Твоё имя

Коля всегда знал, что с Денисом по простому обходиться нельзя, ведь тот утаивает в себе столько мрачностей, сколько ни одним светом не устранить. Ему хотелось помочь Денису, но он понимал, что словами и подарками ментальные проблемы не вылечить. С одной стороны, это снимало ответственность за чужое состояние, с другой – её добавлялось ещё больше. За Денисом нужно было следить, поскольку в определенные промежутки времени оставлять его одного было небезопасно. Идея самопровреждения настолько сильно въелась в его разум, что Коле приходилось чуть ли не связывать ему руки во время обострения депрессии. Это напрягало их обоих, потому что и Денис, и Коля были измучены здоровьем Дениса. Но Коля никогда не чувствовал желание сорваться, он был рядом с Денисом, искренне желая ему помочь, даже если расплачиваться за это нужно будет и своей менталкой.

Сегодня Коля снова ушёл на студию звукозаписи, потому что в планах было наконец закончить желаемый трек. Он не замечал никаких странностей в поведении Дениса, поэтому ему казалось, что всё нормально. Тот пьёт таблетки утром и вечером, соблюдая повышенную дозу, при этом не загоняется в открытую, а также спокойно сохраняет активность жизни. Он, конечно, был более оживленным, но это не означало то, что всё стало нормально. Коля осознавал, что стоит быть начеку, но Денис слишком уверенно и внушающе играл роль "нормального" человека, будто проблемы действительно разом отошли на второй план. Это был очень лёгкий план по мнению Дениса, потому что свою нездоровую одержимость он мог скрывать под видом стабилизации состояния. Он мог притворяться, словно ему становится лучше, словно он действительно начинает правильно жить эту жизнь, беря из неё позитив. Но этот вид позитива лишь скрывать бушующий мазохизм внутри.

Денис подробно выстроил себе план поведения, чтобы Коля убедился в его "ремиссии" и наконец скрылся, оставив его в одиночестве. Столько кровавых пейзажей крутилось в голове Дениса, что ему хотелось воплотить их в жизнь один на другом. Но кое-что занимало часть его внимания больше всего. "Коля". Это имя так много значило для него, что хотелось запечатлеть его материально и физически. Денис думал о Коле постоянно, что в ремиссии, что вне неё. Он знал, что впереди стоит и идёт его молодость, а прожить её хотелось, отдаваясь только Коле. Он желал посвятить тому всего себя, чтобы тот убедился в его любви и наконец принял её масштабы. Ему не нравилось, когда Коля начинал чрезмерно заботиться о его здоровье, потому что ему хотелось, чтобы Коля обращал внимание на сущность его действий, а не на их последствия.

Черноволосый парень сидел на кровати с закрытыми глазами, молча воображая себе лицо Коли. Его очерченные скулы, глубоко посаженные глаза, аккуратная переносица, мягкие и вытянутые черты, плавная линия челюсти... Денис создавал в своей голове портрет Коли, при этом рисуя его с поспешной идеализацией, потому что видел в нём всю свою жизнь. Ах, он так сильно любил Колю, что с мыслями о нём не хотелось расставаться ни на секунду. Да что уж там говорить о мыслях, с Колей в принципе не хотелось расставаться! Хотелось быть с ним, быть им. У Дениса в голове всегда крутились сюжеты, как можно выразить свою любовь к Коле на своём теле. С одной стороны, это можно сделать через секс, с другой стороны, можно выразить свою любовь более поэтично. Замысловатые решения Денис любил, потому что они всегда казались ему красивее, чем обыденность.

Юноша наконец встал, вертя головой, чтобы взъерошить волосы. Посмотрев на дверь их с Колей комнаты, он понял, что пока Коли нет, то у него есть свобода. Та свобода, которой ему так не хватало всё прошлое время, наполненное "неправильным" вниманием Коли. В мыслях снова всплыло его имя. Денис настолько сильно его любил, что не хотелось вспоминать никого другого, кроме единственного знакомого Коли. Брюнет расплылся в довольной улыбке, снова переключившись на мысли о нём, но на этот раз размышляя не о его внешности, а о его личностных качествах и характере. Коля очень надёжный партнёр, поскольку обещания выполнять умеет, ответственность на плечах носит с перегрузом, одаривает любовью и лаской, помогает и в целом выкладывается перед Денисом на полную. Денис тоже выкладывается перед Колей на полную. По своему...

Денис снова встряхнул головой, сосредоточившись на первоначальной цели: выразить меру своей любви к Коле. Хотя в голове всё ещё крутились мысли о Коле, он поставил цель в приоритет. Денис посмотрел на свою левую руку, поворачивая её тыльной стороной ладони к лицу. На левой руке запястье чистое. Именно здесь и будет красоваться его имя. Идеальный способ для выражения важности Коли в его жизни. Глубокая надпись "Коля", вырезанная неаккуратными шрамами. Денис на мгновение смягчился, понимая, что Коля снова будет ругаться за это. "Какой же ты глупый, Коля... Неужели ты не понимаешь, что тебе стоит радоваться тому, что я ценю тебя настолько сильно?" – вопрос Дениса был искренним, хотя вслух он бы не осмеливался спрашивать это у Коли, потому что не хотел провоцировать в том отчаяние. Точнее, он в любом случае его спровоцирует, просто через действие, а не через слова.

Денис шагнул вперёд, уходя в ванную. Коля всегда тщательно проверял её на наличие бритв, однако не учёл того факта, что Денис за такую банальность не возьмётся. Он ведь не настолько наивный, чтобы делать такие очевидные вещи, как хранить своё лезвие в чём то настолько доступном. Он знает, что в этом плане Коля ему не доверяет. И правильно делает, учитывая тайны Дениса...

Денис присел на колени, наклоняясь к сервисному люку стиральной машины. Он, конечно, знал, что Коля ему не доверяет, однако понимал, что это недоверие не выражено настолько сильно. Открыв маленькую крышечку, он проник двумя пальцами в отверстие и достал оттуда небольшое лезвие, взятое, кажется, из точилки. Самое то, чтобы оставлять рваные шрамы, ведь оно не настолько острое, чтобы резать ровно. Денис закрыл сервисный люк и поднялся, отряхивая колени. Нет, прибегать к полному отсутствию гигиены он не станет, ведь не хочет, чтобы с его обозначением любви к Коле что то случилось, будь то гниль или нечто подобное. Он протянул руку, чтобы включить холодную воду, а затем промыл лезвие под ней. Закрыв кран, Денис взял прыскалку антисептика, взбалтывая, а затем нанося несколько пшиков на обе стороны лезвия. Стерильность он сохранял, пусть и в изначально ужасной деятельности.

Парень поднялся, держа в руках уже готовый инструмент для своего художества. Делать это в ванной он не планировал, так как хотелось встретить Колю с таким видом именно в спальне. Ох, Денис чувствовал большое предвкушение перед подобным сюрпризом. Наконец то Коля дал ему возможность снова выразить свою любовь так, как хочет этого он. Денис прижал лезвие к запястью, избегая места с выраженной веной и надавил, чтобы вонзить лезвие в свою кожу. По лицу тут же расплылась извращенная ухмылка, выражающая лишь удовольствие от столь грязного занятия. Денис начал выводить линию, проходясь по одному месту несколько раз. В комнате запахло железом, запах которого исходил от выступившей крови Дениса. Он резал плоть, разрывая ткань и пытаясь проникнуть как можно глубже. Задать вены Денису не хотелось, однако попасть в дерму – очень даже. С каждой новой линией желание утихало, но через секунду вспыхивало с большей силой. Хотелось довести дело до конца, чтобы на коже алым цветом красовалось имя "Коля". Хотя хотелось вонзиться ещё глубже и сделать надпись темнее, Денис сдерживался, ведь ни за что не хотел расставаться с Колей. Одну букву Денис вывел, оставляя на коже три глубоких шрама. Кожа горела болью, Денис чувствовал, как рука начинает неметь, но хотелось продолжить и закончить начатое. Он снова прижал лезвие уже правее, чтобы вывести букву "О". Тут не так просто, поскольку стороны закругленные и простыми движениями "вверх-вниз" их не написать. Денис не плакал от своих действий, поскольку был необъяснимо терпим к физической боли. Он воспринимал это как дар для реализации своего занятия. Жизнь словно специально наделила его большей терпимостью, чтобы он не сомневался и совершал такие действия. Денис старательно выводил на руке овал, стремясь воссоздать букву "О". Денис не намеревался задеть вены, но резал до дермы, желая выразить, что любовь к Коле проникла вглубь него. С буквой "О" наконец было покончено. Кожа уже раскраснелась, а запавшие раны красовались грязной картиной крови. Денис с дрожащей улыбкой смотрел на содеянное. Он не жалел о том, что он начал – наоборот, желание доработать "пейзаж" на руке усиливалось с каждой буквой. Денис прижал лезвие снова, проходясь острым концом по коже. Ткань разрывалась, капилляры под эпидермисом открывались, выделяя наружу кровь. Денису до жути нравилось это зрелище. На половине буквы "Л" глаза Дениса всё же намокли. Боль была невыносимой, поскольку на живую резал кровеносную систему. В глазах начало темнеть, а по телу разлилась слабость. Денис выдохнул, продолжая быстрее. Больше он не старался над аккуратностью буквы – просто резал как можно глубже. Буква "Л" была закончена, а за ней сразу же последовала последняя, наиболее сложная. Денис поджал губы, не веря собственной любви к Коле. Это так нездорово, так грязно, так неправильно. Денису хотелось попасть абсолютно в каждое определение негатива, чтобы Коля наконец оценил красоту его любви. Осталась последняя буква. Самая сложная, но завершающая. Денис провёл одну линию, заставляя новое место на руке истекать кровью. Красная жидкость текла по коже, скатываясь до локтя. Денис чувствовал, как порезанная рука дрожит, но всё же снова принялся за аккуратность. Денис вывел ещё одну линию к середине уже сделанной, чтобы нарисовать половину буквы "Я".

– Коля... Ты не представляешь, насколько же сильно я тебя люблю. Я должен показать тебе свою любовь. Я уверен, что тебе понравится. – Денис довёл последнее закругление, наконец заканчивая полное имя Коли на руке. Денису стало тошно от этого чувства, но он терпел, смотря на получившееся творение. Коля точно не обрадуется, увидев ЭТО на руке Дениса... Но парень лишь улыбнулся, вытирая слёзы, и направился обратно в ванную, чтобы помыть лезвие и спрятать его обратно.