Три личные проблемы

1.О прикосновениях.

Поздняя осень даёт о себе знать пробирающим до костей ветром и холодным дождём. Это время года было безусловно очень атмосферным, даже в какой-то степени романтичным, но ближе к зиме становилось немного не до всей красоты и чудесного вайба.

Жирафу совсем не нравился ноябрь и три снежных месяца после него. А сейчас он всей душой возненавидел осень и погоду.

В обеденный перерыв ему на телефон пришло сообщение от Пугода, который приглашал к себе вечером посмотреть фильмец или поиграть в какие-нибудь игры на приставке, а потом, может, и остаться с ночевой, если ни у кого нет планов. Отказаться от такого заманчивого предложения было сложно, особенно когда добавили, что Модди тоже придёт.

Они долго не виделись. Раф ужасно скучал, хоть и отчасти не хотел признавать.

Пугод на целый месяц уехал в соседний город в командировку. До этого тот часто говорил, что эта поездка важна для карьеры и, если он даст своё согласие, то после его могут повысить. Все остальные были уверены, что так и будет, ведь их великий карьерист умел договариваться и использовать все правила себе во благо. В общем, отказаться было не вариантом.

Модди же попросту завалили работой. Казалось мужчина был в офисе двадцать четыре часа в сутки все семь дней в неделю. Звонишь ему в десять утра - слышишь на фоне коллег, а разговор выходит коротким, пытаешься написать в семь вечера - в голосовом лишь уставший голос, который с усмешкой говорит, что только-только собирается уходить домой.

Всё это до жути бесило самого младшего из их трио. Хотя Жираф и сам не мог найти свободного времени. Утром учеба в университете, вечером подработка. В конце недели парень чувствовал себя выжатым как лимон - сил не оставалось совсем, потому оба выходных проходили максимально лениво - в кровати с телефоном в руках.

Ему не хватало общения. Нет, конечно, друзей у него было много, но это не то. Хотелось услышать Пугодовское «хорошо выглядишь», когда его отвозили к первой паре, или утонуть в объятиях МоддиЧата уже после учебы. Целый месяц не было ни первого, ни второго. Мечтать об этом становилось тяжелее, когда тот понимал, что не сможет воплотить свои мысли в реальность.

Жираф наверное никогда не признается себе или кому-либо, что тактильность - его слабость. Он готов целоваться часами и обниматься днями напролёт. Также приветствовались рукопожатия, пятюни, похлопывания по спине или плечу. Его язык любви - это прикосновения, о чём уж тут говорить.

И вот он остался один на довольно продолжительное количество времени. Приходя домой почти ночью он заваривал себе горячий чай и грел замёрзшие руки, вспоминал как Чат дул на его ладошки, чтоб побыстрее согреть. Переодевался в пижаму, а сверху надевал кофту шляпника, что пахла дорогущим парфюмом. Кутаться в неё было приятно, словно его парень был рядом в данный момент. Ложась спать обязательно прижимал к себе кусочек одеяла или вторую подушку, иногда большую грелку. И ему бы хотелось получать поцелуи перед сном, как раньше.

Порой терпеть тактильный голод становилось совсем невыносимо. Он появлялся вспышками, чаще ночью. После такого утром вставать совсем не хотелось.

Его преследовало одиночество и ощущение, что в груди вдруг появился какой-то груз. Он часто думал об этом, потому что это казалось чем-то ненормальным. Потом свыкся, продолжал терпеть.

Он мог бы приходить к их очкарику домой, просто не хотел беспокоить. Тот и так уставал на работе, а тут ещё и его странные желания.. после такого на нём висело бы чувство вины.

В тот момент, впервые за долгое время, его отдушиной стали сигареты. Дешёвый табак оставлял на одежде резкий запах, а во рту не слишком приятный вкус. Но стоя с сигаретой во рту бессонные ночи становились спокойнее.

Все его знакомые будут в бешенстве, если узнают, что Жираф всё таки не покончил с курением и одна пачка всегда лежит в его карманах на какие-то редкие случаи. Порой он жалеет об этой привычке - браться за курево, когда тревожно и плохо.

Такой чудесный день испортила лишь взбунтовавшаяся погода.

Часов в пять вечера, когда он уже стоял в подъезде дожидаясь лифт, начался ливень. Выйдя на крыльцо удалось только тяжело вздохнуть. В таком случае придётся добираться на автобусе..

В кармане вибрирует телефон до того, как Раф выходит из-под козырька подъезда. На экране высвечивается контакт «Милый». Каждый раз улыбка появляется на лице от такого глупого выбора записи человека.

– Да, Пугод? - говорит тише, чем ожидал от себя.

– Надеюсь ты ещё не вышел? На улице дождь начался, я заказал такси для тебя - а потом отодвигая динамик от рта он зовёт Модди. - Мы тебя ждём - звонок сбрасывают, видимо на кухне что-то случилось. Может, они готовят закуску к фильму? Или к чаю?

Машина подъехала не сразу, у него было пять свободных минут, чтоб выкурить последнюю сигарету. Однако он даже не закончил, сделал несколько глубоких вдохов и выбросил. Вместо этого в рот положил мятную жвачку, дабы перебить запах и вкус.

Когда приехало такси пришлось убрать телефон в карман, натянуть капюшон на голову и быстрым шагом направиться к тонированной красотке. Перешагивать лужи было тем ещё удовольствием.

Ехать минут двадцать где-то, если пробок не будет. Смотреть в окно, которое заливает каплями дождя, было приятно. Всё же ноябрь может быть красивым.

– Какой ты холодный - бурчат на ухо. Отстраняется совсем ненадолго, чтоб посмотреть в родные глаза. - И пахнешь сигаретами. - недовольно говорит он. Скорее всего на кофте остался запах табака.

Гость, никогда не отличающийся терпением, буквально сжимает худое тело в своих руках. Возможно, на плечах останутся красные следы рук от такой хватки, однако партнёру нет дела, привык.

– Не знал, что ты настолько скучал - прошептал в самые губы, после неспешно поцеловал.

Второй пробормотал нечто непонятное после поцелуя явно смущаясь. Хватку ослабил, ибо сам почувствовал усталость в предплечьях.

– Проходи давай, а я чай налью - похлопал по спине.

Хозяин квартиры ушёл, но зато из гостиной вышел Модди. Он спокойно выждал, когда их любимый снимет кроссовки и куртку перед тем, как подойти ближе.

– Ну как там с этими твоими проектами? - спрашивает Раф.

– Ой, не напоминай, больше никогда не буду брать больше одного - смеётся. - Это был жуткий месяц! - убирает светлые кучерявые волосы, чтоб поцеловать рядом стоящего в лоб.

Модди обычно контрастирует во всём. Сейчас тоже. Он поднимает Жирафа на руки, что было слегка неожиданно, потому второй цепляется за него крепче чем ожидалось.

– Осторожно!! - вскрикивает оказавшись уже на руках.

– Не дразни его - пихает того локтём самый старший.

Вечер обещает быть самым тёплым за всю осень.

2. Тишина - пытка?

«Люблю»… Что же это значит?

И тогда, задумавшись и медленно опустившись в глубь своих воспоминаний, он точно поймёт, что ощущал нечто подобное лишь дважды за всю жизнь. Потому что лишь дважды ему показывали эту любовь в ответ.

Он всегда думал, что любовь - чувство сокровенное, которое позволено увидеть не всем. Однако оно громкое и говорящее, явно не молчаливое.

Очередной школьный день подошёл к концу. Солнце, конечно, не собиралось уходить за горизонт, ведь на часах всего три часа дня, но оно и не палило как летом. Скорее нежно ласкало кожу. Это было приятно, можно расслабиться...

Семь уроков изрядно вымотали, голова болела сильнее обычного, а в животе урчало. В школьной столовой он никогда не ел, носил что-то с собой или ел уже дома. Сегодня желание полежать ещё пять минут, превратившиеся в полчаса, вылилось в то, что ни завтрак, ни ланчбокс парень приготовить не успел.

Раздосадованный он совершенно не хотел идти обратно. Ведь зайдя за порог, дверь отгородит его от свободы и запрёт в мире вечных упрёков, неоправданных ожиданий и разочарований. Слышать почти каждый день "Я расстроена твоими результатами", "Сомневаюсь, что ты мой сын, я никогда не был такой тряпкой" и многое другое становилось тяжелее. Это преследовало всю жизнь. Привыкнуть к этому не получалось. Слова ранили и без того усыпанное шрамами сердце. Правда молчание доставляло куда больше боли. Упрёки слушать куда приятнее, чем тишину.

Он задержался... Оставалось надеяться, что отце пошёл на обед не домой, а в ближайшее от офиса кафе.

К счастью, так и было. С осторожностью повернув ключ в скважине, он отворил дверь.

– Я дома! - с промедлением, нехотя.

Ответом стало молчание. Мать стояла на кухне, видимо грела еду или наливала себе чай. Всё таки у неё тоже обеденный перерыв, хоть та и работает из дома.

– Мам? - вновь подал голос.

Школьник снял обувь и прошёл на кухню с рюкзаком на плечах.

– Мам, привет - в груди тревога расползалась словно шипастые лианы. Они кололи грудь от страха, мешали дышать. Губы сжались в тонкую полосу.

Это происходило не в первый раз. Наказание игнорированием частая практика в их семье.

Лучше бы сейчас мама накричала на него за эту тройку, путь даже ударила бы, но не молчала. Завалила упрёками, сравнениями с другими. Только не эта ужасная тишина.

– Мам, прости, пожалуйста, я исправлюсь - попытка сгладить ситуацию. - Завтра пойду переписывать тест, будет пять, обещаю! - аккуратно кладёт свою руку на чужое предплечье.

Женщина сбрасывает руку сына, как ни в чём не бывало, и спокойно садится за стол пить свой чай. Даже не посмотрела. Даже не сказала подумать о своём поведении. Он снова обжигается этим холодом и всё равно хочет растопить лёд в сердце матери. Вдруг у него получится.

***

Это был где-то класс шестой-седьмой. Может, именно тогда он понял, что не испытывает каких-то особенных чувств к матери, какие испытывают остальные. А вдруг они просто завяли? Как долго стоявшие цветы. Ни что не вечно, поэтому и его любовь к матери могла угаснуть, когда перестала получать что-то в ответ.

В старших классах всё изменилось. Точнее изменился сам Пугод и его отношение к родителям.

Конец учебного года радовал как никогда. Кажется даже солнце повеселело, грело своими лучами землю, готовило к жаркому лету. Поэтому на парне не было привычного пиджака, только белоснежная рубашка. Волосы лезли в глаза из-за тёплого ветерка, играющего с ними. Их класс отпустили пораньше, ведь это был предпоследний день, завтра только классный час и впереди три месяца летних каникул.

Эта свобода чувствовалась в запахе выпечки и цветов, в договоренности выйти гулять с друзьями сегодня.

– Пугод, как в школе дела? Завтра есть уроки? Оценки сегодня получил? - с ходу завалила вопросами.

– Нормально, нет, нет - кратко ответил на каждый вопрос, желая поскорее закончить диалог.

***

Это было... Больно. Однако, тогда его сердце заполнилось новым чувством. Вот как раз тем, что обычно называют симпатией. Оно лёгкое и приятное, под стать весне. Тогда Пугод расцвёл вместе со всем остальным. Всё благодаря Модди и Жирафу.

Стоя на долгом светофоре вспомнил, что хотел попросить зайти своих любимых вечером в магазин, когда те пойдут домой вместе.

– Тебя вечером встретит Модди, сходи с ним в магазин, купи тесто дрожжевое и корицу - пришло в чат сообщение с характерным звуком.

Загорелся зелёный свет, он тронулся. Телефон пришлось убрать в карман.

На протяжении первой половины рабочего дня Пугод и не вспоминал про свою просьбу. Лишь на обеденном перерыве, когда появилось время залезть в социальные сети, заметил, что ответа не было.

– Ответь как освободишься - последнее сообщение за этот день.

До вечера телефон в руки взять не получалось. Решил сделать как можно больше, чтобы перед выходными не напрягаться над кучей задач.

А ещё он намеренно не ответил на звонки Жирафа. Детская обида сжимала его со всех сторон. Такое поведение было не правильным, Пугод понимал. Но переступить через себя не мог.

Рабочий день подходил к концу. В портфель складывали вещи, на телефоне уже десятый пропущенный. На одиннадцатый раз решил трубку поднять.

– Да? - тихо спрашивает, голос очевидно пропитан виной и обидой.

– Прости, что не отвечал, сегодня у всей группы телефоны забрали из-за одного мудака, мы еле-еле их вернули! - возмутился кудрявый блондин. - Я не хотел игнорировать. Ты же помнишь, что мы обещали никогда этого не делать? - покосился на рядом стоящего Модди, тот в подтверждение кивнул.

– Помню. Это ты извини меня, опять повёл себя как придурок. Опять испугался когда не следовало - закрыл лицо руками. Было стыдно.

– Слушай никто никого не делает виноватым. И ты себя не делай таким, невозможно на твою кислую мину смотреть. Мне тоже сразу становится грустно - растрепал русые волосы.

– Вот и всё, переживать совсем не стоило - погладил по спине - Надевай кофту, давай ключи от машины. Сегодня я за рулём - своим привычным басом добавил старший.

***

На этом моменте воспоминания обрываются. Впрочем, закончилось всё хорошо.

Это было не так давно, если сравнивать с воспоминаниями из старших классов. Когда в памяти всплывает что-то такое ему бывает жутко стыдно, как вообще его терпят? Хотя, судя по реакции знакомых, которые остались с ним, это не особо их задевает, только сам Пугод вечно изводит себя.

Пройти буквально через тишину, особенно в подростковом возрасте, было сложно, почти невыносимо. Страдать от последствий позже ещё хуже. Сколько людей от него отвернулись в то время из-за навязчивости и обид... Хорошо, что это в прошлом.

3. Забота как привычка.

Сосредоточиться на строчках, словах, буквах было уже тяжело. Они плыли по странице и не хотели собираться в отчётливую картинку. Глаза слипались неимоверно. На дворе час ночи, вставать в шесть утра. Вряд-ли он успеет выспаться за это время.

Вообще, если так подумать, то очкарик всегда так делал. Пытался... Защитить? Да, наверное, это можно назвать защитой. Или скорее заботой. Проявлялась она чаще в мелких бытовых делах, как раз там где её обычно не хватает.

Ребята замечали мелкие вещи, пока сам Модди почти не придавал этому значения. У него вошло в привычку брать с собой мини-аптечку, зарядку для телефона, небольшую бутылку воды и кучу других, иногда нужных вещей.

Мужчина встречал Рафа после пар почти каждый день. Когда на улице было холодно, то приносил кофту или куртку вместе с горячим глинтвейном, который покупал по пути. Знал, что кудрявый постоянно мёрзнет. А когда ужасно палило солнце, всегда брал лимонад или кофе со льдом.

Переходя через дорогу обязательно выставлял руку перед студентом, как перед маленьким ребенком, смотрел направо и налево, и только тогда шёл.

Порой Модди в драки лез. Правда, то было давно, когда ещё Пугод только в университет поступил. Как раз из-за него всё происходило. Он всё ещё помнит, как прятались за его спиной, пока на него наезжали двое незнакомцев. Закончилось всё парой синяков на предплечьях и сломанным носом одного из обидчиков... Тогда ему становилось неприятно, ведь обижали его любимого человека. Сейчас понимает, что можно было обойтись разговором. Хотя таким поступком он пресёк любые попытки дотронуться до его дорогого. Во всём есть свои плюсы.

Другая стычка произошла уже в клубе. Напившаяся компания не давала им проходу. Откровенно лезла к ним. Здесь ему пришлось лишь защищаться. Против нескольких людей было немного тяжелее стоять. Охрана вовремя подоспела. Однако, оставаться там их тройка не решилась. Да и Чата стоило подлатать. Помниться ситуация отрывками, наверняка из-за парочки коктейлей.

На различных тусовках старался пить меньше. Не только ради здоровья. Всё таки за Рафом в дни вечеринок пристально следить надо. Мало ли переборщит с алкоголем. Да и за другими друзьями приглядеть было не лишним.

При болезнях всегда оставался рядом. Приносил прописанные врачом лекарства, готовил более лёгкую еду, чтобы организм не загружался ещё и этим, с ложечки кормил! По ночам не отходил от постели. От бредовых кошмаров и высокой температуры спасал как мог. От кашля, что горло раздирал, мешал горячее молоко с мёдом. Усаживал, давал выпить и после укладывал спать обратно. Даже не думал сомкнуть глаз, пока не удостовериться, что всё хорошо.

Прислушивался к тяжёлому дыханию, внимательно наблюдал за всеми движениями. Искреннее хотел уберечь.

Его желание помочь бывает навязчиво. Просто со временем приходить понимание, что не всем людям нравится такое. С тех пор спрашивает всегда может ли он помочь. Только после согласия будет вникать в проблему. Так легче всем.

Вот и сегодня специально узнал когда прилетит самолёт, приехал, дабы забрать их работягу лично. Не в такси же ему болтаться целый час, после перелета, пусть не долго, хотелось поскорее вернуться домой. Модди прекрасно это понимал, потому и решил съездить.

Тяжёлый чемодан тоже понёс Чат. Отказался отдавать его, сказал хочет помочь. А ещё он просто не мог представить как его возлюбленный таскает тяжёлые вещи. Тот ведь худой как спичка! Глядишь сломается...

Вложив металлическую закладку в книгу, закрыл её. Смысл прочитанного остался непонятым. Завтра придётся читать сначала, если силы найдутся.

В то же время звук стекающей воды в душе стих. Через пару минут ванна оказалась свободной, а на пороге спальни показался уставший шляпник с влажными волосами, раскрасневшейся кожей от горячей воды и уже в домашней одежде.

– Хотел тебя дождаться. Жираф, кстати, тоже хотел... Но не смог - перевёл взгляд на спящего.

– Тебе ведь на работу завтра - подходит ближе, берёт чужую руку в свою, тянет на себя. - Всё, пошли - повёл в сторону их огромной кровати.

– Мм…ты уже приехал? Я скучал - слова едва ли можно разобрать. Даже не открыл глаза.

– Спи-спи, я тут - улыбнулся. Приятно, когда дома ждут.

Под боком удобно уместились, горячую руку под футболку на живот положили. Щекотно.

хорошо ранним утром в выходной людей будить.