Toxico.

— Ты меня раздражаешь...

Алтан потёр переносицу и строго посмотрел на Вадима, тот только что гордо выложил из своего запаса карт бубновый туз, который, между прочим, Алтан несколько ходов назад утилизировал в "бито". И как это понимать?

Вадим, будучи очень наглым и очень проворным, всячески отрицал свою причастность к этому происшествию, яро жестикулируя и отнекиваясь от любых обвинений.

— Да не было там бубнового туза, я тебе мамой клянусь!

— Зачем мне твоя мамка, это мой туз, шулер несчастный!

Вадим едва успел надуть губы в наигранной обиде, как тут же в него полетела пустая пачка сока. Дракон успел увидеть лишь его край, пролетающий мимо груди: смог же, гад, увернуться! Правда, следующим в Дракона летит пачка таблеток с тумбы. Они-то очень больно царапаются, коробка и вовсе попадает в лоб, от чего Вадим чертыхается и, зажмуриваясь, вытягивает руки вперёд и роняет карты из них.

— Так ты, гад, стащил себе побольше козырных, да? Ну я тебе сейчас..

Взгляд разъяренных алтановых глаз забегал по комнате в поисках каких-нибудь предметов, которыми можно было бы запустить в Дракона, но тот спешно отбежал к окну и оттуда закричал:

— Убивают, у-би-ва-ют!

Пока взор метнулся на абсолютно нелепого Вадима, пальцы всё-таки нашарили в верхнем ящике той же тумбочки тюбик зубной пасты. Только Дагбаев замахнулся, чтобы кинуть его в Вадима, как спину пронзила острая боль.

В секунду он согнулся пополам и опустил руку. С губ сорвался громкий стон, а глаза зажмурились так сильно, что Алтану невольно начали видеться звёздочки перед глазами. Спина болезненно пульсировала острой болью - рана, полученная от пули в тот вечер заживала крайне болезненно.

— Горгона? — Донеслось от Вадима, который уже успел подойти к койке и присесть рядом с ней на корточки. — Мне стоит позвать врача?

— Не надо.

Ещё несколько минут Алтан провёл в таком положении, а затем поднялся.

Он ведь находится тут уже почти месяц, и за это время Юма ни разу к нему не пришла. Только присылала курьеров с одеждой и едой и иногда звонила, желая сухое "поправляйся". Вадим же, пусть и работал (всё ещё неизвестно где, Алтан не интересовался), заходил и развлекал Дагбаева как мог. Худшей его выходкой было влезть в окно с пакетом запрещенки в зубах и с победным верещанием после. Как оказалось, его не пустили к Алтану с таким набором для скорейшего получения гастрита, так что пришлось идти на крайние меры.

Спину потихоньку отпускало. Вадим молчал всё это время, просто сидя у постели Алтана, перебирая карты. Каким порой он был спокойным.. Невиданное чудо!

— Всё в порядке. Но я всё ещё зол на тебя, ты нечестно играешь.

Дракон расплылся в своей обычной хищной ухмылке и, подперев голову рукой, прищурился.

— Нечестно было исцарапывать мою машину, когда я попросил у тебя твой номер.

— Это было заслуженно, ты меня достал. - Алтан напыщенно фыркнул - он все ещё гордился этой своей выходкой и определенно хотел бы когда-нибудь повторить её вновь. — Могло быть и хуже, благодари за это.

Дракон коротко хмыкнул, закатывая глаза. Ухмылка с его лица не спадала: редко когда можно было испортить Дракону настроение.

— Я отыграюсь на следующей гонке.

— У тебя байка нет. Если снова будешь брать у Волка - я не поеду.

— Ну кто тебе сказал, что у меня его нет?

Ухмылка на лице старшего стала ещё шире. Алтан, до этого сидевший хмурый и недовольный, вдруг вопросительно вскинул острую бровь и посмотрел на Вадима.

— Ты что, байк купил?

Вадим загадочно приложил указательный палец к губам, будто это была какая-то детская, но очень серьезная тайна. Дагбаев, конечно, закатил глаза и вздохнул.

— Зачем?

— Я тебя научить хочу.

Вадим вдруг стал серьезным. Ухмылка сменилась ровной линией смуглых губ, а глаза перестали искриться озорством. Алтан весь напрягся и взгляд тут же отвёл, не желая слушать нотации. Неужели все старшие будут хотеть сделать для тебя лучше, когда ты сам не просишь?

— Я справляюсь, мне не нужно обучение. Я не раз выигрывал гонки.

— Ты можешь больше. Я тебя не заставляю, но может быть ты хотел бы..

— Нет.

Алтан не дал договорить, практически сразу перебив Вадима. Тело вдруг сковало вновь, но уже не от боли - странное, уже знакомое ощущение, снова застало врасплох. Юноша поджал губы, нахмурился: в глазах Вадима он тоже «недостаточно хорош»? Всегда от него всем чего-то не достаёт, будь то достижения или навыки — разницы нет, Алтан всегда «не такой».

— Без проблем. - Дракон, будто бы и не волнуется. В обыденной манере кладет свою огромную горячую руку, хлопает по плечу легонько, конечно помня про алтанову спину.

— Чего ты напрягся так, я же тебя не насилую тут.

Горгона поджимает губы ещё плотнее. Вадим, вроде, и не заставляет, но Алтану почему-то кажется, что Дракон тоже не тот, на кого следовало бы полагаться. Он тоже хочет поставить на путь истинный, как и все остальные.

— Всё нормально.

***

Два месяца реабилитации казались мукой. Вадим всё так же приходил, развлекал как мог, даже таскал Олега, что вообще было удивительно - как рыжая истеричка его отпустила? Но тем не менее, дни становились мрачнее, а их рутинная однообразность и вовсе вводила в состояние апатии. Алтан через силу улыбался, вынуждал себя съесть хотя бы немного, всё больше отказывался от помощи и старался все сделать самостоятельно, дабы хоть чем-то себя занять. По вечерам он последний заходил в душевую, проводил там больше всего времени, а в последние недели всё чаще рассматривал отвратительный рубец на лопатке. Будто таких же рубцов на ноге ему было мало.

Он до сих пор помнит, как визжала сталь, как ногу пронзала острая боль. Как по асфальту ручьем разливалась алая жидкость, как в больнице накладывали уродливые швы. И как шрамы после этих швов болели, когда Алтан пытался перекрыть их дорогущей золотой татуировкой, набитой в честь восемнадцатилетия.

Но и это не помогло. Стоило ему закрыть шрамы на ноге, как тут же появился новый, не менее отвратительный. Лопатка была изуродована страшной раной, стянутой ранее швами, а теперь выглядящей как дыра, которую прогрыз червь в мякоти ягоды. Можно было бы и его перекрыть, да вот стоит ли?

На выписку пришел Дракон, счастливый и почему-то вообще не пристающий к Алтану. Притащил с собой смешного вида суккулент в горшочке, похожий на те, что продают в супермаркетах на стендах. Но оказалось, он специально зашёл в цветочный и долго выбирал, даже замучил продавщицу - с его слов это было "я просто спросил, а она такую морду скривила!". Дагбаеву стало легче, слушать болтовню Вадима во всяком случае куда лучше, чем провести время в самокопании или, вернее, самоуничтожении.

Дракон подвез его на своём чероки прямо до дома. Алтан наконец назвал ему адрес, потому что находиться в стоячем положении было всё ещё трудно: после нескольких недель, проведенных в основном лежа, ходьба казалась невыносимой пыткой.

— Спасибо. — Выходя из машины и кряхтя от нагрузки на руку из-за сумки с вещами, произнёс Алтан. Вадим посмотрел на него с некоторым вопросом в глазах, но в ответ юноша лишь покачал головой. — Не надо, я справлюсь.

Стук собственных шагов по лестнице отзывался странной тяжестью в сердце. Каждая ступенька давалась словно с трудом - идти домой не хотелось. Алтан осознает это, стоя перед дверью собственной квартиры. За ней - новые и старые скандалы, горсти успокоительных, попытки замкнуться в себе. Запах курева перманентно просочился в ноздри, и Алтан громко выдохнул, прикрыв глаза.

Через несколько минут он оказался сидящим на лестнице. В руках был телефон, на экране светился контакт Вадима. Гудки слились со стуком сердца в ушах, и юноша не сразу услышал чужой голос. Предвещая повторный вопрос из динамика, Алтан скомканно просит:

— Забери меня. Пожалуйста.

На том конце провода повисает молчание.