Ты моя слабость.

Чонгук рухнул на колено.

— Чонгук!

Тэхен сорвался с места, забыв о боли в запястьях.Охранники ворвались в ангар.

Раздались еще выстрелы.

Тэхен упал рядом с Чонгуком.

— Нет. Нет, нет, нет...

На пальцах появилась кровь.

— Посмотри на меня!

Чонгук с трудом открыл глаза.

— Ты цел?

— Мне плевать!

— Тэ...

— Не смей закрывать глаза!

Он плакал, зажимая ладонью рану.

— Ты обещал мне, что больше не заставишь меня бояться.

Чонгук попытался улыбнуться.

— Я... еще не нарушил обещание.

— Дурак!

Тэхен всхлипнул.

— Самый ужасный дурак на свете.

Сирены появились слишком поздно.

Кан был обезоружен и лежал без сознания.

Но Тэхен ничего этого не видел.

Он сидел на полу, прижимая ладонь к плечу Чонгука.

— Где врачи?!

— Уже едут.

— Быстрее!

— Господин Тэхен...

— Быстрее!

Чонгук сжал его пальцы.

— Не плачь.

— Ты серьезно сейчас это говоришь?

— Не люблю, когда ты плачешь.

— Тогда живи.

Чонгук закрыл глаза.

— Хорошо.

— Чонгук!

Мир для Тэхена остановился.

— Открой глаза.

Он тряс его за плечо.

— Открой!

Через несколько секунд врачи оттащили его.

— Господин, нам нужно работать.

— Я с ним.

— Нет.

— Я его муж!

— Вы будете мешать.

Тэхен отступил, весь в крови.

Двери машины скорой помощи закрылись перед его лицом.

И впервые за весь этот ужас он почувствовал настоящую панику.

Не страх.

Панику.

Такую, от которой невозможно дышать.

— Пожалуйста, — прошептал он. — Только не оставляй меня.

В больнице часы тянулись бесконечно.

Тэхен сидел на полу возле операционной.

На его запястьях остались темные следы от веревок.

Он смотрел на них и не чувствовал боли.

Боль была внутри.

Когда врач наконец вышел, Тэхен вскочил.

— Он жив?

— Да.

Тэхен закрыл лицо руками.

Слезы хлынули сами.

— Но?

Врач помолчал.

— Пуля прошла близко к ключице. Повреждение серьезное, но угрозы жизни сейчас нет. Однако восстановление будет долгим.

Тэхен кивнул.

— Я могу его увидеть?

— Позже.

Он прислонился к стене.

— Спасибо.

Но облегчение оказалось недолгим.

Потому что через час Чонгук проснулся в реанимации.

Он попытался подняться.

— Где Тэхен?

Медсестра остановила его.

— Вам нельзя вставать.

— Где мой муж?

— Он здесь.

Чонгук закрыл глаза.

— Позовите его.

Тэхен вошел и остановился у кровати.

Чонгук выглядел непривычно бледным.

— Привет, — прошептал Тэхен.

— Иди сюда.

Тэхен сел рядом.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

— Я думал, ты умрешь, — сказал Тэхен.

Чонгук сжал его пальцы.

— Я тоже.

— Мне было страшно.

— Знаю.

— Нет, ты не знаешь.

Тэхен заплакал.

— Я слышал выстрел и думал, что потерял тебя. Я видел кровь. Я держал тебя и ничего не мог сделать.

Чонгук молчал.

— И теперь я боюсь закрывать глаза.

Он впервые сказал это вслух.

— Каждый раз, когда я закрываю глаза, я снова в том ангаре.

Чонгук посмотрел на него.

— Тогда не закрывай их.

— Что?

— Смотри на меня.

Тэхен поднял глаза.

— Я здесь.

— Но ты ранен.

— Я жив.

— И я тоже.

Чонгук улыбнулся.

— Значит, у нас есть шанс.

Тэхен рассмеялся сквозь слезы.

— Ты всегда умеешь все испортить одной фразой.

— А ты всегда умеешь заставить меня остаться.

Прошло три месяца.

Кан был арестован.

Империя Чонгука изменилась.

Он передал часть дел доверенным людям, отказался от нескольких опасных сделок и больше не оставлял Тэхена одного без его согласия.

Но травма никуда не исчезла.

Тэхен иногда просыпался ночью от собственного крика.

Иногда не мог войти в лифт.

Иногда вздрагивал от запаха табака.

А Чонгук просыпался от кошмаров о выстреле.

Они не стали прежними.

И это было самое тяжелое.

Однажды ночью Тэхен проснулся от паники.

— Чонгук...

Он сидел на кровати, тяжело дыша.

Чонгук мгновенно проснулся.

— Я здесь.

— Мне снова приснилось.

— Я знаю.

— Я не хочу снова это видеть.

Чонгук сел рядом и осторожно обнял его.

— Тогда не будем делать вид, что все прошло.

Тэхен прижался к нему.

— А если не пройдет?

— Тогда будем жить с этим.

— Вместе?

— Только вместе.

Тэхен заплакал.

— Я иногда жалею, что пошел тогда в торговый центр.

— Я тоже.

— Ты злишься на меня?

Чонгук долго молчал.

— Я злился.

Тэхен замер.

— Но не потому, что ты сделал глупость.

Он коснулся его щеки.

— Я злился, потому что понял, насколько сильно мог тебя потерять.

— Я тоже мог потерять тебя.

— Поэтому теперь мы будем бояться вместе.

Тэхен тихо рассмеялся.

— Очень романтично.

— Я стараюсь.

Утром они вышли на балкон.

Город снова был залит дождем.

Когда-то этот дождь означал для них начало кошмара.

Теперь он просто был дождем.

Чонгук обнял Тэхена со спины.

— Знаешь, что самое страшное?

— Что?

— Я раньше думал, что должен быть сильным ради тебя.

Тэхен повернулся.

— А теперь?

— Теперь я понял, что иногда сила — это признать, что тебе страшно.

Тэхен улыбнулся.

— Тебе страшно?

Чонгук посмотрел ему в глаза.

— Каждый день.

— Мне тоже.

Они замолчали.

Тэхен положил голову ему на грудь.

— Тогда останься.

— Останусь.

— Даже если будет плохо?

— Особенно тогда.

Тэхен закрыл глаза.

На этот раз спокойно.

Потому что за спиной был человек, который больше не обещал идеальной жизни.

Он обещал быть рядом.

И этого оказалось достаточно.

Они не вышли из той истории невредимыми.

У Тэхена остались шрамы на запястьях и память, которая иногда возвращалась слишком громко.

У Чонгука остался шрам возле ключицы и страх, что однажды он снова опоздает.

Но они остались живы.

Остались вместе.

И, возможно, счастье после такого не выглядит как жизнь без боли.

Возможно, настоящее счастье — это когда боль больше не приходится переживать в одиночку.

Чонгук поцеловал Тэхена в висок.

— Я люблю тебя.

Тэхен улыбнулся.

— Я знаю.

— И?

— И я тебя люблю.

За окном продолжал идти дождь.

Но впервые он больше не казался холодным.

Потому что теперь они держались друг за друга.

Крепко.

Так, будто больше никогда не позволят миру разлучить их.