Турецко-греческие отношения
![](/file/2413473baf71c97c28cca.png)
Визит греческого премьер-министра в Турцию вызвал как оптимистичные, так и пессимистичные прогнозы относительно будущего двух союзников по НАТО.
Визит подчеркнул парадокс турецко-греческих отношений: Жители Турции испытывают самые теплые чувства к Греции среди своих соседей, однако Анкара и Афины далеки от примирения, необходимого для добрососедского партнерства.
Встреча Мицотакиса с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, состоявшаяся в начале этой недели, заставила многих экспертов и официальных лиц приветствовать «новую эру добрых чувств» между Турцией и Грецией на фоне прогресса, начавшегося в прошлом году. Турецкий и греческий лидеры поддержали «дух доброй воли и сотрудничества», пообещав увеличить объем двусторонней торговли с 6 до 10 миллиардов долларов. В ходе однодневного визита две страны подписали соглашения о ликвидации последствий стихийных бедствий, сотрудничестве в области здравоохранения и медицинских наук и создании совместного делового совета.
Эксперты, однако, указывают на фундаментальные проблемы, которые еще предстоит решить Турции и Греции, на их разные политические взгляды и сложную историю взаимоотношений.
Эсра Озсуэр - доцент кафедры политологии Стамбульского университета и ведущий эксперт по турецко-греческим отношениям, говорит, что «правительствам Турции и Греции предстоит пройти долгий путь, прежде чем они смогут понять друг друга даже в политическом плане... Но народам двух стран гораздо легче навести социологические и культурные мосты. Их языковые модели и кулинарная культура схожи и социальная динамика сокращает политическую пропасть между двумя обществами».
Действительно, остается много препятствий, прежде чем два союзника по НАТО смогут реализовать свой потенциал и превратить свои отношения в нечто иное. Два государства, склонные к конфликтам друг с другом, два общества с глубокой и проблемной историей — смогут ли они стать странами, которые поддерживают друг друга на двусторонней основе и на международных площадках, в том числе в рамках трансатлантического альянса? Это вызывает сегодня много вопросов.
Турецко-греческие разногласия. Территориальный спор.
В центре споров между двумя странами стоят территориальные разногласия. Турция и Греция граничат друг с другом в Эгейском море. Стремление Греции расширить свои территориальные воды с 6 до 12 миль от берега вызывает серьезное недовольство Турции, как и статус небольших необитаемых островков, расположенных вблизи турецкого побережья.
Подавляющее большинство островов Эгейского моря принадлежат Греции. Турецкая сторона считает, что расширение ее территориальных вод и воздушного пространства помешает морской торговле Турции и заблокирует ее доступ к международным морям. В свою очередь греки опасаются, что турки могут использовать свои более крупные и современные вооруженные силы для установления контроля над островами, находящимися в непосредственной близости от материковой части Турции. Например, греческий остров Кастеллоризо, также известный как Мейс, находится примерно в семи километрах от турецкого курортного города Кас на Средиземном море. Кроме того, Анкара оспаривает греческое управление воздушным пространством всего Эгейского региона, настаивая на том, чтобы восточная половина моря перешла под управление Турции.
Еще одним источником конфликтов является вопрос о соответствии между территориальными водами Греции и ее стремлением к контролю над 10-мильным суверенным воздушным пространством. Афины обвиняют Анкару в нарушении воздушного пространства на таких форумах, как Организация Объединенных Наций, ЕС и НАТО.
Кипр
Кипр, хотя и является небольшой страной - на треть меньше Бельгии, - представляет собой проблему в отношениях между двумя странами. На нем проживает грекоязычное большинство и турецкоязычное меньшинство. После того как в 1960 году остров получил независимость от Великобритании, военная хунта в Афинах попыталась объединить его с Грецией. После серии смертоносных нападений на турок-киприотов Турция предприняла военную интервенцию в 1974 году.
С тех пор Кипр остается разделенным между Турецкой Республикой Северного Кипра, которую признает только Турция, и Республикой Кипр с преобладанием греков-киприотов, которая является членом ЕС и которую Турция отказывается признавать.
Меньшинства
Еще одним спорным вопросом остается статус меньшинств в обеих странах. Турция обвиняет Грецию в том, что она отрицает существование турецкого меньшинства численностью около 100 000 человек в регионе Западная Фракия. Афины называют это население «греческими мусульманами».
Греция, в свою очередь, критикует Анкару за создание условий, которые вынуждают греческое меньшинство покидать Турцию, ограничивая их права на образование и свободу вероисповедания. В настоящее время в Турции проживает не более 4 000 греков, и эта цифра резко сократилась по сравнению с более чем 100 000 первых лет существования республики.
Греция утверждает, что споры в Эгейском море могут быть решены в рамках Конвенции ООН по морскому праву, которую она подписала, а Турция - нет. Турция хочет передать территориальные разногласия в Международный суд в Гааге. Переговоры по этому вопросу между двумя правительствами с начала 2000-х годов не дали результатов.
Хорошие новости
Удивительно, но, несмотря на обширный список взаимных претензий и постоянные препирательства, Греция и Турция не вели прямой войны уже более 100 лет, участвуя лишь в опосредованном конфликте на Кипре.
Иоаннис Н. Григориадис, доцент политологии в Университете Билкент в Анкаре и руководитель программы по Турции в Греческом фонде европейской и внешней политики, базирующемся в Афинах, рассказал в подкасте Al-Monitor Эмберин Заман, что, согласно опросам, общественное мнение в двух странах выступает против вооруженного конфликта.
Озсуэр высказывает аналогичную точку зрения. «Особенно в последние 10 лет, из-за экономических проблем и пандемии, турецкое и греческое общества не очень благосклонно относятся к идее разрешения турецко-греческих споров путем войны», - сказала она.
Желание сохранить позитивный настрой было очевидным во время визита Мицотакиса. Однако, во время пресс-конференции в понедельник в Анкаре между греческим премьер-министром и Эрдоганом начался спор о том, следует ли считать палестинскую группировку ХАМАС террористической организацией. Впрочем, оба лидера пришли к согласию о необходимости мирного решения израильско-палестинского вопроса и о том, что Палестина должна стать полноправным членом Организации Объединенных Наций.
Плохие новости
Эксперты полагают, что продвижение стратегического партнерства между Турцией и Грецией может занять десятилетия, поскольку еще более важными и неразрешимыми, чем территориальные споры между Турцией и Грецией, являются психологические последствия многовекового конфликта.
Поврежденная психика
Турецкий чиновник, беседовавший с изданием Al-Monitor на условиях анонимности, указал на то, что стихотворение, составляющее национальный гимн Греции, «Гимн Свободе», содержит множество строк, дегуманизирующих турок и мусульман. «Ладно, наши греческие друзья не поют эти фрагменты в национальные дни, во время спортивных соревнований или в школьные дни, но должен ли я спокойно относиться к этому знанию?» - заявил источник.
В то же время, в турецких школах в программе по истории до сих пор рассказывают о стремлении Греции создать Megali Idea («Великую идею») - по сути, возрожденную Византийскую империю.
Психика обеих сторон настолько повреждена, что даже безобидные сообщения в социальных сетях могут вызвать серьезные разногласия между Турцией и Грецией.
В этой связи Озсуэр указывает на «психополитические» факторы, на то, что турки называют войну за независимость Греции в 1820-х годах «восстанием Мореи», в то время как греки видят в ней «греческую революцию», крик свободы и движение за национальную государственную независимость.
«Такая глубокая разница в терминологии не может привести [Турцию и Грецию] к взаимовыгодной ситуации в соответствии с их национальными интересами, - говорит она, Турция, и Греция выстроили свои национальные государственные нарративы так, что они направлены друг против друга».
«Кризисы и постоянные конфликты нелегко преодолеть, и сложно перейти от них к эпохе союзничества, хотя это не означает, что союз или партнерство никогда не сформируются», - добавила Озсуэр, указав на одновременное членство двух стран в НАТО в 1952 году и оттепель в их отношениях на протяжении большей части 2000-х годов.
Григориадис сказал в интервью Al-Monitor: «Двадцать лет назад было легче представить себе радикально новые, здоровые отношения между Грецией и Турцией, предполагая, что авантюра Турции с членством в ЕС будет иметь счастливый конец, а кипрская проблема и споры о разграничении морских пространств будут решены вместе с ней. Но в настоящее время представить себе это сложнее, особенно если процесс демократической консолидации Турции не будет перезапущен, а ее членство в западном политическом сообществе перестанет быть само собой разумеющимся».