Творцы. Часть до инверсии 3. Уни

...

Тот же 2139 год. Прошло несколько лет с пожара в доме детей Пенелопы. В тот день люди, жившие близ глухого леса, не могли заснуть. Были слышны детские голоса, полные радости и страха, треск сучьев деревьев, грустные песни. 31 октября стало вторым днём рождения беженцев.

Дом детей Пенелопы сильно отличался от остальных детских домов. Он находился в глубине забытого леса и, казалось бы, вообще не подавал признаков жизни. Странным тут было все: местонахождение, персонал, дети, в целом дорога до этого дома. Много кто из сбежавших детей/сотрудников сам не знает, как тут можно было оказаться. И именно в этом доме росла Уни, которая как раз таки и была одним из беженцев.

Попадая в детский дом, ребенок больше не мог отсюда выбраться. Его могли сдать туда, а усыновить/удочерить дитя больше не мог никто. Ребенка учили с ранних лет строжайшей дисциплине, моральным принципам дома, прививали чувство ответственности перед теми кто вас вырастил, несмотря на то, каким образом это было сделано. Благодарным ребенок должен был быть всегда. А ещё он обязан быть послушным, молчаливым, конкурентоспособным. Детей дом не соединял, а всеми силами пытался разъединять, ведь каждый здесь был сам за себя. Сам себе был друг, сам себе враг. Хотя за самыми маленькими присматривали няньки, малышей все равно как можно скорее пытались научить самостоятельности.

Изучаемые предметы в доме почти ничем не отличались, как и учителя. Единственное отличие - строгость в детском доме была выше, чем в обычной школе. Только один предмет имел яркие отличия от обычных школ, а учителя этого предмета дети боялись больше страшных сказок и волков недалеко от дома. И этот предмет был физкультура, а учителя звали Пхэнь Лао.

Пхэнь Лао имела свои принципы и убеждения. Они считала, что каждый ребенок минимум с 10 лет обязан уже уметь охотиться и жарить отменное мясо. Поэтому она учила детей охотиться и готовить животных. Чтобы все показать как можно подробнее, она прямо перед детьми расчленяла зверей, показывала их органы, иногда сама заставляла детей повторять её действия. Наказания были строгими. Минимальным считалось лишение одной фаланги пальца руки. Фалангу могли отрубить, при особых случаях оторвать или даже потом заставить съесть. Кончались фаланги пальцев рук? Не беда. Отрубали пальцы на ногах, когда кончались пальцы на ногах, отрубали потихоньку сами куски конечностей, пока от ребенка ничего не останется. Из-за Пхэнь Лао большинство беженцев осталось калеками. Целых людей почти не было. К счастью(наверное) Уни осталась целой. Она была любимицей у Пхэнь Лао и беспрекословно выполняла её задания. Сейчас Уни ненавидит Пхэнь Лао всем сердцем.

Конечно, детей чаще всего выпускали только во время физкультуры, но были и исключения. Раз в 2 месяца ребят выпускали на побережье далековато от дома, где они собирали мусор, помогали некоторым рабочим и получали немного денег за это. Этот день для детей был святым, ведь именно тогда они чувствовали (почти)настоящую свободу.

Таким образом из-за всех устоявшихся порядков, все дети стали ненавидеть дом детей Пенелопы, планировали план побега несколько лет, собирали как можно больше денег, чтобы потом были средства на дальнейшую жизнь.

И этот день настал. Мальчики подожгли дом, забрали с собой документы, взяли девочек, и все, все дети сбежали. Ни один взрослый не выжил. Пожар никто не потушил. Честно заработанные деньги остались с детьми. В этот день никто не спал. Дети бежали, куда только можно. Жаль, что с самого побега выжили не все. Часть съели волки, а часть пропала без вести...

Уни выжила, причем она единственная из окончательно сбежавших детей не осталась калекой. Ещё во времена святых дней она познакомилась с Ани, они подружились. Благодаря Ани, Уни смогла наладить свою жизнь, какое-то время жила вместе с Ани,ходила в одну и ту же школу после побега. Но странным было то, что родители Ани не удочерили Уни и даже не знали, кто это. В конце концов Ани и Уни поступили в один университет на одну и ту же специальность. И даже когда они перестали вместе жить, они все равно остались лучшими подругами, несмотря не на что. А Ани писала, что в честь Уни она даже хотела назвать дерево во дворе Мин.