Тёмный Вереск

- Она отрубила голову клиенту и потребовала с него платы! Вы хоть понимаете, какой это абсурд?! – Ошарашенная старушка рассказывала историю с таким энтузиазмом, что народ, гуляющий по площади, неоднократно поворачивался в её сторону краем уха, вылавливая кусочки необычных и в то же время странных историй.

- Вот недавно забирала оттуда мужа, кланялся в ногах и молил о прощении, жаловался на то, что его там чуть не убили. Правильно, что вернулся! Ведь я его и сама до смерти доведу. Ну как так можно женатому человеку, да ещё и в дом утех? Ой! – Жаловалась вторая женщина, что сидела рядом, медленно покачивая своей головой.

Дамы свободно обсуждали один бордель, находящийся в обители столицы Нихонго, называемый “Тёмный вереск”, славящийся весьма неоднозначной репутацией. Сорт разлива, что подавался в тамошних стенах, был известен не только в кругах жителей Гранарха, но и за пределами всего королевства. И в этот же момент, когда обсуждение женщин переходило на весьма явное повышение тона, элегантный мужчина приближался к их негодованию, краем уха услышав всё то, что они говорили.

- Миледи. Ваши слова затронули моё хрупкое сердце. Как я могу найти сей порочный круг беззаботной грешности и обилия грязи? Мне было бы очень любопытно пресечь это недопустимое поведение… - Говорил мужчина в остроугольной шляпе с вытянутыми белоснежными манжетами, дорогим костюмом и экипировкой.

- О, ещё один по девкам. Больно много вас развелось проходимцев... - Ответила женщина, пробегая оценочным взглядом по очень эстетичной одежде неизвестного господина.

А взгляд мужчины был стойким против любых, даже самых каверзных мнений и оглядкой скользил по лицу исхудалой женщины, которая, стягивая брови в одну линию и нахмуривая лоб, целиком и полностью осыпанный морщинами, всё таки ломалась под его первоначальным вопросом.

- Слишком развязная речь для пьянчуг и открытая для обычного обывателя, кем будете в наших краях? - Заинтересовалась бабка, приметив за спиной мужчины два меча с гербом змееносца.

- Чем меньше знаете, тем больше ваши сны крепнут. Так что миледи, к сожалению, вынужден покинуть вашу приятную компанию. Есть дела важнее, чем варкование с такими бесподобными красавицами.

Этого мужчину звали Данросом. Он является бордельным скитальцем или же заядлым ловеласом, что вечно держит в уме мысль об идеальном образе женщины, о том, что никогда не сможет попасться в окружении дома безукоризненных услад и тонких вкусов.

Данрос не стал долго выпутывать и без того известную всем информацию о "Тёмном Вереске", ведь вся правда уже плавно ложилась на его глаза. Он посматривал за качающимся из стороны в сторону мужчиной, который милостиво прокладывал для него верный путь.

- Тёмный вереск, - Озвучивал свои мысли Данрос с предвзятостью, вглядываясь в блистающую вывеску, сделанную из опустошенных бутылок и разноцветных светляков, болтающихся по их основанию. Вскользь приглядывался внутрь.

Красные огни, меркнувшие в соприкосновении ночи, талым омутом преподносили роскошь чахнувших тел, олицетворяющих бордэльский дух во всей своей красе. – Похоже, я на месте…

- Вы что-то ищете или, может, кого-то? – Прельстила статная дама, слегка приподымая ладонь со шлейфом духов, мягко облегающих Данроса, без излишних соприкосновений, словно она пыталась завлечь его, не используя весь свой шарм и природную красоту.

- Мне расказали, что я могу отыскать здесь одну девушку…

- Хаха… - Легко и очень нежно усмехнулась женщина, приподняв свой крохотный носик к верху. Глаза её были надменны, а улыбка, застывающая в смехе, держалась подле элегантности, которую она распыляла в каждой части своего эстетического образа. – Вы находитесь у дома желаний, дома сказочных пристрастий и, конечно, дома несказанных грёз. Кому, как ни вам, мужчине, знать смысл и значимость этого заведения. – Говорила миледи спокойно, подзывая за собой молчаливого Данроса.

- Вы так и не ответили на мой вопрос.. – Поинтересовался Данрос, пока палец этой женщины не скользнул по его губам.

- А вы задавали вопрос или делились своей наводкой? - Спросила дама, присаживая гостья на бархатный диван среди ярких огней распущенности и оргии. - Знаете, не стоит спешить раньше времени, тянуться к самой дальней ветви нашего сада, ведь можно... - Говорила она. Пока служанки, одетые в прозрачные вуали ткани, протягивали поднос с виноградом и элем, - ...сначала вкусить плоды подле корней дерева.

Данрос посматривал на окружающих его женщин, каждая из которых представляла из себя аналогию сочных персиков, вишни и абрикоса, что свободно болтались у его рук и колен, не давая ни единого шанса, чтобы воспротивиться их нездоровому вожделению.

Но мужчина не был падок на бесформенную близость, ложащуюся на его плечи, и, стягивая нежные ладони воздыхательниц, отправился за той самой дамой, прежде встретившей его перед входом, а сейчас лишь уходящую в глубины вишнёвого сада, находящегося внутри здания.

Атмосфера вокруг была совершенно иной, стоны и лёгкое завывание скрывалось где-то позади Данроса, а перед глазами расцветали изысканные деревья. Их позолоченные ветви с ломким хрустом падали вниз, а на земле оставалась лишь быстро исчезающая пыль, мерцающая, будто россыпь драгоценных бриллиантов.

- Вы всё же решили поднять свой взгляд на самую верхушку в поисках желанного плода... – Сказал голос, уходящий далеко за россыпь листьев и скрывающийся в надежде быть найденным. – Очень смело для того, кто ищет "женщину" в борделе, вам так не кажется? – Спрашивала дама, встречаясь с медленно проявляющимися из тьмы глазами Данроса, что едва ли походили на изумруды, но, к сожалению, тонули в болотах, как самый посредственный и часто встречаемый цвет глаз.

- Не хочу быть назойливым, но иногда приходится переступать через свои интересы. – Осторожно говорил мужчина, медленно приближаясь к ней и осматриваясь по сторонам. Прекрасная женщина, по плечи окутанная горячей водой, расплывалась в удовольствии, сопровождающем её в закрытых глазах.

- Вы являетесь каким-нибудь наёмником, или, может быть… Авантюристом… - Интересовалась женщина, вальяжно колдуя своими пальцами по поверхности воды. – Крепкие плечи, мазолистые руки, серёзный взгляд… Тяжёлый труд не так уж цепок, если омывать его в пруду Тёмного вереска. – Говорила она, подзывая ладонью Данроса, который с явным сомнением смотрел на идею того, чтобы оставаться безоружным среди места, где любая, даже самая мягкая улыбка, могла обратиться ножом в спину. – Хмм… Вы очень напряжены, наверное, вечно болтаетесь и трудитесь, не покладая рук… Не щадите себя…

Данрос остановился вблизи большой ванны, имитированной под вид пруда, где блаженно купалась женщина. И, вглядываясь в её неспеша открывающиеся глаза, он был удивлён спокойствию, которое исходило от каждой мышцы на её лице, и неоднократно задавался вопросом: “Что же за женщина находится передо мной…”

Женщина усмехнулась. Она читала во взгляде Данроса беспокойство и подозрение, и поэтому, вытягиваясь вперёд сквозь струйки водяной глади, в своей обнажённой натуре протянула ему мягкую женскую ладонь. – Прежде я не представилась. Я одна из совладельцев этого заведения, мисс Хизер. И я очень рада приветствовать столь утончённого в своей работе гостя, конечно, если вас не смущает женское тело. – Сказала женщина, безмерно вливая в свою улыбку лёгкие черты надменности и властности.

- Нет. Не смущаете.. – Сказал он, отчётливо проговаривая в своей голове: “Неужели она…

- …Читает мои мысли? Да, вы абсолютно правы. Правда, не так мастерски и точно, как вы можете себе представить… Знаете, иногда у мыслей есть свой вкус, запах, мимика лица. Всё это держится на ладони тех, кто может прочесть гораздо больше сквозь плотское наслаждение – Ладони Хизер блуждали по груди Данроса так беспрепятственно, словно вьюнки охватывали стебель цветка, пока резкий удар в дверь не сжёг их каверзную цепкость, дополняясь сморщившимся лицом женщины.

Удар в дверь был не единственным и явно был вытянут из меры язвительности и полной уверенности в своих действиях, словно кто-то нарочно пытался помешать сладкой парочке уединиться в объятиях нежного сада.

- Похоже, у вас не мало гостей, наровящихся войти в самую глубь этого похабного дома. – Угрюмо сказал Данрос, не отводя глаз от двери, пока Хизер не стала вновь медленно погружаться в покои своей горячей ванны. – Может мне открыть дверь, чтобы вы излишне не тратили свои силы? – Посмеиваясь, спрашивал мужчина, вновь увидев в лице Хизер полное равнодушие к издёвкам и любой каверзности, исходящей из губ мужчины.

- В этом нет необходимости… Скоро она сама откроется. – Сказала она, прикрывая глаза в ожидании дальнейшего расклада событий, что вот-вот должен был проявиться на дверной раме, шатающейся от каждого удара.

Деревянная дверь, сжатая стальным засовом, сдерживала натиск бесконечного упорства, находящегося по ту сторону, пока в один момент звук не утих, а наглость, олицетворённая в жестоких ударах, попросту не растворилась в едких и шипящих звуках. Древесина, из которого состояла дверь, постепенно плавилась и покрывалась золотистой коркой. Петли прогибались под влиянием чьей-то магии, а рама поблескивала своим изнеможением в удивлённых глазах Данроса.

Жёсткий треск дерева стал расформировывать структуру двери, уничтожая её по маленьким осколкам, расходящимся по полу, а над кучей полузолотых полудревесных балок вытянулось увесистое лезвие секиры, что словно рычагом тянуло за собой юную девушку, плавно приземляющуюся на землю в купе лёгкого дуновения её крыльев.

- Тук-тук-тук… Неужели так хотелось заставить меня сломать дверь, аа?! – Восклицала девушка, слегка сдвигая бордовый локон и краем глаза замечая Данроса, приземлённо блуждала своим взглядом по его крепкому торсу. – Гости? Хмм… - Усмехнулась она, плавно прокручивая своё оружие, двигаясь в сторону Хизер.

- Весьма не вовремя с твоей стороны вторгаться в беседу двух господ… - Говорила Хизер, пока опадающие лепестки вишни соприкасались с оголёнными плечами воительницы, тут же превращаясь в ослепительные осколки золота. – Столь самодовольна и беспечна… Так ли должен быть сладок плод в садах “Тёмного Вереска”? – Её вопрос отскакивал так же ритмично, как и звук длинных каблуков, которые вот-вот должны были оказаться вблизи расслабленной Хизер.

Неизвестная девушка остановилась рядом с прудом и, опуская своё единственное оружие на землю, принялась один за другим снимать свою обувь. – Не поможешь? – Игриво спросила она у мужчины, на что получала лишь серьёзный взгляд без доли внимания и энтузиазма. – Ну как хочешь, больше предлагать не стану.. – Продолжила она, с наслаждением опуская ноги в тот же пруд, где и купалась мисс Хизер.

- Зачем ты здесь, Икасама? – Мимолётно спросила Хизер, вздёрнув бровь Данроса, который с большим удивлением посмотрел на рубиновые глаза девушки, что буквально улыбались ему в ответ.

- Ничего особенного, просто решила посетить свою добрую половину дома. Я же знаю, что моя дорогая Хизер не откажет мне в удовлетворении гостей… - Говорила Икасама, попутно растирая щёки нахмурившейся дамы. – Тем более в моей лавке дела не клеются. Акасаки со своим ухажёром решила отправиться подальше от меня, а грехи… Ха-ха, грешат понемногу…

- Так или иначе, это не даёт тебе права от скуки врываться в покои вишнёвого сада…

- Тссс… - Икасама тут же прикрыла пальцем губы Хизер и, поворачивая её лицо, внимательно посмотрела в глаза. – Какие красивые, розоватые, словно цветущая вишня. Мне так нравятся твои глаза, что я бы их… - Прикусила губу Икасама, выражая этим жестом непередаваемое влечение. – Нооо, как бы сладко твои глазки не мерцали в моих красных глазах, они, без сомнений, утонут в кровавом океане одной будоражащей меня дикарки.

Губы Хизер невольно подрагивались в ожидании чего-то невообразимого, сами приближаясь к Икасаме, которая обрывая эту связь, вставала обратно на ноги и медленно осмотревшись по сторонам, сказала: - Терпи, моя дорогая кошечка, твои коготки мне ещё послужат, а губки должны оставаться тёплыми для наших гостей... – Лёгкий смешок донёсся от её самоуверенности до изумления Данроса, а сама она, как ни в чём не бывало, направлялась к выходу, оставляя томный, наполненный жаром осадок где-то внутри груди Хизер.

- Постойте! – Тут же выкрикнул Данрос, отойдя от приятного оцепенения, покалывающего по всему телу. - Постойте… Леди! Леди Икасама! – Выкрикивал он, выбираясь за ней, пытаясь догнать золотую ленту, уходящую через глубины экстазов и блаженных единений, олицетворяющих все самые утончённые изыски “Тёмного Вереска”.

Данрос пытался прорываться, но женщины, работающие в этом заведении, подобно прилипалам вжимались в его плечи и колени, затягивая и не переставая останавливать пыл, исходящий из стремления догнать одну единственную девушку среди прочих.

- Икасама! – Выкрикивал он с терзающим хрипом, стараясь дотянуться до неё. И когда наконец его глаза омыл леденящий свет яркой руны, а отблеск секиры на плечах девушки пленял желания Данроса, он остановился вместе со словами, исходящими из медленно отскакивающих губ. – Вы та, кого я искал… Икасама Касакаши…

- Хмм... – Остановилась девушка, слегка обернувшись на окликнувшего её мужчину, и, вонзив секиру в землю, с интересом развернулась к его лицу. – Ты тот гость, которого принимала Хизер. Мне не интересно ублажать проходимцев и заядлых льстецов вроде тебя.

Данрос немного озадачился ответом девушки и, быстро придя в себя, не дал ей возможности проигнорировать его существование. – Сузуми Иноэ… Король Ратраона. Вы же являетесь его дочерью?! Не так ли? – Спрашивал мужчина, вытягивая своим повышенным тоном всю публичную толпу с площади к порогам “Тёмного Вереска”

- Похоже, я забыла свою обувь у Хизер. Не хочешь принести её для меня или так и будешь крутиться вокруг собачкой в надежде, что все твои банальные предположения являются правдой… Нет, дорогуша! Я совладелица борделя, если ты ещё не заметил, а не какая-нибудь невинная принцесска. Хотя признаюсь честно, роскошь дворцов столь элегантна, что меня даже зависть берёт от количества золота, которое имеют короли…

Данрос скривился в лице и, выдавливая из себя всю ненависть и злость, был готов продолжать до конца. - Ваш отец попросил привести вас силой, если потребуется. Кажется, вы слишком своевольны и забываете своё место… - Говорил он, пока её глаза не сверкнули желанием затушить его разгорающийся запал.

- А с каким наслаждением ты смотрел на меня с Хизер.. Ммм… - Сладко сказала Икасама, проводя языком вдоль своей верхней губы, раскрепощая все чувства Данроса, что, злобно прищурившись, начал тянуться к ручке меча, висевшего у него на бедре. – Ну давай, доставай уже своего малька! – Сказала девушка, буквально подначивая его и часть жителей, которые обрывали свои скрывающие балахоны, раскрывая форму Ратраонских солдат.

- Ты стала той ещё сукой! Не удивительно, что господин Сузуми хочет тебя наказать! – Выкрикивал Данрос, возводя клинок вперёд в сторону улыбающегося и самоуверенного олицетворения зависти. Однако, несмотря на армию, скрывающуюся среди жителей, у Икасамы вблизи “Тёмного Вереска” было не меньшее количество союзников.

Бордель это как скрытый клинок. Он надрезает кожу, чувства и эмоции до самого предела, достигает эйфории в самых пиковых точках. Но что точно никто не видит и попросту не хочет замечать, так это семью между теми, кто остался один, убежал из дома и бросил всё, что удерживало его в прошлом. Семью, в которой, обижая всего лишь одного человека, можно прочувствовать остроту этого клинка, его зловещую сторону, которая не щадит притеснителей и ввергает их в страх.

Армии столкнулись мгновенно. Страсть, смешанная с холодом, разошлась в отчаянных криках обеих сторон, а Икасама словно перенимая всю жестокость в свои руки, отчаянно мерцала по полю боя, забирая жизни армейцев. А как только численность Ратраона была вблизи нуля, и Данрос с отчаянием смотрел на окровавленные краски, смешанные с золотым блеском, она подлетела к нему с намерением поставить глупца на место.

- Ха… Вижу твои солдаты даже удовлетворить моих девочек не в силах. – Усмехнулась Икасама, пока неожиданно вытянутый клинок из его рук не направился в сторону её груди.

Звонкий удар металлов отбросил меч в одном мгновении, а ошеломлённый Данрос, стоящий на коленях, увидел неожиданное появление Хизер, плавно парирующей его последний выпад своими загнутыми кинжалами, выражающими отточенность и элегантность её движений. – Я предупреждала, что ветвь, до которой вы стремитесь дотянуться, слишком высока для вашего уровня. Не стоит прыгать выше головы, чтобы рисковать оказаться в самом низу… - Спокойно говорила Хизер, совершая медленный поклон последним минутам жизни Данроса.

- Спасибо, котёнок! – Резко сказала Икасама и, подняв Ратраонский клинок, стала тщательно осматривать его навершие, обвитое железными вкраплениями извивающихся змей. – Хмм. И правда, Ратраонский клинок, змеиное клеймо, жадное по золоту и власти, равнодушное, как и безжизненность этого меча. – Говорила грех зависти, осторожно приближаясь к падшему Данросу, что скрипел зубами от желания разорвать Икасаму на куски. – А теперь… Милый гость. Хочешь, чтобы я тебя отпустила? Оставила в покое одного единственного воина, которого по возвращению домой так или иначе будет ждать смерть… Хочешь?

- Ничтожная сволочь… От тебя и капли не осталось от королевской сем… - Сказал Данрос, пока своей ногой Икасама не утёрла пыл мужчины, опрокидывая его на землю.

- Лежи… - С наслаждением сказала девушка, подставив свою оголённую пятку перед глазами звереющего мужчины. – Лежи мою ногу, как верный пёс, которым ты и являешься… - Повторила Икасама, пригибаясь над головой Данроса и прикусывая его ухо, ждала, когда тот наконец-то прогнётся под её влиянием.

- Я лучше умру, чем буду лизать ноги у крылатой падлы вроде тебя!

- Что ж... Выбор за тобой. – Радостно сказала Икасама, резко подняв его вверх и без доли сомнений воткнув Ратраонский клинок в плечо, стала превращать его привычный облик в золотую форму, быстро прорубающую своим весом всё тело Данроса насквозь.

А где-то поодаль от кровавого месива, что было весьма обыденным и привычным делом для присутствующей в Тёмном вереске Икасамы, две старые женщины вновь узрели тему для насущных обсуждений и, без сомнений, продолжили злословить на тему одного очень знаменитого борделя во всём королевстве Нихонго.