Ты Лис

Все началось с самого утра. Нил проснулся от очередного кошмара, задыхаясь. Он не мог дышать, воздух в легкие как-будто перекрыли. А так ведь и до смерти недалеко, но каждый раз она проходила мимо него...

– «и снова...когда же это прекратится?» – с горечью подумал рыжий, пытаясь восстановить дыхание. 

Восемь лет он с матерью бегал от отца, но в последний год её не стало. Ну конечно, Натан бы так просто их не отпустил. Либо убить либо каждый день устраивать пытки, чтобы они мучались. И Мэри, мать Нила...погибла в мучениях. Нилу пришлось сжечь машину и свою мать. Она умерла именно там. Её холодный труп намертво приклеился из-за крови к сиденью около водителя. И чтобы люди отца не нашли её, Абраму пришлось сжечь все, а порох матери закопать на море.

«Абрам» – все что осталось от матери. Среднее имя, который Джостен с трепетом хранил в памяти. Он сменил множество имён: Алекс, Стефан, Крис...двадцать два фальшивых имён окружали рыжего. «Нил Джостен» тоже был лишь фальшивкой. Все было ненастоящее, только лишь бы скрыть весь тот ужас прошлого и скрыться от него. Восемь лет прошло. Рыжие волосы были перекрашены тысячи раз, а на данный момент имели каштановый цвет. Глаза голубого цвета, глубокие и темные как море, спрятаны за карими линзами. 

«Натаниэль Веснински» – вот он, настоящий. Его отец, Натан Веснински, известный в Балтиморе как «Мясник», ведь любимое оружие для пыток – это топор. Люди, которые чудом выживали после пыток Натана тут же обращались к психологу и психотерапевту. Да что там, такие были считанные единицы, безжалостный Мясник не даст своей жертве сбежать. 

Возвращаясь к настоящему, наш главный герой стоял в ванной, умываясь ледяной водой. Нужно было очистить разум, привести себя в порядок, но...когда тебя преследует сама смерть и кошмар наяву, держать себя крайне трудно. Тряслись руки, подкашивались ноги, а в горле застывал немой крик ужаса. Отдышавшись, Нил вернулся в комнату. Маленький складной телефончик засветился от входящего сообщения. «0». 

Нил прекрасно понимал, и кто это, и что с ним потом будет. Люди отца, они так просто его не отпустят. 

– «черт...мало того, что моя команда пострадает, так ещё я не выживу. «Нила Джостена» больше не будет. Никогда. » – подумал Абрам и скатился спиной по стенке. 

Хотелось кричать, выть, реветь или истерить от надвигающегося ужаса. Он не выживет, он умрет. Нил это знал. Отец – самое опасное, что можно только придумать. Да какой там отец...

Собравшись с силами, Нил оделся и вышел из общежития, идя к корту. Была глубокая ночь, ближе к рассвету. Войдя на корт, Джостен начал бегать вверх и вниз по зрительским сиденьям. Бег всегда приводил в себя рыжего, во время бега можно избавиться от ненужных мыслей. Нил всего себя отдавал экси, потому что для него экси – это его жизнь. Без экси...было бы крайне тяжело. Какое-то время заняла тренировка, и вернувшись в общежитие, Нил свалился спать. Но не суждено было и трёх часов проспать, как в его комнату начали тарабанить.

– Нил, открывай! У нас же тренировка перед матчем, черт возьми! – рыкнул Кевин, дергая ручку.

Парень был вынужден разлепить глаза и посмотреть на часы. Время показывало 8:30.

– «а ведь так хорошо спал. Матч...отец точно не оставит меня в покое...» – сонно подумал Нил и тяжело вздохнул.

Сполз с кровати и открыл дверь. Когда же Дэй увидел в каком состоянии находился Джостен, изрядно удивился. 

– Нил, ты... – начал второй номер, но кареглазый его оборвал.

– Три минуты и выйду.

Нил резко захлопнул дверь и посмотрел в зеркало. Вид, конечно же, был отвратительный. Темные и большие мешки под глазами, уставший взгляд карих глаз и «побитый» вид. Все в нем указывало, что ночка была не из простых. Надев спортивные штаны и первую попавшуюся футболку, кареглазый распахнул дверь так, что та чуть с петель не вылетела. Сила есть, ума не надо...ладно, ум нужен, особенно такому беглецу, как Натаниэль.

Они с Кевином пошли на корт. Быстро переодевшись в форму, Нил выбежал на поле. Тренировка прошла хорошо. Но всегда есть что-то, что всегда портит дни. Тот самый кошмар настиг Абрама после тренировки. Когда они шли переодеваться Джостен заметил его. Браун, человек отца. Глаза Брауна нашли Нила и еле заметно искривились в хищной улыбке. Одними губами Браун сказал: «Нашёл».

Холодный пот прошиб Нила, а тошнота подступила к горлу. Перед глазами все поплыло и размылось, превратившись в одно сплошное пятно. Схватившись за что-то, Нил попытался перевести дух. И это «что-то» было плечо Эндрю. Эндрю недоуменно посмотрел на того.

– was ist passiert? [что случилось?]

– nichts. [ничего]. 

– lüge nicht. [не ври].

Нил поджал губы и мельком посмотрел на Брауна. Время поджимало, а тут...Эндрю. 

– die Leute, die gekommen sind, waren eigentlich nicht da, um dich zu verabschieden. Sie sind wegen mir gekommen. Ich dachte, wenn ich nichts sage, lassen sie dich in Ruhe. [те люди, что пришли, на самом деле не пришли проводить. Они пришли за мной. Я думал, если буду молчать, они вас не тронут.]

– was habe ich Ihnen über freiwilliges martyrium gesagt? [что я тебе говорил на счет добровольного мученичества?]

– dass es niemand braucht. Aber du hast mich nicht aufgehalten. [что оно никому не нужно. Но ты меня не останавливал.]

– dies wurde impliziert. [это подразумевалась само собой.]

– Ich bin dumm, wisst ihr das? Mir muss alles erklärt werden. [я же глупый, забыл? Мне нужно все разжевывать.]

– den Mund halten. [заткнись].

– der anteil der hassreaktionen ist auf 94 gestiegen? [процент ненависти вырос до 94?]

– bis zu hundert. Was stimmt nicht mit deinem gesicht? [до ста. Что с лицом?]

– zigarettenanzünder im auto. [автомобильный прикуриватель.]

Эндрю поджал губы и с легкой суровостью посмотрел в глаза.

– Ich bin bereit, sie an deiner Stelle zu töten. Für dich und für dich. [я готов перебить их, вместо тебя. Для тебя и за тебя].

Нил лишь помотал головой.

– danke. Für die schlüssel, für die ehrlichkeit, für das vertrauen…und die küsse. Du warst grobartig. [спасибо. За ключи, за честность, за доверие...и поцелуи. Ты был потрясающим.]

Эндрю почувствовал, что это было прощание. Нет, только не так. Джозеф сжал кулаки и потянул Нила на себя, обняв. Таким образом, он дал понять, что Джостен «его» человек. И показал фак стоящему Брауну. Браун тут же отреагировал, зло оскалившись.

–ja oder nein? [да или нет?]

– bei dir heibt es immer ja. Auber wenn die Antwort «nein» lautet. [с тобой – всегда да. Кроме тех случаев, когда ответ «нет».]

Отстранившись, Эндрю закрыл ладонью Нилу глаза и поцеловал его. Сначала это было простое прикосновение, после – французский поцелуй. Их языки сплелись и начали играть в «кто первый отнимет у другого инициативу». Пару минут спустя они отстранились, когда не хватало кислорода.

– ich hasse dich. [ненавижу тебя.]

– vielen dank... für alles... [спасибо...за всё...]

После этих фраз они отстранились. Нил не хотел прощаться, но...понимал, другого выхода попросту не существует. Вновь накатили отрицательные эмоции, но рыжий заставил себя улыбнуться. 

– «Я в порядке» – подумал Джостен и уже развернулся, чтобы уйти от Миньярда, но вдруг...

БАБАХ!

Послышался выстрел. Нил увидел труп, только что бывшего живого человека. Это был Браун. Он...мёртв.

Горло сдавил комок. Неужели...это всё? Неужели, он выживет? Повернув голову, Абрам увидел стоящего Ваймака с револьвером.

– Ваймак, зачем...

Но Ваймак лишь улыбнулся в ответ на вопрос Нила. За него ответил Эндрю.

– Ты Лис. Ты всегда будешь никем. Ненавижу тебя... – пробормотал Эндрю, со спины обнимая Нила.

И тут до Абрама наконец дошло. Его новая семья – это была команда Лисов. Ваймак, Эндрю, Ники, Кевин, Дэн, Мэтт, Аарон, Рене, Элисон...они приняли Нила, который был фальшивкой. И слепили из него человека, настоящего, живого, который не сбегает. Дом – это. И Эндрю. Он – Лис.

Конец?...