Тула 2021

«Пробить» выезд в Тулу мы с Ляшане запланировали ещё в прошлом году, когда стал известен календарь игр.

Майские праздники, возможно, с хорошей погодой и близость к Москве предопределили поездку в город пряников, самоваров и оружия.

Хотя, по правде говоря, я не особо люблю лёгкодоступные выезды. Есть такой показатель: чем ближе город к Москве, тем вероятнее, что там соберётся весь маргинальный цвет красно-белого движа.

Порой смотришь на людей, которые прибыли на такой вот ближний выезд, и кажется, что где-то открылся портал из начала 90‑х, ну либо рядом проводится бал у Сатаны.

Но, «пробив» 7 выездов в прошлом пандемийном году, я, что называется, вошёл во вкус и решил, что лучше прошвырнуться в очередной раз в Тулу, чем греть дома обивку дивана.

Желающих составить компанию долго искать не пришлось.

Для Сани Стрелка, нацелившегося на «Золотой сезон», шанс проигнорировать Тулу был равен нулю.

Поэтому он не только изъявил желание примкнуть к нам с Лехой, но и решил взять с собой на выезд сына своих друзей детства — Свята, чтобы парнишка проникся выездным духом.

Когда состав участников был сформирован, настало время принимать решение, каким именно способом мы будем добираться до Тулы.

Напрашивался вариант поехать на машине, но из трёх взрослых в нашей компании, желающих сесть за руль, почему-то не нашлось, а у Свята из документов пока только свидетельство о рождении. Так что этот вариант отпал сам собой, как и автобусы, которые обычно организуют Фратрия или фан-клуб. Нам хватило прошлой поездки, когда упившаяся молодёжь тормозила бус по любому поводу: покурить, поссать, пожрать, поблевать, купить ещё спиртного. В итоге дорога домой была мучительно долгой и очень запоминающейся. Прошло уже 3 года, а тот путь из Тулы до Москвы, показавшийся кругосветным путешествием, никак не хочет освобождать место в моей памяти.

В итоге методом исключения остался только один проверенный временем и такой любимый мной вариант — поезд. Не пешком же идти.

Решено было ехать в Тулу на «Ласточке». Недорого, быстро и неутомительно. А вот на обратный путь взяли купе на вечерний поезд. Неизвестно, в каком состоянии будешь возвращаться в Москву после насыщенного дня, а иметь возможность «вытянуть кости» — это хорошая опция.

И если билеты железнодорожные были куплены быстро и без нервотрёпки, то с квитками на футбол пришлось сильно заморочиться.

Судя по всему, в Туле не в моде технический прогресс, раз билеты до сих пор продают только через кассы. А так как местный стадион сам по себе, мягко говоря, не очень внушительное сооружение, а ещё социальную дистанцию никто не отменял, в итоге выпущенные 9000 билетов ушли буквально за час. А гостевая квота вообще была меньше тысячи. Достать заветный билет оказалось задачей не из лёгких. Серёга Геркулес, который решил в последний момент поехать в Тулу с другом на машине, взял, например, через местного приятеля билеты в детский сектор. Мы предприняли попытки купить через «Авито», через Фратрию. Тщетно. В итоге на помощь нам пришёл Макс Пражский, за что ему огромное спасибо. Он подал на нас заявку в фан-клуб от КБ Чехия. Ну КБ Эстонией мы были не единожды, теперь можно и от чехов выступить.

Ещё не понимая, будут билеты или нет, мы с Лехой договорились, что едем в Тулу в любом случае, а там, если с тикетами пролёт, то посмотрим матч в каком-нибудь пабе.

Но, на нашу радость, всё решилось удачно. За несколько дней до выезда мы перевели через Макса Володе Майору деньги на 4 билета, получив подтверждение, правда, только 2. Ну и на этом спасибо! Боюсь даже представить, сколько людей вообще пролетело мимо. В итоге эти 2 билета достались нам с Ляшане, Стрелок достал себе проходку через Денского, а Свята на выезд не пустила мама по причине плохой успеваемости. «Учиться, учиться и учиться» завещал нам когда-то дедушка Ленин, и я в детстве очень хорошо усвоил смысл этой крылатой фразы, не дав своей маме ни единого повода запретить мне посещать матчи в других городах из-за плохих оценок.

В итоге, сдав билеты «двоечника», мы выдвинулись в Тулу втроём.

Ещё одно небольшое, но важное отступление. Мы с Ляшане не пили спиртное весь Великий пост, то есть с 15 марта по 2 мая, а это, я вам скажу, серьёзное испытание для пьющего человека. Поэтому было решено не рвать «с места в карьер», а взять с собой в поезд всего лишь одну пол-литровую бутылочку Jack Daniel’s на троих, чтобы плавно вкатиться в любимый нами процесс и не закончить выезд уже по дороге в Тулу.

Утром мы встретились на Курской (кольцевой) и пошли к поезду. По дороге повстречали Денского и Лёху Фирсова, у которых билеты оказались в соседний вагон.

Я был уверен, что наш поезд будет полностью красно-белым, но, на моё удивление, обычного люда было больше половины.

«Ласточка» по своей сути хоть и похожа на «Сапсан», но явно уступает ему в классе. Здесь витает давно позабытый дух плацкартного вагона советских времён. В воздухе безошибочно угадываются лёгкие нотки двухсуточных носков, кисловатый запах пота и стойкий «аромат» мокрых тряпок.

Время в дороге пролетело быстрее ожидаемого.

Сначала мы достаточно плотно позавтракали, чтобы такой долгожданный алкоголь не сыграл с нами злую шутку. Затем аккуратно, с паузами, которым позавидовал бы Станиславский, раскатили пол-литра Джека и, не успев толком оценить эффект от попадания этанола в кровь, прибыли в город-герой Тулу.

Город встретил нас ярким солнцем и слишком торжественным маршем, обрушившимся на нас из вокзальных динамиков. Приятно, конечно, но могли бы встретить и попроще.

Немного пообщавшись с прибывшими на нашем поезде соратниками, мы вызвали такси, чтобы поехать в гостиницу «Центр», где остановился Майор. Мы хотели первым делом закрыть вопрос с билетами, чтобы потом спокойно и без нервотрёпки готовиться к матчу. Такси, как обычно бывает в небольших городах, прибыло за считанные минуты. Водителем оказалась женщина по имени Фазиле. Она попросила нас втроём сесть на заднее сиденье, видимо таким образом подчёркивая, что поездка совершается по тарифу «Комфорт». Водительница оказалась очень словоохотливой. С момента, как только закрылись двери автомобиля, её рот не закрывался ни на минуту. За сравнительно короткую поездку она поведала, какие пряники и, главное, где лучше покупать, предположила, что до матча нигде не будет продаваться спиртное, рассказала, что она родом из Казани, но в Туле ей нравится больше. И напоследок, не моргнув глазом, поделилась информацией, что в Туле больше миллиона жителей. Поездка обошлась в 157 рублей. Не рекорд, конечно (в Уфе мы редко вылезали за сотку), но всё равно приятно.

Гостиница «Центр» находилась в старинном трёхэтажном особняке начала девятнадцатого века. В нём купцы Баташёвы открыли производство знаменитых тульских самоваров, спустя годы ставших символом города. Но эту информацию я получил значительно позже, прочитав её на сайте гостиницы уже по приезде в Москву. А в тот момент просто подумал: «Наверное, дороговато здесь номер снимать».

Мы вошли в фойе. Девушка за стойкой, в считанные секунды оценив нас взглядом, произнесла:

— Вас ждут на втором этаже. Проходите!

Поднявшись по большой мраморной лестнице, устланной изрядно потёртой красной дорожкой, видимо помнившей подошвы сапог купцов Баташёвых, мы сразу же увидели свиту Майора. Сам Владимир Фёдорович, сильно схуднувший после перенесённого ковида, восседал в огромном кресле. Возле него сидел его заместитель Антон. Рядом с ними стояло ещё пара человек. Мы поздоровались. Я произнёс пароль: «КБ Чехия. Два билета». Майор, зная нас в лицо, но вряд ли помня, откуда мы именно и сколько таких просителей проходит через него, полез в свой блокнот, чтобы сверить данные. Антон, лукаво улыбнувшись, спросил:

— А где сам Макс Пражский?

Я, пробурчав еле слышно: «Не смог подъехать», выхватил из рук Майора приготовленные билеты, быстро пожал всем руки, произнёс «увидимся» и буквально скатился вниз по лестнице. Парни последовали моему примеру. Достать билеты на выезде — это уже полдела. Из сложного останется только попасть на сектор.

Выйдя на улицу, мы немного постояли, решая, куда двинуться на разминку. Вопрос ведь серьёзный. От него сильно зависят последующие ощущения от матча.

Саня Стрелок предложил пойти в «Harat’s». Ничего нового. В любом городе, если там есть паб этой сети, он непременно всех тащит именно туда. Традиция у него такая.

Так как из пива я больше всего предпочитаю ирландские эли и стауты, то никогда не оказываю ему сопротивления.

Меня, конечно, бесит, что каждую пинту надо идти заказывать и оплачивать у стойки, но так как уже после второй ты обычно совмещаешь это действие с походом в туалет, то я достаточно быстро забываю о своём недовольстве.

«Яндекс» показывал, что нужное нам заведение откроется в 12 часов. У нас было добрых минут 30, и мы решили дойти до «Harat’s» пешком, чтобы заодно немного посмотреть город. Ведь после бара такой возможности может уже не быть. По дороге я набрал нашему бармену из «Мит Стрит» Лёне, который должен был пробивать выезд с каким-то другом, и сообщил ему о нашем пункте назначения. Стрелок оповестил Лёху Фирсова. Геркулесу звонить не стали, чтобы не отвлекать его от любимого занятия — посещения сувенирных лавочек города. Он всё равно, пока все их не пройдёт, никуда не двинется.

Уже в самом центре мы встретили Денского с девушкой и каким-то очень весёлым товарищем. Пригласили их с собой, но получили вежливый отказ: они направлялись в отель к Антону Доброму забирать свои билеты. Стрелок договорился о встрече перед стадионом, чтобы забрать у них свой тикет, и мы двинулись дальше.

К месту назначения прибыли за несколько минут до двенадцати. На парапете уже скучал Фирсов.

И у него для нас была неприятная новость.

Оказывается, «Harat’s» по выходным открывается в два часа дня. Странные люди — владельцы заведения. Город полон приезжих фанатов, жаждущих выпить и закусить, а вы открываетесь в два! Точно такая же ситуация была в Саранске.

Возможно, они считают, что ущерб от пьяных любителей футбола может быть значительно весомей навара. А быть может, и знать не знают, что к ним в город в большом количестве пожаловали любители выпить. Ну бог с ними, мы пошли на поиски какого-нибудь другого, подходящего нам заведения. Очень хотелось выпить. Утренний «Джек» остался лишь в далёких воспоминаниях.

На горизонте замаячил какой-то итальянский ресторан. Заходим. Нас встречает милая работница данного заведения. На наш вопрос, есть ли свободные места, отвечает:

— Места есть, — и, одарив нас оценочным взглядом, добавила: — но алкоголя в продаже нет. Запрещено до начала футбольного матча продавать спиртное!

Итальянская кухня — для меня одна из самых любимых, но в данных обстоятельствах без возможности выпить — это всего лишь банальная еда.

Пошли дальше. На пути ещё одно итальянское заведение. Не Тула, а Милан какой-то. Заходим. Из алкоголя только пиво — уже хлеб. Но нет мест.

Вот поменять бы в этих двух ресторанах некоторые исходные данные.

Время бежит неумолимо.

Выходим на улицу, оглядываемся. Чуть в глубине замечаем вывеску — «Шашлычная „Мясное шоу“».

Шашлыки, при условии что они вкусные, — это прекрасно, а название у заведения и вовсе имеет спартаковские корни. Может, это судьба? Заходим. Интерьер шашлычной сильно похож на убранство бирюлёвского кафе «Сюрприз» образца 1991 года. Зеркала в пенопластовых рамах, стены, оклеенные фальшпанелями под кирпич, сцена с алыми занавесками.

Нас встречает молодой сотрудник данного заведения с именем Ашот на бейджике. Он тихо, но уверенно отвечает на наш первый и единственный вопрос о возможности выпить в этом заведении:

— Алкоголя нет…

— Ну что же это такое, бл@ть?! — вырывается у меня слишком грубо и агрессивно на фоне спокойного ровного голоса Ашота.

— …но вы можете купить его в соседней «Пятёрочке» и принести с собой, — невозмутимо заканчивает он свою речь.

Вот это по-нашему! Мы идём в магазин, покупаем сразу две бутылки «Талламор Дью», по наивности полагая, что больше не придётся ходить. Сколько уже раз в жизни это не срабатывало — и всё равно ты продолжаешь в это верить. С призывно звенящими в сумке бутылками возвращаемся обратно. Довольный Ашот приносит нам рюмки и настоятельно рекомендует взять мясное ассорти для большой компании и компот из шиповника. Мы всё это без особого раздумья берём. Должны же мы отдать должное нашему спасителю. Шашлыки, на нашу радость, оказались достаточно хорошими. Но бывали в моей жизни и экземпляры и повкуснее. А вот компот — это какой-то райский нектар. Мы в итоге выпили его, наверное, по литру каждый, а может, и больше. До этого момента я был убеждён, что «Слёзы Талламора» идеально сочетаются с яблочным соком. Но после ашотовского шиповника у меня зародились серьёзные сомнения на этот счёт.

Как только мы поняли, что из «шашлычки», если куда и двинемся, то только уже на стадион, — разослали всем друзьям нашу локацию.

Когда виски в первой бутылке едва пересёк экватор, прибыл Лёня со своим другом. Друг, фактурой сильно напоминавший нашего Геркулеса, но явно его моложе, оказался приятным человеком по имени Ярослав и по совместительству фитнес-тренером. Пить наотрез отказывался по причине вчерашнего «переборщил». Они с Лёней прибыли в Тулу ещё накануне, ну и, как полагается, прилично нарезались, отмечая свой приезд.

Но, на беду фитнес-тренера, есть у меня одна не очень хорошая черта. Я люблю спаивать малопьющих людей. Ну, естественно, когда я сам уже в весёлом состоянии. Витя из Тарту не даст соврать. Поэтому, пока я не залил в Ярослава три рюмки, — не успокоился. Да ему и самому заметно полегчало. Преобразился на глазах.

В разговоре Лёня поведал нам, что они без обратных билетов и пока не понимают, как им после матча из Тулы выбираться. Мой ещё не сильно затуманенный разум мигом выудил из памяти информацию о том, что Геркулес со своим другом на машине вдвоём приехали. Я быстренько набрал Серёге — они продолжали гулять по центру города, на радость продавцам сувенирной продукции. Объяснил ему, что и как, и за считанные секунды получил ответ от экипажа Геркулеса о том, что они возьмут парней к себе «на борт». Я ещё на всякий случай сказал, что Ярослав работает фитнес-тренером, — типа Серёге будет с кем пообщаться про гантели, протеины и жимы лёжа. Но это было лишним. Что касается добрых дел, то Геркулес у нас всегда в первых рядах.

На моё предложение прийти к нам Серёга деликатно слился, ответив, что постарается быть. Это значило, что не придёт. И я его не осуждаю за это: сколько он потерял нервов, сил и времени, находясь в наших пьяных выездных компаниях. Его давно надо было за это представить к государственной награде «За страдание перед Отечеством».

Зато на огонёк заглянул Ильха с товарищем. Илья — хороший приятель Лёхи Фирсова, мы с ним познакомились на выезде в Саранске и с тех пор частенько пересекались на футболе.

Лёня вызвался сходить за бутылкой. Не получив в ответ никаких возражений, он поспешно скрылся за дверьми заведения. Хоть вновь прибывшие и не пили виски, а заказали себе пива, опыт, приобретённый годами, подсказывал, что алкоголя никогда не бывает много!

Спустя какое-то время шумной толпой завалили друзья Стрелка. Среди них была семейная пара, которая приехала на этот выезд с трёхмесячным ребёнком.

И самое интересное, что малой в итоге выдержал не только нашу пьянку, но и полтора тайма на матче. Наверное, это самый молодой фанат в истории, который когда-либо пробивал выезд за «Спартак»!

Я периодически посматривал с тревогой на Ляшане, боясь, что после долгого воздержания он может достаточно быстро превратиться в себя саранского. Так как почти все участники того выезда присутствовали за столом, различные истории той поездки неизбежно возникали за разговором. Но надо отдать должное: Лёха пил очень деликатно, видимо опасаясь того же, что и я. Я, наоборот, пил, не пропуская ни единой рюмки. То ли в противовес Лёхе, то ли просто истосковавшись по спиртному за долгое время алкогольного целомудрия.

Но самое странное, что меня почему-то не брало, хотя я помогал себе никотином, принимая участие во всех без исключения перекурах. Или, может быть, мне так казалось. Хотя контроля над собой я точно не терял.

Тем временем народ всё подтягивался и подтягивался, и в скором времени в шашлычной яблоку негде было упасть — на радость гостеприимному Ашоту. Я думаю, за эти несколько часов дневную выручку мы ему обеспечили.

Но, как всё хорошее, любая пьянка, к сожалению, подходит к концу. Вспомнив, что в прошлый раз на матч запускали очень долго, мы решили не рисковать и выдвинуться пораньше, чтобы гарантированно попасть на сектор. Было бы обидно всеми правдами и неправдами заполучить заветный билет на матч и по глупой случайности на него не попасть.

Огромной шумной толпой, вынося с собой изрядную порцию алкогольных паров, мы высыпали из «шашлычки» на свежий воздух.

Расселись по такси и рванули в сторону стадиона.

Я оказался в одной машине с Ляшане (куда уж я без него), Лёней и Ярославом. Поездка заняла не более десяти минут. Господи, сколько же времени в своей жизни экономят жители небольших городов на дороге? Возможно, и несколько лет набегает.

Путь на гостевую в Туле сродни небольшому, но очень хитроумному квесту. Если вы здесь впервые, пройти его быстро у вас вряд ли получится. Но, на счастье Лёни с Ярославом, мы с Ляшане уже имели опыт, как безошибочно попасть на гостевую трибуну. В прошлый раз, обойдя «полгорода» в поисках входа на неё, мы запомнили этот сложный и лишённый всякой логики маршрут.

Записывайте. Сначала вы должны пройти вдоль дороги мимо стадиона и, когда он окажется прилично позади вас, — свернуть во дворы. Прошагав мимо жилых домов, вы попадёте в парк и, уже пройдя по нему, выйдете к входу на гостевую трибуну. Если что — никаких намёков на указатели, только навыки ориентирования, интуиция или удача повстречать местного жителя, не имеющего схожих с Иваном Сусаниным целей.

Шмонали в этот раз на удивление деликатно. К отсутствию масок докапывались через одного, про перчатки даже не вспоминали.

Буквально каких-то 15–20 минут — и мы были уже на трибуне.

Стадион в Туле достаточно древний — 50-х годов постройки. И, видимо, в те годы дождь не считался какой-либо угрозой для зрителей. Иначе как объяснить тот факт, что козырёк есть только над частью верхних рядов стадиона? На гостевых секторах ещё интереснее. Несколько секторов скрыты под навесом, который именно в этой части стадиона держится на достаточно массивных столбах. Рядом же 2 сектора без всякого намёка на укрытия.

Поэтому если на улице дождь, то у приезжих фанатов есть нелёгкий выбор: либо ты стоишь сухой, но имеешь некоторые ограничения в обзоре футбольного поля (столбы мешают), либо у тебя всё как на ладони, но ты промокший до нитки.

Так как к началу матча небо заволокло грозовыми тучами, мы решили не рисковать и встали под навес. И не прогадали. В первом тайме небеса пролили над стадионом минимум недельный запас дождя. К перерыву соратники, не имевшие крыши, выглядели, мягко говоря, не очень.

Шиза, на удивление, была достаточно бодрой. Народу на гостевой было меньше обычного, но практически каждый отдавался процессу. Солировали в основном «Олд скул энд фрэндс» — и это было мощно. Ребята умеют качественно навести шума. Вообще показалось, что наших на стадионе было как минимум половина. Много спартачей сидело на центре, а на противоположной трибуне, рядом с жалкой кучкой местного фанатья, было два наших, почти полноценных сектора. Там и даже на центральной периодически вспыхивали всевозможные конфликты, локальные перемахи и масштабные перекидки сиденьями.

Что касается самого футбола, то матч мне виделся довольно нервным. Я расстрелял у бедного Лёни половину его сигаретного запаса. Ляшане пытался как-то противостоять моему неожиданному и безмерному курению, но тщетно. Никотином я заправился на несколько матчей вперёд.

Игра пролетела быстро.

Трибуна живо поприветствовала команду, которая в полном составе подошла к фанатскому сектору. Потом все спокойно потянулись к выходу. Выпускать, вопреки обычаю, начали почти что сразу. Единственное, очень сузили проход уже при выходе с самого стадиона и пропускали практически по одному. Как выяснилось позже, искали тех, кто жёг файеры.

Стрелок, по обыкновению, покинул трибуну значительно раньше основной массы, и не успели мы выйти со стадиона, как он уже скинул локацию, куда нам следует прибыть для продолжения банкета.

Распрощавшись с Лёней и Ярославом, мы вызвали такси и поехали по нужному адресу.

Как оказалось, наши друзья расположились в очередном итальянском ресторанчике этого древнего русского города. Когда хостес любезно проводила нас к их столику, около него колдовал серьёзного вида человек в белоснежной отутюженной поварской форме, вызывающе высоком колпаке и с большой нашивкой «Шеф-повар» на груди. За столом сидели Саня Стрелок, Денский (уже без дамы и весёлого друга), пара Игорь и Настя со своим трёхмесячным героем этого выезда — Максимом и их общая подруга Алёна. Как раз она-то и была виновницей присутствия у столика элегантного предводителя кухни данного заведения. Алёна заказала, как ей показалось, обычную пасту. Просто макароны! А в итоге нарвалась на настоящую шоу-программу. К столу подкатили специальную передвижную станцию с огромной конфоркой. На неё водрузили кастрюлю с кипящей водой. К нашему приходу там уже варились макароны. Рядом томилась в ожидании своей очереди большущая головка сыра, в верхней части которой заботливые руки шеф-повара проделали достаточно внушительное отверстие. Тут же стояли всевозможные соусы, специи и другие, понятные только работнику кухни, баночки-скляночки. Мы успели аккурат к самому началу этого представления.

Шеф, призвав на помощь всё своё обаяние и артистичные способности, эффектно запалил огромную горелку и начал плавить сыр внутри головки. У меня, как и у многих окружающих, стал появляться неподдельный интерес к этому кулинарному спектаклю. И если бы не настойчивые позывы моего мочевого пузыря, я бы вряд ли смог оторваться от этого магического танца пламени и итальянского сыра.

Боясь пропустить самое интересное, я рванул на поиски туалетной комнаты. Удовлетворив свои физиологические потребности и тщательно вымыв руки, я стремглав кинулся обратно к нашему столику. И что вы думаете? Я застал ровно ту же картину, которую оставил несколькими минутами ранее. Шеф-повар с сосредоточенным и показательно деловым лицом всё ещё мучил огнём сыр, явно сопротивляющийся своему плавлению.

И когда мне, как и всем окружающим, стало казаться, что этот процесс вечен, повар неожиданно прервал свои пытки сыра горелкой, видимо посчитав, что он расплавился до нужного состояния. Хотя лично мне показалось, что у него просто кончился в горелке газ.

Маэстро, можно я так буду его называть, изящным движением извлёк макароны из стоящей на конфорке ёмкости и смачным шлепком отправил их в сырную головку с изрядно увеличившимся отверстием. Помешав там несколько секунд, он достал их, положил в тарелку, эффектно кинул сверху два маленьких листочка какого-то известного только ему растения и удовлетворённо вытянулся во весь свой рост, явно ожидая аплодисментов. И они бы прозвучали, если бы ко мне с Лехой не подошла официантка, чтобы принять заказ, забрав в этот триумфальный момент внимание всего столика. Шеф-повар покинул «сцену» явно разочарованным.

Я даже побоялся спросить, сколько стоит такое блюдо, увидев лёгкое разочарование на лице жующей Алёны.

Только встретившись глазами с официанткой, я понял, как мне безумно хочется пива.

Я думал о нём с середины марта. Не то чтобы он занимал мои мысли каждый день, но вспоминал его за пост значительно чаще, чем какой-либо другой алкогольный напиток.

В меню заведения оказалось всего 2 сорта разливного. И это ещё не самый плохой вариант. В некоторых итальянских ресторанах пиво и вовсе отсутствует как вид. В лучшем случае — бутылочное «Peroni».

Первое было светлым и не внушило мне доверия по причине его названия. Честно говоря, сейчас я вряд ли с точностью смогу воспроизвести его, но там точно фигурировало какое-то парнокопытное — то ли зубр, то ли буйвол. Вторым оказался крафтовый тёмный эль «Тирольский волк» (какой-то пивной зверинец получается). Я для удобства переименовал его в «Тамбовского волка» и заказал. Сразу два. Первый проскочил в меня слишком лихо, оставив на память лишь приятную горчинку.

Ко второму бокалу я подошёл уже более вдумчиво.

Попавшее в организм пиво вернуло телу приятную мягкость и добавило ярких красок в восприятие окружающего мира.

Время как будто замедлило ход, и мне очень не хотелось его торопить.

Когда принесли третьего «волка», Лёха со Стрелком сгоняли в «Пятёрочку» и закупили вискаря с закуской нам в поезд. Настоящие волшебники.

Мы не спеша рассчитались, попрощались с ребятами (Игорь с Настей, Максимом и Алёной оставались в городе ещё на один день), вызвали такси и поехали на вокзал. Нужно ли говорить о том, что наша компания оказалась в пункте назначения спустя несколько минут?

Времени до отправления поезда было предостаточно, и мы решили немного побродить по окрестностям. Бросилось в глаза несметное количество палаток в непосредственной близости к вокзалу — словно ты вмиг перенёсся в лужковскую Москву. И просто поразило то, что все они торговали одним-единственным видом продукции — пряниками. Пряники были на любой вкус, в прямом и переносном смысле этого слова. С яблочной, грушевой, черничной, сливовой и, хрен его знает, какой ещё начинкой. Маленькие, средние и просто огромные. В форме самовара, пушки, дома, человека, различных животных и даже в виде вокзала, около которого мы находились. Просто какое-то пряничное безумие! И у каждой палатки — люди. Мы решили не оставаться в стороне от этой движухи и приобрели себе по несколько съедобных частиц этого интересного города.

В поезд попали без приключений. А что, вид у нас был приличный: уверенно держались на ногах, говорили внятно, в руках — пакеты с пряниками.

Заняв своё купе, мы разложили закуску на столе, разлили виски, выпили по одной и стали с интересом ожидать, кто же будет нашим четвёртым попутчиком. Билет Свята мы сдали ещё за день до поездки, а с таким ажиотажем его точно должны были купить.

Когда до отправления поезда оставались считанные минуты и мы уже радостно думали, что впишем к себе Денского, в купе вошёл парень лет тридцати.

— Дима! — робко вымолвил он. Не надо было быть оракулом, чтобы понять, что он едет с футбола. Дима скромно сел у самой двери и явно чувствовал себя не в своей тарелке. Я налил виски и протянул ему стаканчик — он удивился, но выпил.

В купе зашёл Денский, и я предложил ему обменяться с Димой билетами. Но оказалось, что у Денского плацкарт, и, несмотря на то что Дима был согласен даже на такой неравноценный обмен, было решено оставить всё как есть. По справедливости. В итоге до Москвы мы так и ехали впятером.

Дима поведал историю о том, каким невероятным у него получился выезд. До Тулы он добрался по билету человека, который был вынужден отказаться от поездки в последний момент. Обратный билет он чудом купил вчера в приложении РЖД, постоянно обновляя его уже без всякой надежды, а тикет на матч нашёл на «Фанатике», мониторя его за несколько часов до матча. Потом — выигрыш «Спартака» и бонус в виде приятных попутчиков, угощающих его вискарём и едой. Счастливый человек, что тут скажешь. Всем бы такого везения.

Как же я люблю вот так сидеть с друзьями в купе и, выпивая, болтать под убаюкивающий стук колёс. Кажется, что прошло только несколько минут, а счёт уже давно идёт на часы.

Разговоры шли в основном о футболе и фанатизме. Ну, как разговоры — говорил в основном я. Меня снова несло на ностальгию по давно минувшим годам моей выездной бурной молодости. Я всецело держал внимание своих «собеседников» и получал от этого процесса истинное удовольствие. Любовь к публичным выступлениям у меня со школы. Когда я каждый понедельник после пятого урока проводил политинформацию в нашем классе. Правда, тогда меня слушали больше по принуждению. Наша классная руководительница пресекала любой, даже еле уловимый, шёпот с задних парт, чем сильно помогала начинающему оратору. Но со временем я научился держать внимание публики, умело разбавляя новости о войне в Ливане весёлыми историями из жизни нашего класса, а иногда и политическими анекдотами, которыми меня в избытке снабжал мой одноклассник Армен Викисян.

Но мы немного отвлеклись. Вернёмся в наше купе, где я, рассказывая очередную историю своей юности, с разочарованием заметил, как Денский, потеряв интерес к моему повествованию, уткнувшись в экран своего телефона, рассматривает какие-то фотографии. Заметили это и остальные. Я оборвался на полуслове, и в купе повисла гнетущая тишина — все смотрели на Дэна. Он, явно почувствовав это, оторвал взгляд от смартфона, улыбнулся и сказал:

— Да у меня друзья сейчас проездом в Мурманске — на Териберку гоняли. Решили скоротать время до своего рейса и посмотреть футбол в местном пабе, а там к ним за стол подсели ребята, тоже за «Спартак» болеют. Весёлые такие. Так в процессе разговора выяснилось, что один из тех ребят, которые подсели к моим, знает меня. Мои друзья мне их фотки общие прислали, а я вроде одного знаю, но не могу никак вспомнить, где я мог его видеть.

Я взял из его рук телефон — и с той стороны экрана на меня смотрели такие родные пьяные глаза Юры Мурманского. Вторым «незнакомцем» был Виталик Кинчев, друг Юры и человек, которого мы недавно обратили в нашу красно-белую веру. Он уже из Мурманска на три «домашки» прилетал и собирается пробить первый выезд. Короче, серьёзно парень влип на старости лет!

Мы с Лехой и Стрелком, немного повеселившись над ситуацией, поведали Денскому, кто запечатлён на фотографии в его телефоне и где он одного из них мог видеть. А лицезрел Юру Дэн дважды. Один раз — в «Мит Стрите» в октябре прошлого года, мы сидели за одним столом в большой компании. Второй раз — на выезде в Сочи.

Мы разлили, и я предложил выпить за то, что благодаря «Спартаку» и любви к нему совершенно разные люди не только знакомятся друг с другом, но и начинают по-настоящему дружить. Столько уже есть случаев, подтверждающих это.

За час до прибытия в Москву меня, видимо, начало догонять то немалое количество алкоголя, свалившееся на мою безгрешную душу за этот короткий, но такой насыщенный день. Со слов очевидцев, сначала я стал заметно тянуть слова, затем меньше говорить, а потом и вовсе перестал подавать признаки общения. Сидел и кивал в такт раскачивающемуся поезду. Ляшане толкнул меня в бок:

— Сань, ты чё закис?

Я, ничего не ответив, посмотрел куда-то сквозь него мутными глазами, встал, снял кроссовки и на глазах изумлённых друзей, забравшись на вторую полку, мгновенно заснул.

Снилось мне, скорее всего, что-то очень хорошее, потому что я долго не хотел возвращаться в реальность, несмотря на то что мне кто-то сильно тряс. Я неохотно открыл глаза. Передо мной стоял чем-то явно встревоженный Ляшане и пытался донести до моего сознания какую-то, видимо, важную информацию, которую мой мозг отказывался воспринимать. Мне понадобилось несколько мучительных (для Лехи) минут, чтобы понять, что он от меня требует.

Оказывается, наш поезд прибыл в Москву, но так как он был проходящий (Адлер — Санкт-Петербург), то Лёха не без оснований опасался, что я уеду в лучшем случае в Тверь. Рядом с Ляшане стоял немного растерянный Дима. От Стрелка и Денского уже и след простыл. Они, попрощавшись с ребятами и не дождавшись моего пробуждения, помчались забирать какую-то каршеринговую машину поблизости от вокзала, чтобы её никто не перехватил. Я слез, обулся, еле нашёл свой мобильник, и мы благополучно вышли на платформу. Только вдохнув не очень свежего вокзального воздуха, наполненного запахом резины и угля, я начал постепенно приходить в себя.

Дима долго благодарил за прекрасное окончание и без того классного выезда, хотел помочь довезти меня до дома, но я, естественно, отказался. Во-первых, я уже практически пришёл в себя и стал понимать всё, что говорят окружающие, а во-вторых, есть же Ляшане — пусть он со мной и возится, зачем напрягать малознакомых людей.

После посещения туалета на Курском вокзале мы с Лехой зашли в метро и, попрощавшись, разъехались в разные стороны. Видимо, я уже был больше жив, чем нет, раз Ляшане так легко отпустил меня домой одного. Да я и сам это понимал. Разум полностью вернулся, но сон был совсем рядом, он всё настойчивее пытался заключить меня в свои гостеприимные объятия.

Я понимал, что садиться ни в коем случае нельзя, как бы соблазн ни был велик. Так и провёл всю дорогу до «Профсоюзной» на ногах. Оказаться сегодня в Ясеневе в мои планы не входило.