Тишина на мосту Румичака
В текущей ситуации можно предположить, что Колумбия в этом противостоянии имеет преимущество, так как торговые отношения двух стран для экономики Эквадора важнее, чем для экономики «страны кофе». Между тем, если рассматривать в ситуацию в целом, следует предположить, что в конечном итоге проиграют обе страны, поскольку их экономика понесет удар, а преступные группировки, лежащие в основе конфликта, выиграют от разрыва сотрудничества. Чтобы лучше понять эту ситуацию, уместно обратиться к истории двухсторонних отношений и вернуться в 2008 год, когда колумбийские военные уничтожили на территории Эквадора лагерь Fuerzas Armadas Revolucionarias de Colombia – Ejército del Pueblo, после чего левоцентристское эквадорское правительство разорвало дипломатические отношения с Колумбией, осудив нарушение суверенитета.
Спустя 18 лет политические полюса поменялись местами – в Эквадоре во главе государства находится консервативное правительство, в то время, как в Колумбии – представители левого фланга, но структурные причины конфликта остаются упорно неизменными, среди которых можно выделить четыре сквозные темы. Во-первых, основной проблемой остается трансграничная наркоторговля. За последние годы Эквадор стал главным перевалочным пунктом колумбийского траффика, что увеличило насилие на приграничных территориях, поскольку преступные группировки борются за контроль над логистическими коридорами (действующие сегодня на границе группировки, представляют собой разрозненные преступные предприятия, специализирующиеся на наркоторговле и незаконной добыче полезных ископаемых, лишенные идеологического прикрытия прошлого).
Во-вторых, в 2008 году уверенность колумбийского правительства подкреплялась американской поддержкой в рамках масштабной инициативы «Plan Colombia», и США поддержали колумбийцев против жалоб эквадорцев на нарушения суверенитета. Сегодняшняя внешняя политика США едва ли заботится о суверенитете, оказывая давление по разным направлениям на колумбийскую администрацию и поддерживает Эквадор, где глава государства позиционирует себя как ключевого союзника США в регионе, стремясь использовать эту возможность для компенсации своих внутренних уязвимостей.
В-третьих, за последние десять лет экономическая асимметрия остается критической уязвимостью для Эквадора: торговые отношения с Колумбией всегда были более значимыми для эквадорской экономики, особенно в энергетической сфере, что в сухой сезон давало колумбийскому правительству дополнительные рычаги влияния. В-четвертых, подчинение государственной политики личным обидам и политическим потребностям лидеров двух стран: оба используют кризис в двусторонних отношениях, чтобы переложить вину друг на друга и разжечь националистические настроения в то время, когда их внутреннее положение шатко.
Пока оружие борьбы – тарифы и киловатты, однако, их влияние на повседневную жизнь населения обеих стран не менее разрушительно, чем военные операции. При этом, вряд ли можно ожидать принятие конструктивных решений политиками спорящих стран, так как в этом году в Колумбии пройдет очередные выборы главы государства и представляется, что у действующего лидера государства мало политических стимулов идти на уступки соседней стране. В свою очередь, если ставка эквадорской администрации на борьбу с насилием потерпит неудачу, она может усилить нарратив «внешнего врага», углубив заморозку двусторонних (в этом случае риск заключается в том, что «tarifa de seguridad» станет постоянным явлением, подрывая двустороннюю торговлю, поощряя контрабанду и препятствуя потенциальному сотрудничеству в борьбе с организованной преступностью).
Эту траекторию можно выровнять при условии, что к власти в Колумбии по итогам выборов придет новое правительство, отличающееся в плане идеологии со своими предшественниками, а в Эквадоре действующая администрация изменит курс под давлением внутренней политики. Этот конфликт подчеркивает, что, когда политические блоки борются за лидерство в своих странах, граница часто становится ареной социальной драмы и игрой с нулевой суммой.