Том 3 / Глава 88
Секс между омегой в течке и альфой в гоне — это особенное, почти первобытное соитие, полное страсти и необузданной энергии. Когда Квон Дэ отказывался от секса с Делинем, он был прав в своих опасениях: его раны требовали бережного обращения, нежности и заботы. Однако в состоянии, в котором они оба находились, это было почти невозможно, несмотря на все старания.
Квон Дэ проявлял нежность и заботу, лаская тело омеги мягкими прикосновениями, но затем резко переходил к грубым и настойчивым движениям, не в силах сдержать свои инстинкты.
Как он и сказал, не запомнить эту ночь было просто невозможно, она была наполнена противоречиями: боль и страсть танцевали вместе в ярком вихре.
Они целовались, жадно впитывая слюну друг друга. Изучая мягкие губы, слизистую, нёбо и каждый уголок рта.
Их руки скользили по телам, касаясь участков, которые до этого момента оставались неизведанными. Они находили друг друга в тех местах, где раньше не осмеливались прикоснуться.
— Ты такой розовый тут, но, когда я начинаю трахать тебя, ты становишься красным, великолепный цвет, ты знал?
Делинь слышал уже сотни дерзких и развратных слов, произнесённых его альфой, но ни одно из них не стало для него привычным. Каждый раз, слыша их, он вздрагивал и знал, как его лицо заливалось краской. Даже его плечи покрывал румянец, выдавая смущение.
— Ах…
Квон Дэ улавливал любую реакцию своего партнёра: стон, вскрик, шёпот и даже малейшее движение тела, стремясь сделать всё возможное, чтобы доставить ему еще больше удовольствия.
Они обнимались так тесно, что между ними не оставалось ни единого пространства.
— Смотри на меня, только на меня, Сонаги. Ты мой, теперь полностью мой.
Делинь много раз нарушал это правило: его глаза то и дело закрывались или закатывались, он не мог долго удерживать внимание из-за нараставшего удовольствия, погружаясь всё глубже в это захватывающее ощущение.
— Мгх! Мфх…
Бугристые и мягкие стенки ануса как будто присосались к набухшему члену, туго обхватив его. Зудящее удовольствие, пронизывающее, словно электрическим разрядом, стремительно поднималось вверх по позвоночнику, заставляя кончать раз за разом.
Квон Дэ не мог оторвать взгляд от тела Делиня, как если бы оно было окутано магией. Он жаждал лизать его, кусать, сжимать и касаться, исследовать каждую линию и изгиб, не желая делиться этим наслаждением ни с кем другим. Нагое тело казалось воплощением искусства, живым шедевром. Не сдержавшись, он вставил два пальца в рот Делиня. Длинные фаланги скользили внутри, проталкиваясь, надавливая на корень языка. Квон Дэ потянул вниз его нижнюю челюсть, и скопившаяся слюна вульгарно потекла вниз по подбородку.
— Хочу занять каждую твою дырку.
Удерживая дрожащее тело, он продолжал ускоряться.
— Ымх…гмх…
Проникая в Делиня с двух сторон, пальцами в рот и вдалбливаясь членом сзади, он доводил его до исступления. Влажная кожа соблазнительно блестела в мягком свете лампы, словно покрытая тонким слоем росы. Напряженные линии спины Делиня выглядели невероятно красиво. Зацелованные ярко-красные губы привлекали внимание и манили к себе. С измождённого тела струился пот, образуя на простынях мокрые пятна.
— Там, внизу, ты такой тугой и жадный, втягиваешь меня и не отпускаешь.
И хотя они оба ощущали усталость в теле, всё никак не могли насытиться друг другом, потеряв счёт времени.
— Ты чувствуешь меня прямо тут? Вбирай всё до основания.
Рука поднялась к низу живота Делиня, Квон Дэ слегка надавил, пытаясь нащупать под нежной кожей собственный пенис.
— Н-не дави там…ымх…
Не повиновавшись, альфа продолжил свои истязания. Он касался пресса и пупка Делиня, мягко давя на них, пока тот снова не кончал.
— Теперь я знаю, Сонаги, как понять, что тебе хорошо. Твоя дырочка начинает сжиматься всякий раз, когда ты близок к тому, чтобы кончить…
Казалось, что Делинь вот-вот упадет в обморок. Он не мог понять, день это или ночь за окном, а также не мог вспомнить, сколько раз уже кончил за сегодня. То, что брызгало из его члена последние несколько раз, мало походило на сперму.
— Квон Дэ, метку! Я хочу метку…
Застонал он, и заботливые руки погладили его по спине.
— Мой нетерпеливый мальчик.
Объёмная, взбитая подушка удобно легла под низ его живота, приподняв ягодицы. Квон Дэ уложил Делиня, не потребовав от него вставать на четвереньки, а позволив телу расслабиться и обмякнуть в этой развратной позе.
Он начал делать ещё более резкие толчки, отчего Делинь застонал, а мышцы его спины напряглись и задрожали от напряжения. Занятая поза открыла новые горизонты блаженства.
— Ах! Мх…д-да…
«Вот бы его член был хоть немного меньше, не таким длинным и толстым, возможно, тогда я куда легче переживал бы каждый наш контакт».
— Не отвлекайся на посторонние мысли, Сонаги. Когда ты со мной, думай только обо мне.
— Я и так…дума…ах!
Квон Дэ не дал договорить фразу, перехватив слова поцелуем, его язык так настойчиво толкался внутрь, что ощущалась нехватка воздуха. Кажется, тот совсем не устал, в отличие от Делиня. Сумасшедшая выносливость.
Он пальцами скрёб простыню вместе с обивкой кровати, цепляясь за неё, — это всё, что он мог делать.
— Скажи, что любишь меня…
Потребовал Квон Дэ властным тоном.
— Люблю…
Голос осип, и слова прозвучали тихо.
— Скажи ещё!
— Я люблю…
— Любишь?
— Мхг…блять…
Делиню показалось, что от этого признания член Квон Дэ стал больше, что было просто невозможно, каждая вена и складка набухли и растянули его стенки, распирая их изнутри. Снова последовали жесткие толчки и влажные звуки, сперма пузырилась и выливалась из опухшей дырочки, и он заталкивал её каждым движением обратно. Белёсые следы виднелись на гладкой мошонке и нежной коже бёдер повсюду.
— Л-люблю…
— Я не слышу, Сонаги.
— Я люблю…тебя…
— Да?
— Д-да…я люблю тебя, Квон Дэ.
Когда он повторил это в очередной раз, тот наклонился и облизал влажным языком выступающие шейные позвонки, после чего острые зубы коснулись загривка и болезненно впились в железы. Делинь инстинктивно попытался отстраниться, выгнулся и свёл лопатки, сильная рука с выступающими суставами и венами удерживала его под собой, не давая сдвинуться.
— Ах! А-а…мх…
Квон Дэ усилил свои феромоны, хотя казалось, что вся комната и так до предела пропиталась их запахами. За болью и головокружением последовал крышесносный оргазм, они оба протяжно застонали и задрожали. Охваченные безумным наслаждением, они тяжело дышали и отчаянно прижимались телами. Метка была тому причиной или сама интимность и долгожданность момента, сложно было сказать, но они упивались друг другом, и это было великолепно.
На этом всё не остановилось, Квон Дэ схватил член Делиня и провёл большим пальцем по головке. Тот запрокинул голову назад и потёрся затылком о его плечо. Сжатый кулак скользил по всей длине, то обнажая налитую кровью головку, то пряча её. Влажные пальцы двигались вокруг натянутой уздечки, и это заставляло Делиня вздрагивать и всхлипывать.
— Кажется, я больше не могу.
Он сделал паузу, прислушался к себе и, устало уткнувшись в простыни лицом, повторил это снова.
— Я, правда, полностью измотан.
Шея горела, жар медленно расползался от затылка до самого копчика. Пенис Квон Дэ безжалостно давил внутри, растирая сперму по стенкам. Вульгарный хлюпающий звук, который издала задница Делиня, когда тот наконец вытащил его, вогнала его в краску.
— Я дам тебе перерыв, но даже не надейся, что это всё.
Глаза Квон Дэ блестели, как две яркие звезды, а на лице играла удовлетворённая ухмылка, словно он был самым сытым котом, только что позволившим себе насладиться роскошным угощением. «Чертовски красивый», — подумал Делинь, тёплая волна счастья накрыла его, и он не удержался от улыбки. Он перевернулся набок, поджав бёдра к себе.
— Болит где-нибудь?
С заботой спросил Квон Дэ, его голос звучал мягко и проникновенно, как будто это не он был источником этой боли.
— Везде!
Возмутился Делинь, на что Квон Дэ негромко рассмеялся. Смех был тёплым и звонким, почти ребяческим. Он погладил Делиня по волосам, почувствовав, как тот наслаждался его прикосновением, и нежно сжал мочку уха в своих тёплых пальцах. Делинь ответил на это, сладко потёршись о ладонь лицом.
— Прости, я виноват.
И хотя его слова звучали с оттенком сожаления, он вовсе не выглядел виноватым. Скорее самодовольным и расслабленным.
— Отнесу тебя в ванную.
— Мгм…
Делинь не стал сопротивляться.
— Давай так, если по пути ты не удержишь в себе хоть каплю моей спермы, то мы займёмся сексом ещё дважды…
Разумеется, Делинь проиграл.
Ночь, полная пошлых слов и жарких поцелуев, растянулась на часы. Парой раз они не ограничились, укрепив ту невероятную связь, которая отныне связывала их.
Перейти к 89 главе.
Вернуться на канал.
Поддержать: boosty