Тяга к протесту
12 июня молодёжь по призыву Алексея Навального решила соприкоснуться с ОМОНом. Осознанно и целенаправленно. Т.о. образом молодёжь показала, что может. И Навальный показал, что он может. Способность мобилизовать большое количество молодёжи, мобилизовать и направить её в любое, выбранное им самим место, безо всяких согласований с чиновниками администраций управ и мэрии, делает Навального политической фигурой. Вне зависимости от того как мы относимся к нему и его программе, необходимо признать этот факт: мобилизационный ресурс делает Навального политиком, причём политиком федерального уровня.
Навальный, лишённый по закону пассивного избирательного права, в частности не имея права выставлять свою кандидатуру на президентские выборы, тем не менее свою избирательную кампанию начал. Мало того, выборы ему и не нужны, т.к. в них он безусловно проиграет. Поэтому он избрал единственно верную для себя тактику — тактику нарушения закона и вовлечения в этот процесс всё больше и больше народа, в первую очередь молодёжи. Лишённый пассивного избирательного права, он получил беспроигрышную позицию, теперь подспудным, неартикулированым девизом всех участников этих протестов является слоган: нас лишили выбора. Навальный как бы говорит молодёжи: это не меня лишили выборов, это вас лишили выбора, это вас лишили права участия в судьбах страны.
Вся антикоррупционная деятельность Навального имеет две цели, и ни одна из них не является борьбой с коррупцией.
Первая цель: разрушение легитимности существующей власти, разрушение легитимности закона, как такового. Показывая, что властьпредержащие постоянно нарушают закон, Навальный демонстрирует своей аудитории девальвацию закона. После просмотра многочисленных роликов Навального молодёжь задаётся естественным вопросом: им можно, а нам что - нет?! Проведение несанкционированных митингов, с минимальными наказаниями, ставит целью выработать у участников привычку нарушать закон, преодолевать внутреннюю дилемму: «нарушать, не нарушать» безо всяких усилий.
Для успешной реализации этой цели подобные акции желательно проводить регулярно, чтобы эффект закрепился, спасибо собакам Павлова, которые помогли нам уяснить принципы работы этого механизма. Поэтому стоит ожидать этим летом ещё как минимум двух подобных выступлений, в июле и в августе. Причём все митинги будут проходить в всегда на грани закона. В следующий раз он скажет, что власть ограничивает их право на свободу собрания, расставив свои тоталитарные рамки металлоискателей. Дальше само присутствие полицейских будет рассматриваться как государственный террор и убийство свобод. Потом дождь, потом солнце — всё что угодно может стать причиной фразы: «планы не меняются. Все на Тверскую». Осень, после накачанного лета, не будет отставать и к мартовским выборам Навальный намерен подойти со сплочённой готовой к мобилизации массовкой.
Результат выборов его не будет интересовать, его будут интересовать только люди вышедшие на улицу. Они будут кричать что их лишили возможности выбирать, и не смотря на то что их процент ничтожен по сравнению с молчаливым большинством, улица будет требовать признать именно их выбор, их предпочтения. Учитывая тот факт, что Навальный поддерживается, хоть и негласно, частью властной элиты, а также, что не менее важно, а может даже и больше, находится под софитами западных СМИ, не замечать эти протесты у общества и власти не получится. От правильного ответа на них зависит будущее нашей страны.
Второй, не менее важной, целью антикоррупционных роликов Навального является разжигание социальной и национальной розни. Чувство классовой ненависти должно пожаром гореть в груди у его паствы. Крестьянам надо видеть усадьбу, которую требуется жечь с вилами в руках. Вот Навальный и показывает своим подписчикам усадьбы для зависти их глаз. Поэтому ему не нужны доказательства, ролики они не для этого.
При этом фоном всех этих действий является отсутствие политической идеологической дискуссии в России. Думские партии все сместились в центр и делят между собой поле лоялистов, раскладывая его на спектры по предпочтениям, при этом радикальное поле всех различных направлений осталось вне политики, без своих представителей. Однако удельно-взвешенная доля этой брошенной периферии растёт, и Навальный решил стать монополистом на ней. Именно поэтому он столь ревностно следит за всеми остальными протестными уличными протестами, стараясь там объявиться и наложить на них свою лапу. Именно поэтому он не мог согласиться с митингом против реновации без своего участия. И так будет происходить и дальше, Навальный будет ревностно бороться за своё право на монополию протеста. СМИ, играющие за него, будут активно его поддерживать в этом деле, клеймя независимых отщепенцев.
Что же делать в сложившейся ситуации властям, условному Кремлю? Как пройти тонкое место выборов без разрушающих эксцессов? Протесты показывают, что молодёжь и всё остальное общество хочет разнообразия, следовательно необходимо расширить политическую палитру. Необходимо выставить на периферийное поле новых игроков, которые могли бы оттянуть часть бесхозной аудитории, которую сейчас окучивает Навальный. Пока в эту игру включилась только Алина Витухновская, однако она играет только на руку Навальному, затягивая в эту воронку протеста более экзальтированных персонажей.
Властям необходимо легализовать периферийное поле и разделить его на фракции. В выборах должны принять участие: Ксения Собчак, Иван Охлабыстин, Константин Сёмин, например. Самого Навального к выборам допускать нельзя, ибо нельзя менять закон, даже не самый удачный, под угоду моменту, показывая тем самым слабость. Слабость власти лишь укрепит позицию Навального, с его тезисом о нелегитимности.
При этом пропагандистам стоит помнить, что связка Навального с украинскими событиями, с местными этническими националистами не играет против него. Потому что эта пропаганда оказывает воздействие только на лояльную аудиторию. А так как Навальный в самих выборах принимать участия не собирается и нацелен на незаконное решение вопроса прихода к власти, то единственное, что ему требуется от лоялистов, чтобы они соглашались с его правом на выступления и выражения своей позиции. А это право лоялисты ему уже предоставили. Сторонников Навального, уже пришедших в его лагерь, и потенциальных, данная пропаганда не возмущает. Националисты, та часть которая с ним, с завистью смотрят на Украину. Им нравится возможность безнаказанно кидать зигу, ходить с оружием, дружить с полицией. А не националистическая часть поклонников Навального прикрывается от всех кошмаров украинского беспредела ширмой: «Это всё кремлёвская пропаганда», а на трупы детей, сожженные тела, тысячи людей брошенных без суда и следствия в тюрьмы они отвечают: «сами виноваты».
Единственное здравое решение — лишить Навального монополии на протест, монополии на улицу и втянуть в поле, где он быть не желает, поле легальной политики. Причём не самого его, а его публику. Посеяв в рядах смуту и раскол.
Все эти тактические решения не отменяют необходимости решения главной задачи: возвращения в политику идеологических споров. А протестов бояться не стоит. Протесты — это нормальная жизнь республики, каковой Россия является последние сто лет. В качестве примера, можно посмотреть на Францию. Протесты, в том числе и молодёжные происходят там со значительной регулярностью, при этом никто из французов не кричит «караул!!! конец Республике!». Россия — свободная страна, здесь много людей с мнением отличного от вашего. Единственное что не приемлемо в общественной, политической жизни — это монополия, монополия на мнение, монополия на идеологию, монополия на протест.
Дмитрий Бахур