Том 3 / Глава 71
Делиню казалось, что его жизнь под чутким контролем двух охранников — это предел. Как же сильно он ошибался.
Теперь вокруг него бродили восемь огромных телохранителей, лишая его даже малейшей возможности уединиться. Каждый из них был настоящим гигантом. Их бдительные взгляды следили не только за любым движением Делиня, но и за всем, что происходило вокруг, словно они были живыми радарами, улавливающими каждую деталь.
Из восьми охранников шесть принадлежали семье Квон, двое других, приставленные семьёй Чхве, держались немного в стороне, но оставались не менее настороженными.
Их лица были неподвижными, как каменные изваяния, и только блеск глаз выдавал готовность к немедленному действию в случае угрозы. Их присутствие давило на Делиня, превращая будни в тест на выносливость.
Каждый шаг по привычным местам, которые раньше дарили ему чуть-чуть свободы, вызывал чувство удушающей опеки. Ему казалось, что стена телохранителей, окружающих его, поджимала, не позволяя дышать.
Делинь ясно осознавал, что угроза могла исходить не только со стороны внешнего мира, но и от самого факта их постоянного присутствия, которое постепенно размывало границы между защитой и пленом. Эта угроза не касалась его физического состояния, да, но становилась серьёзным испытанием для его психического здоровья.
— Бред…
Делинь сидел за своим рабочим столом, погружённый в размышления. Он наклонил голову вниз, и его висок коснулся поверхности стола. Прохлада дерева обняла лоб, отогнав избыток мыслей.
Глаза его закрылись, а брови слегка сморщились.
Он набрал Чхве Соину.
— Твоя охрана. Она мне не нужна.
— И тебе привет.
— Ты не можешь заставлять меня пользоваться их услугами.
— Разве?
— Это преследование. Нельзя просто взять и заставить своих людей ходить за кем-то.
Делинь чувствовал себя максимально глупо, пытаясь донести мысль. Неужели это не было очевидно?
— Всего лишь дополнительная мера безопасности, хуже от неё не будет.
— Это сталкерство.
— Даже если так, планируешь что-то с этим сделать?
В его голосе раздался лёгкий смешок.
— Пойду в полицию.
— Понял-понял. В пятое отделение к Ким Джину? Или в третье к Ли Юну? А может в центральное к Ан Субину?
Что ещё можно было ожидать от председателя Верховного суда? Его связи простирались далеко за пределы привычного окружения: он знал абсолютно всех — от высокопоставленных чиновников до ключевых фигур в правоохранительных органах. Его авторитет был безоговорочным, а влияние — масштабным. Делинь понимал, что даже если он решится подать заявление, шанс, что его примут, был крайне мал.
— Чёрт…
— Звучишь обречённо. Смирись и не бери в голову. Это нужно для тебя.
Делинь не стал вступать в спор. Почему он не может сам решить, что лучше для него? Почему альфам так важно принимать решения за омег? Эта навязчивость по-прежнему вызывала у него недоумение и гнев. Он хотел, чтобы его мнение учитывалось, чтобы его выбор не игнорировался.
— Я надеялся, что ты звонишь узнать про самочувствие своего спасителя. Но раз уж ты не интересуешься, расскажу сам. У меня осложнение, и мне очень плохо.
Когда эти слова раздались через динамик, Делинь почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Он резко поднялся с места. Информация чуть повыбила его из колеи.
— Осложнение?!
— Да.
— Что за осл…
Чхве Соин отключился, оставив Делиня в состоянии растерянности. Он сжал телефон в руке, собрав мысли, и быстро решил, что ответов не найдёт, если не пойдёт в клинику. У него всё равно там были рабочие дела, и он не мог позволить себе откладывать их.
В палату к Чхве Соину Делинь вошёл с напряжением. Сославшись на правила посещения больного, он оставил всех телохранителей снаружи, кроме одного. Этот единственный охранник, приглашённый внутрь, стоял как статуя, неподвижный у двери. Казалось, он знал Соина, потому что кивнул ему и дружелюбно улыбнулся в знак приветствия. Делинь не припоминал, чтобы раньше видел улыбку этого телохранителя. У семьи Чхве было своё собственное охранное агентство, и, возможно, этот человек когда-то работал на них.
Чхве Соин сидел на кровати с ноутбуком в руках, но, как только вошёл Делинь, сразу встал.
Тот направился к прикроватной тумбочке, где лежал планшет. Эти устройства использовались для ведения учёта у пациентов — своего рода виртуальные карточки, в которых хранилась важная информация. Полностью безбумажный режим — одно из преимуществ Concord Group. Делинь ввёл пароль, и на экране начали появляться данные о состоянии Чхве Соина. Разумеется, он не мог заглянуть в карточку к любому пациенту, но для этого сделал исключение, нарушив правила.
Когда Делинь начал просматривать таблицы и графики, вдруг сзади подошёл альфа, склонившись над его плечом и заглянув в экран. Делинь ощутил горячее дыхание Соина на своей шее. Хотя такое вторжение было абсолютно неуместным, он сохранил невозмутимость и не выказал смятения.
— Видишь, тут написано, что у меня держится температура.
Такая запись действительно была, но температура не превышала 37.2, что вполне нормально для послеоперационного периода. Остальные показатели также находились в удовлетворительных границах.
— А ещё я плохо сплю.
Делинь закатил глаза и вернул планшет на место.
— Никаких осложнений тут нет, всё в рамках нормы.
— А доктор говорит, что есть.
— Я переговорю с Хироки.
Делинь развернулся, чтобы уйти, приём больного для него был окончен. Он заглянул, проведал, этого было достаточно для очистки совести.
Чхве Соин преградил ему путь. Делинь сделал шаг влево — тот повторил его движение. Затем попытался уйти вправо, и опять он скопировал его действия. Делинь запыхтел от раздражения.
— Веди себя серьёзнее! У меня нет на это времени. Мне нужно работать.
— Мне нравится, что на тебе нет метки, и что вы не живёте вместе.
Произнёс он с ухмылкой, его хитрые глаза блеснули.
— Следишь за мной?
— Ага. Если это контракт, напоминаю, что могу оплатить неустойку и предложить лучшие условия, чем семья Квон. Какова твоя выгода? Они поддерживают твой бизнес? Я тоже могу.
Делинь не выдержал.
— Да иди ты…
Он снова попытался обойти его, но тот, словно предвидя его движения, ловко опередил Делиня, крепко схватив за затылок. Перед тем, как он успел осознать, что происходит, Соин прижал свои губы к его. Поцелуй оказался настойчивым и агрессивным, как буря, пронзающая спокойное море. Язык Соина внезапно вторгся внутрь рта Делиня, вырвав из него удивлённый вздох, который моментально был поглощён. Силуэт Соина, уверенно застывший перед ним, отрезал все пути к отступлению. Он с силой прижал Делиня к себе, и тот почувствовал, как захватило дух от неожиданности и нахальства происходящего. Хотя Соин и раньше вёл себя вызывающе и провокационно, но данная решительность была настоящим хамством.
Первоначально Делинь замешкался, его импульс дать ему пощёчину, выдворить из своего пространства стал знакомым порывом, но вскоре он понял, что этого было недостаточно. Внутренний голос подсказывал, что существовало нечто более разительное, хоть и отвратительное, что могло бы дать понять Чхве Соину, что его поведение недопустимо.
Делинь резко схватил его за больную руку, сжав её. Тот немедленно отпрянул, его лицо исказилось от боли, и он вскрикнул, стремительно прижав ладонь к перебинтованному месту. В глазах Соина отразилось удивление и даже лёгкий испуг. Охранник резко дёрнулся в их сторону, но всё уже закончилось. Возможно, он даже не успел увидеть ситуацию в её полном объёме или был обучен реагировать лишь на серьёзные угрозы, такие как нападения или другие критические инциденты. В любом случае его вмешательство уже не имело смысла.
Делинь подытожил:
— Вот теперь у тебя может быть осложнение.
Напоследок, выходя из палаты, он бросил строго, но тихо:
— Ты переходишь черту.
В коридоре мысли о том, что Квон Дэ мог узнать об этом инциденте, мгновенно окутали тревогой — страшно было представить, что могло произойти.
Делинь провёл тыльной стороной ладони по губам, словно стирая с них нежелательное прикосновение, оставшееся после встречи. Этот жест был не только попыткой избавиться от физического ощущения, но и выражением его гнева и брезгливости. Делинь понимал, что такое поведение не должно было стать нормой. Он глубоко вдохнул, стараясь успокоить поток эмоций внутри себя, и направился к автомобилю с решимостью, что не позволит никому пересекать границы его личного пространства.
В хаосе развернувшихся событий Делинь совершенно забыл о двух значимых событиях.
Первое — это его день рождения.
Второе — запланированная поездка к семье в Китай.
Откладывать было нельзя, поэтому он собрал немного вещей и приготовился вернуться на родину. В место, где не был почти год.
Квон Дэ, только что закончивший рабочий день, уже ждал его в автомобиле. Облачённый в строгий деловой костюм, он выглядел расслабленным, в отличие от своего секретаря, который разместился на переднем кресле. Тот крепко держал планшет в руках и с такой яростью тыкал по экрану, что создалось впечатление, будто он своими действиями заставит устройство треснуть от напряжения.
— Вы же вернётесь в воскресенье вечером, да?
Вкрадчиво уточнил секретарь, не рассчитывая на иной ответ. Квон Дэ посмотрел на Делиня вопросительным взглядом, мол, когда мы планируем вернуться?
— В понедельник не раньше обеда.
Произнёс Делинь, пытаясь сдержать улыбку. Чувство лёгкости и радости от предстоящего отпуска в сочетании с возможностью немного поддразнить секретаря подняли ему настроение. Секретарь, казалось, усердно возненавидел его даже за одну эту фразу. До начала романа с Квон Дэ тот полностью погружался в работу и о выходных, видимо, не имел никакого представления. Поэтому к его отгулам секретарь явно не привык.
На лбу у бедного помощника выступили капли пота, он нервно пожевал губы, не зная, как продолжить разговор, чтобы не вызвать гнев своего начальника. Наконец, собравшись и сделав глубокий вдох, он негромко произнёс:
— В понедельник утром запланирована очень важная встреча, её ну никак нельзя перенести. Может быть, всё же пораньше?
Квон Дэ бросил на него строгий и внимательный взгляд через зеркало заднего вида. Это было чёткое напоминание о том, что это он контролировал ситуацию. Помощник, поняв намёк, тут же прекратил свои попытки и вновь уставился в планшет, тыкая по нему ещё более агрессивно и, вероятно, пытаясь перенести дела на попозже.
Делинь не смог сдержать смешок.
Только подъезжая к зданию аэропорта, он вдруг понял, что не подготовил Квон Дэ морально, а возможно, это стоило сделать.
Атмосфера в их семьях очень отличалась. Он пытался начать с чего-то, подбирая нужные слова, как вдруг ему прилетела СМС от Юн Шиана: «Едете в аэропорт? Ваш рейс задерживают, поэтому я заказал частный борт, летите на нём».
Вот это Делинь и имел в виду!
Приключение под названием «меня воспитали эти люди, вот поэтому я такой, какой я есть» началось.