Тише едешь, дальше будешь

Через два дня Лоу собрался на вторую встречу, которая тоже должна пройти в стенах здания детского дома. Утро начиналось как нельзя лучше. Мужчина хорошо выспался, позавтракал, а к девяти поехал к нему, надеясь, что сегодня всё пройдет так же хорошо, как и в прошлый раз.

Стоило выйти из машины, так он сразу встретил мальчика.

— Джером! Доброе утро, — с доброй улыбкой произнес Эдвард, подойдя к парню.

Увидев его, Батлер испуганно огляделся, дабы убедиться, нет ли рядом кого из воспитателей. И, стоило ему заметить, что сотрудников приюта поблизости нет, он подошел к мужчине. 

— Здравствуйте, — тихо, без вчерашней злости пробормотал он, с интересом заглядывая в пакет.

— Это тебе. Ты ведь говорил о карандашах и красках, но не уточнил каких, вот я и взял те, что приглянулись мне. Еще взял тебе скетчбук с плотной бумагой и кисточки, чтобы было удобно рисовать, — Лоу протянул ему большой пакет, из которого.

Парень раскраснелся — он не ожидал подобного. Никто никогда не приносил именно то, чего хотел сам Батлер. Обычно дарили какие-то конфеты, хотя он никогда не обладал тягой к сладкому. Но даже сейчас ответ оказался грубым:

— Не нужны мне эти подачки. Вечно приходите, дарите что-то, а потом без предупреждения исчезаете, — он убежал вглубь здания.

Эдвард хоть и немного расстроился, но в голосе мальчика явно не было злости, только обида.

На улице моросил дождь. Чтобы не мокнуть, он сел в машину и решил сначала немного подумать, а не сразу уезжать, теряя целый день. Все же такая реакция логична и ожидаема.

Очевидно, что Батлер не доверяет ему, даже боится. Ведь в таких местах обычно не очень радушны с детьми, да и сами подростки бывают жестокими. Но вид искреннего страха, который так старается спрятать Джером за напускной грубостью, определенно не радует Лоу.

А если он не сможет? Совсем ничего не сможет?

Парень может оказаться не просто сломленным, а разбитым на мельчайшие кусочки, не атомы конечно, но все же. Разумеется, их можно склеить, но надолго ли? Нет. Ведь малейший промах — и он разобьется снова, да так, что починить уже не получится.

Батлера можно сравнить с растениями. Он словно маленький засохший цветочек, который долгое время не поливали и не удобряли. Но Эдвард не такой. Он должен сделать что-то, чтобы этот цветок расцвел, даже если придется приложить все усилия. Но какова вероятность, что это не сделает ситуацию хуже?

Шквал тягостных мыслей прервал тот самый цветок — Джером, который вышел из здания и сел на ступеньках, ожидая кого-то. Эдвард только захотел подойти, как на территорию детского дома зашел невысокий светловолосый парень лет четырнадцати, явно не из бедной семьи, опередив мужчину. Блондин чуть не упал от резких объятий Джерома. Эдвард впервые увидел довольную улыбку на лице парня. Они улыбались. Очень долго улыбались и нежничали. В этот момент Джером напоминал настоящего котенка, который ласков с любимым человеком, а с остальными выпускает коготки. Искреннее счастье на лице Батлера не могло не обрадовать Лоу, который уже долгое время ждал именно его — того, кто отозвался трепетом в груди еще в первую встречу. Было ясно, что светловолосый парень не имеет никакого отношения к детскому дому: выглядел уж слишком опрятно и отличался от прочих детей. А значит, Эдварду не придется отрывать своего «цветочка» от чего-то по-настоящему дорогого — ну, если всё пройдет хорошо и у него получится усыновить мальчика.

Но недолго он любовался ребятами — те совсем скоро скрылись где-то за зданием, прячась от взглядов лишних глаз. Казалось, что теперь нет смысла сидеть без дела, но и уезжать без какого-либо адекватного диалога не хотелось, все же время, проведенное с Джеромом очень радовала Эдварда, чего уж не скажешь о самом мальчике. Лоу уткнулся в телефон и даже не заметил, как наступил обед и стоило бы прекратить бессмысленное времяпровождение и съездить куда-то перекусить или хотя бы развеяться.