Твоими стараниями
Через пару часов внизу станет ужасно душно, и Хонджун в очередной раз радовался, что его стойка находится на возвышении. К великому сожалению, сегодня его личные сеты ему практически не понадобятся, только немного электрогитары на разогрев, хотя ради такого можно было и перетерпеть. Финал местной батловой лиги каждый год приносит заведению уж очень неплохие деньги, а самому Киму добавляет подписчиков: засветиться на месте диджея на большие просмотры отличный пиар ход.
— Ну что, готов сегодня бесконечно отматывать бит?
— Миндже молодой, а не слабый рэпер, Минги.
Точно, Сон Минги. Один из финалистов, завсегдатай всех на свете рэперских тусовок. Хонджун однажды видел, как его у клуба узнали даже собаки.
— Не отрицай, что твой молодой талант сбивается в сто раз чаще положенного, — ухмылка, с которой он поправлял неизменные тёмные очки. И зачем только они ему в помещении, где и так ничерта не видно из-за проверки световиков? — Ну же, душа моя, просто признай, что победа сегодня за мной.
— Ты не будешь разговаривать со мной, как с девочками у бара, Минги, — наглость парня подбешивала, но и забавляла. Он безусловно был отличным рэпером и имел сегодня все шансы на победу, однако не хотелось давать ему зазнаваться, а уж признавать, что его откровенно тупые попытки каждый раз завести диалог, поддеть, залезть в память, а оттуда переместиться в постель, отчасти привлекали, было вообще слишком. — Тем более когда твои биты в моих руках.
— Ну золотце, зачем ты так серьёзно, я же с исключительно добрыми намерениями, — рэпер, одним прыжком преодолевший высоту до его места обитания, уже опирался локтем о стойку, строя глазки через спадающие очки. — Не дуйся на меня.
— Твои исключительно добрые намерения ещё не привели ни одного парня и ни единой девушки мимо гостиничного номера, — Хонджун нагло потянулся к лицу Сона, снимая совершенно не нужный в помещении аксессуар и переместил их уже себе на голову. — Так что охлади свой пыл, горячий мальчик.
— Сон, ёб твою мать, — Уён кричит, значит Минги успели потерять. — Тащи сюда свою жопу или читать будешь в рваный тапок, и не отвлекай Джуна, звук кто за вас прочекает?! — рэпер состроил картинно-виноватое лицо и удалился, отправив Хонджуну воздушный поцелуй. Сегодня он настроен серьёзнее обычного.
"Удобней оппонента просто нету нихрена
Я тебя весь сезон хотел, ты как DJ NO1"
Строки сорвались с губ Минги, Миндже показал пальцы вверх, зал закричал, да так, что пришлось отматывать бит назад, давая всем возможность услышать панч ещё раз. Конечно для красивой картинки на записи Хонджун покривлялся на камеру рядом с его пультом, но в душе остался в полном шоке. Он был диджеем уже не первый год, однако слышал строки в свой адрес впервые, так ещё и от кого. Сон был невыносимо непредсказуемым, а то, что их лига единственная, которая проводит в их клубе весь сезон полностью, развязывало ему руки: в четвертьфинале Ким нашёл у своей стойки чёрные розы, в прошлый раз — сертификат в любимый музыкальный магазин на приличную сумму, а теперь вот это. С одной стороны такие знаки внимания были приятны, а с другой — совершенно безрассудны. Он был славился своей привычкой бить по лицу нежелательных ухажёров, несмотря на маленький рост и кажущуюся хрупкость. Видимо именно то, что рэпер всё ещё не попал в немилость, придало ему уверенности в себе.
— Ну что, мой сладкий, всё как я говорил!
Ничего неожиданного не случилось, Минги забрал этот сезон: да, Миндже подаёт большие надежды, а Хонджун любит верить в молодёжь, но до Сона ему ещё расти и расти. Перед афтепати у диджея было только полчаса, за которые команда организаторов во главе с Уёном должна была разобрать ненужную аппаратуру и подготовить зал для танцев. Ким практически всегда использовал свой перерыв одинаково, ровно по завету своего учителя и “духовного наставника”, как он сам себя называл. Квон Джиён любил говорить, что в любую свободную минуту из клуба нужно сваливать курить, а вот видеть Минги в и так не самый долгий отдых в планы не входило.
— Ты хочешь, чтобы я тебя поздравил? — Хонджун даже не повернул головы на раздражающую помеху слева, мешающую ему спокойно орудовать зажигалкой, — О, великий Сон Минги, — начал он, картинно размахивая руками, после того, как сигарета таки зажглась. — Мы все не верим, что ты, здоровый лоб с семилетним батловым опытом, смог победить двадцатилетнего мальчишку, — Ким сделал пару шагов назад и опёрся спиной о стену, выдыхая дым под смешки Сона. — Нет, серьёзно, какого хуя тебе от меня надо? И переставай со своими фразочками, мы не в тех отношениях.
— Так может я хочу как раз перейти к тем? — лицо Минги неожиданно и резко отказалось перед его собственным, а по левую сторону от головы путь отхода закрывала рука. — Что мне нужно сделать, чтобы обращаться к тебе “дорогой”? — рэпер сократил расстояние до такой степени, что между их лицами оставалось сантиметров пять от силы, а Хонджун пообещал себе однажды провести ему лекцию про личное пространство. — Или тебе больше нравится “любимый”?
Лёгкий кивок, означающий “нет”.
— Сладкий?
Снова не то.
— Милый? — с каждым неверным предложением Минги двигался всё ближе.
— Я не твои девочки, Сон.
— Тогда может быть “господин Ким”? — Хонджун лишь усмехнулся и аккуратно взял рэпера за подбородок. Личико уж очень красивое, а со сценическим макияжем вообще практически нереальное. Как он только не замечал? А может просто не хотел замечать.
— Раз ты так хочешь, есть у меня одна идейка, — сказал он, выдыхая дым от затяжки прямо Минги в лицо, а то уж слишком счастливым он стал после этой фразы.
Дорога до туалета для сотрудников заняла от силы три минуты. Конечно они могли бы перенести свои планы и в гримёрку, но та была одна на всех, что уж точно не являлось гарантом конфиденциальности. Щелчок замка, огромный плюс помещений для персонала, и они точно одни.
— Даже не думай, — Ким говорил чётко и властно, явно ощущая себя хозяином положения, — Я кончиками пальцев чувствую, что ты хочешь открыть рот не для дела.
— Воу, — Минги неспешными шагами сократил и так небольшое расстояние между ними. — Так вот зачем мы здесь, — рэпер схватился за край рукава джинсового плаща и довёл Хонджуна до стены, заставляя опереться на неё спиной. Видимо ему очень понравилось стоять так на улице. — Тогда, с твоего позволения, я этим делом и займусь.
Ким было хотел что-то сказать, съязвить в ответ или придумать остроумную шутку, но у Сона явно уже был план. Аккуратно снимая с его головы свои очки, о существовании которых диджей совсем забыл, одной рукой рэпер откладывает их на раковину, оказавшуюся чуть позади них, а другой зарывается в алые волосы, слегка оттягивая их назад, освобождая доступ к шее.
Под пристальным взглядом Хонджуна Минги оставил первый, немного робкий поцелуй в районе ключиц. С каждым касанием губ он не спеша поднимался всё выше, движения становились увереннее и резче. По телу пробегала дрожь, пока Сон оставлял на его шее лёгкие укусы, которые перекрывал такими же лёгкими поцелуями. Ощущалось это всё несомненно приятно, однако ничего сверхъестественного не было, пока рэпер не добрался до его ушей. После секундного промедления Минги коснулся губами чуть за мочкой, а потом прикусил её, немного оттягивая. Раздался короткий, но громким вздох. Сону хватило чтобы понять — он на верном пути. Без зазрения совести рэпер повторил то же самое ещё несколько раз, всё чаще и чаще выбивая из Хонджуна отрывистые стоны.
Минги действовал с идеальной точностью и явным знанием дела, как бы плохо это не звучало. Он методично проходился языком по всем Джуновским самым чувствительным зонам, заставляя всё сильнее погружаться в процесс и отрываться от реальности. Рэпер был хорош и Хонджуну даже льстило, что при наличии огромного количества обожательниц Сон старается именно ради его реакции.
Из лёгкой прострации Кима вывела рука Минги, уже оказавшаяся у него под футболкой и изучающая его соски, пока сам рэпер не отрывал от него взгляд. А полюбоваться там было на что: Хонджун застонал и, прикрывая глаза, искал руками опору в стене. Стимуляция сосков стояла на первом месте в его личном списке с достаточно говорящим названием “Как довести Ким Хонджуна до смерти”. Уделив им особое внимание, Сон, закрепляя успех, провёл по его торсу языком, опускаясь к животу.
Плитка на полу уходила из под ног Кима на первой космической скорости, колени подкашивались, а звуки их с Минги маленькой шалости уже наверняка слышно в коридоре, но в глазах рэпера читались лишь огонь и азарт.
— Сфокусируйся на мне, — Сон выпустил вторую руку из волос диджея и достал резинку для волос из кармана. Он усмехнулся, завязывая хвост, из которого всё равно выпала пара слишком коротких прядей. — И не нужно пытаться сделать в стене дырки для пальцев, — Минги улыбнулся, опускаясь на колени под пристальным взглядом Хонджуна.
— Ты планируешь продолжать разговаривать? — У Кима голос подрагивает, лёгкая пелена перед глазами и ноги не держат, но как бы это не было очевидно, признавать свою слабость перед ласками рэпера он не планировал: велика была его гордость.
Видимо именно эту гордость Сон и планировал исключить из программы на вечер. С хитрецой во взгляде он расстегнул на диджее брюки и приспустил их вместе с бельём.
— Тебе не нравится мой голос? — чего у Минги было не отнять, так это умения держать лицо. Стоя на коленях в сантиметрах от чужого члена, он выглядел самым невинным и безгрешным созданием на свете. — Во время моих раундов казалось, что всё немного иначе, — взяв за правило не давать Киму время отреагировать, он поднял руки, будто сдавался в плен, а затем максимально драматично завёл их за спину. — Ты не стесняйся, — Сон старался поддерживать зрительный контакт, периодически проводя языком по привставшему органу, но ситуация была явно сильнее Хонджуна. — И глазки свои не прячь.
Как только Минги замолчал, счастью Кима не было предела, однако в следующую секунду он понял, что разговоры были самым безобидным из происходящего. Рэпер провёл языком от основания до головки, оставляя на ней лёгкий поцелуй. Выпустив член изо рта лишь на долю секунды, он вобрал его приблизительно на две трети и втянул щёки, запуская дополнительную стимуляцию. Всё это время Сон ни на мгновение не отводил взгляд от лица Хонджуна, давно потерявшегося в своих ощущениях, а Минги только набирал обороты.
Каждое движение будто отдавалось у Кима в голове. Его уже не заботило, что их может кто-то услышать, и он даже не пытался заглушить стоны. Диджей сверлил взглядом потолок, все ещё пытаясь держаться за предательски скользкую плитку на стене, ведь опустить взгляд означало проиграть полностью: Минги, не прекращая движений, с нескрываемым наслаждением наблюдал за результатом своих действий в виде абсолютного потерянного Хонджуна. В его глазах плясали демонята, и Киму хотелось сфотографировать эту картину на сетчатку глаза, чтобы вспоминать одинокими вечерами.
— Минги… Блять… — голос Кима прозвучал низко, почти как рык. — Я близко, так что если ты… — вместо конца фразы получился громкий стон. Сон впервые взял настолько глубоко, чтобы дотронуться носом до его паха и затем отстранился.
— Твои стоны мне нравились больше, дорогой, — вопреки ожиданиям диджея и здравому смыслу, рэпер со счастливой улыбкой облизнул губы. — Я тебя понял, золотце, но, пожалуй, вернусь к делу, ты же так недоволен, когда я отвлекаюсь.
Минги не обманул и, как он выразился, “вернулся к делу”. С них обоих будто наконец сняли блокировку. Хонджун уже совершенно не пытался скрыть свои стоны и вздохи, явно не радуя этим Минхо на кухне, ведь оказались они ровно у общей с ней стены, а Сон, подпитываясь яркой реакцией на собственные действия, только ускорялся. Это явно не осталось без внимания диджеевского организма, оргазм подступал, затуманивая сознание ещё больше. Он чувствовал, что не продержится больше пары рэперских движений, и, собрав остаток мыслей, слегка постучал Минги по плечу.
Вот только это возымело ровно обратный ожидаемому эффект: вместо того, чтобы отстраниться Сон схватил Хонджуна за бёдра, притягивая ещё ближе. Положение не оставило Киму выбора и он кончил рэперу в рот, опуская на него шокированный взгляд.
Минги аккуратно выпустил чужой член изо рта, в последний раз проводя по нему языком, слизывая остатки спермы.
— Это было очень круто, спасибо, — Сон встал, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Только давай в следующий раз не в туалете, тут плитка пиздец неудобная, — он потянулся, чудом не задев вытянутыми руками люстру. Одним шагом сократив между ними расстояние до неприличного, Минги оставил на приоткрытых губах Кима невесомый поцелуй, быстро отстраняясь. — Ну, если что мой номер у тебя есть, бывай!
Сон вышел, плотно закрывая дверь за собой. А Хонджун всё ещё стоял, прислонившись к стене не в силах не то что пошевелиться, даже осмыслить произошедшее. Спустя самые долгие две минуты в своей жизни, он провёл кончиками пальцев по губам. Сил хватило чтобы натянуть штаны, подойти к зеркалу и заметить там оставленные Соном очки.
— Пиздец.