Третий звонок
Когда Джон появился в участке, к нему пришло осознание: это была не личная встреча, не жалоба какого-то гражданина и даже не неподписанный документ. Собрали несколько сотрудников, и начальство, на удивление, тоже здесь присутствовало. Всех усадили в офисе за круглый стол. Джон смотрел куда-то в пустоту, сосредоточившись на баритоне начальника. Крупный, слегка несуразный мужчина — Джон не помнил, сколько ему лет. По залысинам, кажется, тот близился к пятому десятку. В голову закралась нахальная мысль о том, как же Джону повезло выглядеть не как среднестатистический полицейский.
— Поступило дело.
Услышав эти слова, Джон подумал о нескольких вариантах событий, где одно тревожнее другого. Судя по составу, собрали офицеров не только из их участка — вряд ли это убийство. И не наркотики, с ними разбираются иначе. Быть может, кто-то из своих совершил преступление, а их вызвали для допроса? Такое бывает, но эта версия оставляла какой-то неприятный привкус во рту...
— Перехватили наркотики. Крупную партию, — голос начальника звучал раздражённо.
После минуты тишины один из офицеров спросил:
— Насколько крупную? Что за наркотик?
— Расфасованных — где-то фунт. В ещё одном чемодане нашли банку с кристаллами, и не одну — это ещё три фунта. Мало ли что там ещё найдут. Экспертиза не готова, но это белый кристалл и мука.
Джон смотрел куда угодно, но не на говорящего. Выдернули из дома, и ради чего? Для одних это был выходной, других созвали с их собственных дел. Почти все здесь были готовы закатить глаза, но это и понятно: размер не самый большой, даже неизвестно, что это за вещество. Дело близилось к вечеру. В этом душном помещении ощущалось странное давление и на стены, и на собственную черепную коробку. Вероятно, именно из-за этого один из мужчин заговорил более прямолинейно, будто не боялся потерять звёздочку.
— А с чего это у нас работников собирают из-за наркотиков? Этим же спец—
— С того, что перевозили их на самолёте. Из Денверского аэропорта в Соединённое Королевство. Прямиком в Лондон. Понятно?
— Тогда это дело федералов, — он не отступал. — Или их полиции.
— Это дело международное, поэтому я попрошу за эти пару дней научиться держать язык за зубами, — акцент звучал почти на каждом гласном звуке.
Джон нахмурился. Наркотики, перевозка в другую страну. Не может быть, что их поставят это расследовать, верно? Они обычные полицейские. Ему это крайне нежелательно. Он же здесь «ответственный», это он тут со всеми нянчится. Младший лейтенант в свои-то годы, какое достижение — скорее, просто повод для капитана слишком на него рассчитывать. Он видел, что людей отобрали ответственных, но не был уверен, что выдержит вес работы с ними.
А может, и желательно. Джон не мог быть уверен на все сто процентов, его ли это рук дело, но предчувствие у него было так себе.
— Потому что работать вы будете не только с федералами, но и с лондонской полицией, а там и с английской в целом. — Такого продолжения никто не ожидал. — Не просто так, конечно. Премия за раскрытое дело будет. Но только за раскрытое, поняли? Улетите туда и будете работать как миленькие.
— Сколько продлится наше пребывание там? — спросила девушка.
— Сколько потребуется. Через неделю вы должны быть там. Изначальный срок — три недели. На него не рассчитывайте.
— Я не могу. Можно отказаться? — она продолжила спокойным тоном.
От этого капитан тяжело вздохнул и начал объяснять, как написать отказную и куда подойти. Двое сразу отсеялись. Остальные, включая Джона, остались в кабинете. Он тоже думал отказаться. Правда думал. У него ведь дома Крис, а там — мало ли что за дело? Но именно это «мало ли» и заставило его остаться. Мало ли выйдет перескочить в звании до старшего лейтенанта, если проявить себя.
Когда с этим закончили, Джон прервал нудные, никому не нужные объяснения и наконец обратил внимание на слона в комнате.
— Бесконечно извиняюсь, но мы заслуживаем знать, что отличает этот случай настолько, что им занимается и наша полиция тоже, а не только лондонская или федералы.
Его голос звучал твёрдо, и он явно привлёк к себе внимание. В комнате раздался чей-то облегчённый вздох: «Слава Богу, хоть кто-то это спросил».
— Как всегда прямолинеен, — заметил капитан, но Джон проигнорировал комментарий. — Признаться честно, мы не особо в курсе. Всю информацию вам передадут в Лондоне. У них есть основания полагать, что это серийный случай, а не единичный, поэтому и нужна наша помощь.
Естественно, такой ответ никого не устроил. Вся последующая внеплановая конференция прошла за подписями и уточнениями. Джон пропустил мимо ушей всё, что не касалось дела, — «вам выделят общежитие» или «бесплатное проживание» — и написал от него отказ, как только дали возможность. Ещё бы он выбрал общежитие и оставил Криса одного. В конце концов всё внимание сосредоточилось на единственных деталях дела, которое оказалось...
Крайне примитивным. Кому-то пришло в голову перевозить муку в самолёте. Такое происходит регулярно, ещё и в больших масштабах. Замаскировались они, конечно, хорошо, но вот контроль уже в самом Лондоне их багаж не прошёл. Точнее, багажи — ведь это, каким-то чёртом, оказались разные чемоданы. А главное — они так и не поймали человека, который с ними зашёл. Или людей. Деталей насчёт других дел, которые хотят связать с этим, не дали, поэтому пока всё выглядело более-менее нормально.
Ровно до того момента, пока им не показали фотографии находки, а Джон не увидел, что у зип-пакетов было два цвета бегунков. В первом чемодане наркотики были рассортированы почти идеально — стопки пакетиков по пятьдесят граммов. Если пару секунд назад он жалел, что не написал отказную, то ближайшие несколько месяцев он будет жалеть о том, что вообще взялся за эту партию. Притворяться перед другими, что это не его рук дело, ему не тяжело. Тяжело осознавать, что эту работу он выполнял в очевидном изнеможении и наверняка оставил следы. Маловероятно, что они будут брать отпечатки с каждого пакетика, но всё равно...
В тот же день Джон выбил у руководства разрешение, и ему пообещали предоставить его в ближайшие два дня. Он убедил их, что это нужно для дела, хотя почти не соврал. Теперь он мог заехать в аэропорт и получить доступ к базе данных, содержащей имена всех клиентов авиакомпаний за последние несколько дней. Нужно было кое в чём убедиться.
Убедиться, что у заказчика есть голова на плечах и он действовал не лично. Убедиться, что это не он перевозил всё сам, но это также значило убедиться в том, что дело куда серьёзнее, чем казалось. Карьерный рост Джона больше не волновал. Волновала только необходимость сохранить самого себя, а вместе с собой и Криса.
На это время его освободили. Теперь нужно было как-то добраться домой и сообщить обо всём (а точнее, только о самом нужном) брату. Что ж... дети должны радоваться путешествиям, да?
— Крис, есть новость.
Говорить он начал сразу. Младший стоял напротив и смотрел с интересом, явно сдерживаясь, чтобы не подойти ближе, пока Джон разувался и снимал пальто.
— И тебе привет... Новость?
— Во вторник вылетаем в Лондон. Утром, так что не засиживайся. Запомнил?
— Ч-чего?! — Крис даже слегка заикнулся, нервно перебирая ткань на воротнике своей футболки.
Кажется, он совсем не осознавал только что сказанное старшим братом, даже руки спрятал за спиной. На Джона смотрели широко раскрытые глаза, которые казались ещё более жалобными из-за прядей волос, почти закрывавших их. Пожалуй, только этот неопрятный домашний вид Криса его и успокаивал, хотя удивлённое и даже испуганное выражение лица напротив перекрывало это ощущение.
— По работе вызвали.
— А с чего это вылетаем мы оба?
— Ты ждёшь, что я тебя одного оставлю на три недели?
— На сколько?..
Видно, младший впал в ступор. Оно и понятно: он почти всю жизнь был прикован к Денверу, а теперь мало того что покинет его границы, так ещё и улетит в другую страну. Какой вздор.
— Слушай. — Джон положил руку ему на плечо. — Поверь, я тоже не в восторге. Но я тебя здесь не оставлю, даже не думай. Не хочу, чтобы ты умер с голоду, потому что не дотянулся до верхней полки.
— Ты серьёзно думаешь, что я...
— Абсолютно.
Имени его заказчика в списках не было. Ровно в ту ночь, когда был совершён вылет, на одном из «боингов» русской фамилии не значилось нигде.
Джон изначально считал проверку списка пустой тратой времени, да что уж там — он был абсолютно уверен, что это какая-то крупная схема, и перевозку совершали только самые незначимые для дела людишки. Но что-то подсказало ему перестраховаться, и вот в голове уже засела мысль проверить по базе данных всех этих людей. Вдруг это план всего лишь одного или нескольких идиотов, которые забрели слишком далеко в поисках лёгкой наживы? Вероятно, именно из-за этого странного предчувствия он и пялился на распечатанную веб-страницу чересчур долго.
— Это всё? — его размышления прервала сотрудница аэропорта.
— Да, спасибо. Не смею задерживать. — Джон натянул улыбку и направился к выходу.
Эти мысли настигли его только тогда, когда он вышел из здания, а по-настоящему ударили по голове уже в машине. По крайней мере, это гораздо лучше, чем если бы эти списки первым увидел кто-то из коллег и проверил всё до него. Теперь распечатка при нём, а значит, есть время что-то придумать.
Вот только что он может сделать? Дело вообще не стоит объединённых усилий двух стран, работы здесь максимум на пару дней, если опираться на те данные, которые им предоставили. Отследить записи с камер, всё проверить, найти человека, а через него — и всё остальное. В это «остальное» с самого начала входил Джон. Он понятия не имел, какие ещё зацепки у них могут быть, чтобы расследовать это такой большой командой, да ещё и с вылетом. В голове крутилось несколько мыслей: не дай бог хоть на одном из этих пакетиков остались его отпечатки, или у того человека из ниоткуда найдутся его контакты, или это окажется крупная схема. Как же он вляпался.
Вторая рука сама сползла с руля и потянулась за горелкой. Он набрал знакомый номер, рассчитывая, что тот ещё действует (хотя стоило надеяться на обратное). Гудки пошли. Звонок взяли.
— Чего?
— Какого, блять, чёрта ты натворил, Марк?
— А, это ты.
— Ты угашенный. Замечательно.
— Да нет...
— Перезвони, как мозги придут в норму. И молись, чтобы я был первым, о чём ты вспомнишь, когда перестанешь видеть драконов.
Один человек из списка был мёртв уже как три года. Ещё двух не существует в базе данных.
Чудно.