плоскости скупости возможностей к самореализации, саморазвитию, а также общих условий содержания некоторых филиалов Министерства Любви. Если верить многочисленным путешественникам по лагерям России, многие из которых отбывают не первый срок, далеко не каждый лагерный режим позволяет разгуляться амбициям. Учитывая, что тяжелостатейников, тех, у кого определённые профилактические учёты или специфическая «история болезни», держат с ограничениями, и под эти свойства часто попадают ПЗК (цензор, вероятно, меня поправит, если где-то ошибаюсь). Живя в информационном вакууме, где с протяжным скрипом к тебе попадают письма, книги, карандаши, социальная коммуникация сведена к минимуму, а что прогулка, что промзона — просто способ сменить одну надоедливую картинку перед глазами на другую. Мечтательный уход от реальности — способ сохранить остатки психики и не впасть в отчаяние. Что скажете вашему покорному таксисту: где лежит эта тонкая грань, за которой заканчивается положительный терапевтический эффект и начинается прокрастинация?

За почти три года заключения до конца так и не понял, но убедился, что опыт Виктора Франкла работает. И не только в отношении памяти и мысли о своих родных и близких — насколько яркими будут с ними воссоединения, — но не последнюю роль играют увлечения, всякие приятности. Например, СИЗО — растянутые на годы судебные разбирательства: последние шесть лет от безумия спасают бесконечные решения по строительству и перепланировке своего дома. У другого два года заняли идеи тюнинга машины и обустройство гаража (в голове человека был настоящий автопарк, хотя машину, единственную, арестовал суд, и вернуть её шансов мало). Вероятно, у девяти из десяти заключённых, что мне попадались, есть свои wish list-ы, и отнюдь не связанные с грандиозными планами обогащения, но с чем-то более доступным: фильмы, сериалы, книги и видеоигры, места, где хотелось бы побывать, и т. д.

Проблема тюремных таксистов ещё в том, что в заперти с годами всё труднее представляешь себе, насколько тяжело или легко реализуемы те или иные вещи во внешнем мире, их актуальность.

Помню взгляд недоверия аграриев, когда объяснял им, что такое микрозелень и с чем её едят (причём ДВУНОГИЕ!), тему съедобных цветов решил вовсе не поднимать (я ещё москвич, на таких немножечко предвзято смотрят — чуть-чуть как на сумасшедших). К слову, хлебницами ещё кто-то пользуется, здесь интересуются?

А насколько вам самим легко держать уход от действительности в рамках реальности? Признавайтесь, владельцы спорткаров, домов, навороченных гаджетов в хотелках на своих телефонах.

Так и сам ничуть не лучше :) Когда-нибудь обязательно побываю в Исландии, открою свой бар, напишу книгу, посмотрю все фильмы ужасов с 2024 г. и пройду STALKER 2. Но пусть это будет в том прекрасном далёко, а пока — вам случаем не нужен начинающий эссеист, фотожурналист со склонностью к иллюстрированию и мечтательной хандре?

В такси нельзя распивать алкоголь, и пусть вас никто не заподозрит, что в стаканчике/шейкере что-то горячительное.

В большом шейкере (1 л) взбиваем:

 * Крепкий чай молочный улун — 150 мл

 * Пюре личи — 100 мл

 * Яблочный сок — 100 мл

Закидываем доверху льдом и добавляем:

 * Граппа — 25 мл

 * Сладкий белый вермут (Martini Bianca) — 25 мл

 * Текила белая (Bianca) — 25 мл

 * Ром белый (Bianca) — 25 мл

 * Цитрусовая водка — 25 мл

Перемешиваем и получаем двойную порцию моей версии Лонг-Айленда (кому хочется покрепче — добавьте яблочного ликёра).