Том 3 / Глава 80
В эту ночь Делиню снился сон, в котором он был затянут в бесконечный людской поток. Люди вокруг него сливались в единое серое море, их лица были размыты, словно отражение в мутной воде. Каждый шаг становился испытанием: поток незнакомцев накатывал на него, вырывая из груди дух. Он чувствовал, как их тела тесно прижимались к нему, создавая ощущение безысходности.
Сквозь этот хаос он пробирался, вглядываясь в лица, которые не могли запомниться. Он искал глазами кого-то знакомого. Его сердце стучало в унисон с бормотанием, вырывающимся из уст:
— К…вон…Дэ…К…вон…
Эти слова, как заклинание, искали отклик, но уносились в пустоту комнаты, только тогда на том конце телефонной трубки послышались гудки.
Делинь проспал, вероятно, не меньше десяти часов. Когда он наконец открыл глаза, ему потребовалось время, чтобы понять, что он уже не во сне; реальность и фантазия сплелись воедино. Тёплая, большая ладонь нежно гладила его по волосам, а затем коснулась уха, пальцы мягко сжали мочку, вызвав приятные мурашки по коже.
— М-м-м…
Делинь приоткрыл глаза, и перед ним возник образ Квон Дэ. Он потёрся щекой о знакомую руку, не стремясь вырываться из этого сладкого полусна. Внутри него разгорелось тёплое чувство, когда он осознал, что тот, кого он так долго искал в толпе, находился рядом. Это осознание принесло ему глубокое удовлетворение и покой.
— Сонаги, тебе придётся проснуться, у нас не так много времени.
Делинь вздрогнул от этого голоса. Это был не сон.
— Т-ты…как ты здесь…
Это казалось невозможным: как он мог оказаться сейчас в Сеуле? Ему пришлось бы лететь всю ночь.
— Ты сам позвал меня.
— Что? Я?
Мужчина коснулся пальцами губ Делиня, и тот нервно сглотнул.
— Шептал моё имя, так отчаянно…
Пальцы медленно опустились ниже, скользнув по его подбородку, а затем коснулись его шеи.
— Научись сообщать о том, что хочешь, прямо. Скажи мне, и я выполню всё, что ты попросишь. Просто говори…
Эти слова звучали как мольба, словно для него это было жизненно важно, как кислород.
Прежде чем Делинь успел что-то ответить, губы мужчины стремительно накрыли его, а руки начали снимать пиджак. Делинь попятился назад.
— В душ! Я хочу в душ сначала.
Вымолвил он, постаравшись вернуть контроль над ситуацией.
— Вот как ты рад меня видеть? Кажется, я тут один изнываю от желания.
Он положил руку Делиня себе на ширинку, его член был каменным, и тот почувствовал, как щёки залил жар. Он не мог отвести глаз от уверенного выражения лица мужчины, от того, как он выглядел в этот момент — самоуверенный и притягательный.
— И так все десять часов полёта, Сонаги. Он не опускался ни на секунду. Я, как одержимый, прокручивал в голове, как буду брать тебя сзади, так что будь готов принять меня и не вздумай просить остановиться.
Голова закружилась от этих похабных слов. Делинь сам не заметил, как комнату стали наполнять его феромоны.
— Сходи со мной.
Он обвил шею Квон Дэ руками, намекнув, что его нужно поднять и отнести в ванную комнату. Мужчина послушно это выполнил.
Делинь не помнил, как оказался без одежды, всё происходило быстро.
Вода плескалась вокруг них, а пар окутывал их тела. Квон Дэ смотрел на него с жадным интересом, его глаза хищно сверкали.
— Юн Делинь, видел бы ты свою развратную дырку, смазка из неё так и сочится.
Делинь не выдержал и, прикрыв рот Квон Дэ своей ладонью, произнёс:
— Замолчи, это слишком смущает.
Его голос дрожал от волнения, но в то же время в нем звучала настойчивость. Лицо Квон Дэ мгновенно изменилось — в глазах появилось хитрое выражение, полное игривости и дерзости.
Он медленно провёл языком по ладони Делиня. Затем, не отрывая от него взгляда, аккуратно просунул язык между его пальцами и с лёгким усилием начал посасывать один из них. Его губы плотно обхватили палец Делиня, а язык игриво скользил по нему. Губы, язык, нёбо и внутренние стенки рта были удивительно горячими и мягкими.
— Ымх!
Делинь был поражён тем, как сильно это притягивало его. Он никогда не видел Квон Дэ таким распалённым — его лицо было раскрашено румянцем, который придавал ему ещё больше очарования. Глаза сияли от желания и азартного ожидания, а дыхание стало более резким и прерывистым. Неужели у него гон? Словно прочитав его мысли, Квон Дэ пояснил:
— Нет, это не гон. Это ты делаешь меня таким, Сонаги.
Закончив с пальцами, мужчина наклонился вперёд и, крепко схватив грудь Делиня, взял одну из них в рот. Он начал торопливо покусывать и неистово облизывать его соски и кожу вокруг. Внизу живота всё скручивало от тягучего жара.
— По…м-медленнее…
Квон Дэ был так нетерпелив, едва ли слова Делиня могли умерить его пыл. Не то чтобы ему не нравилось, но он переживал за себя. Этот мужчина точно доведёт его до изнеможения.
Квон Дэ опустился перед ним на колени и взял член в рот, заглотив твёрдую плоть почти полностью. Невероятное зрелище, от которого перехватывало дыхание. Каждый раз, когда он поднимал глаза и их взгляды пересекались, Делинь невольно вздрагивал, словно электрический ток пробегал по его телу.
«Какой же он красивый и сексуальный, чёрт возьми…»
Голова Квон Дэ ритмично двигалась, жадно заглатывая его плоть, словно стремясь полностью поглотить. Не в силах больше удерживать сперму внутри себя, Делинь подался бёдрами назад, член выскользнул из рта Квон Дэ, и в этот момент он кончил. Жидкая полупрозрачная сперма залила тому лицо.
Он излился на лицо доминантному альфе, который стоял перед ним на коленях. Безумие.
Квон Дэ только улыбнулся и облизнулся. Он встал, одним рывком повернул Делиня спиной к себе и прижал к стене. В каждом его движении чувствовалось желание. Его ладони скользили по телу Делиня. Внимательные, изучающие, он, казалось, дотронулся до каждого участка его кожи, словно стремясь запомнить, отпечатать в памяти. Очертив талию, ягодицы, плечи, бёдра, живот, грудь, он всё никак не мог насытиться.
— Мх-х…
Ноги Делиня задрожали, и тело мужчины сильнее прижало его к стене, чтобы он не упал.
Квон Дэ пальцами раздвинул дырку Делиня и махом вошёл в него, одним рывком. Смазки было так много, что та легко приняла его в себя. Тугие бёдра Квон Дэ агрессивно столкнулись с ягодицами Делиня, раздался шлепок.
— Ыхм…ах…да!
Влажные звуки раздавались в тесном пространстве, еще больше распаляя пару. Запах феромонов усиливался по мере того, как поднималась температура их тел. Мягкие, бугристые внутренние стенки плотно сжимали член Квон Дэ.
Он ускорил темп и склонился к шее Делиня, коснувшись губами. Он, как помешанный, вдыхал его аромат, не в силах насытиться. Каждое прикосновение его губ вызывало у Делиня волны жара, и место, где он ощущал его дыхание, буквально горело от страсти.
— В тебе так приятно, Сонаги. Я не вынимал бы из тебя член сутками, будь моя воля. Трахал бы тебя без остановки, даже если бы ты вырубился. Знал бы ты, чего мне стоит сдерживаться.
Несмотря на абсурдность его слов, Делинь не мог избавиться от ощущения, что за ними скрывались его истинные намерения. Пронизывающий взгляд Квон Дэ лишь усиливал это чувство.
Мужчина умело находил все места, которые нравились Делиню, и стимулировал их, вдалбливаясь раз за разом именно туда.
Из ванной комнаты они плавно переместились в спальню, оставив за собой следы воды. Они словно оказались в плену друг друга, не желая покидать теплоту постели на протяжении нескольких часов. Время теряло всякий смысл, а слова казались излишними — их телесное общение говорило само за себя. Каждый стон, каждое прикосновение выражали глубокую эмоциональную связь и бурное влечение.
Делинь открыл глаза лишь к вечеру и, к сожалению, обнаружил себя одного в пустой постели. Тишина вокруг казалась почти гнетущей, а мягкий свет заката пробивался сквозь занавески.
Для него на прикроватной тумбочке была оставлена записка. «Как старомодно, он оставляет записки», — подумал он.
«Улетел обратно. Не скучай, я скоро вернусь. Люблю тебя».
Словно заворожённый, он поднёс этот клочок бумаги к губам и поцеловал его, сам того не осознавая. От него пахло феромонами Квон Дэ.
Делинь провёл ладонью по своему телу, покрытому следами их любви. Засосы и укусы на коже напоминали о том, как сильно они были друг другу нужны. Он осторожно коснулся отметин на своём плече, животе и груди.
«Он обязан вернуться к тому моменту, как эти следы сойдут. А пока пусть они останутся со мной».
Отметины, оставленные его мужчиной.
Пора было ставить метку. Пусть и временную, любую, которая ему доступна.
Пора было вверить себя Квон Дэ.