The scariest man alive

Из резко распахнутого окна клубами повалил оранжевый дым, а вслед за ним со звуками кашля высунулось не менее оранжевое лицо. После открывания на срочное проветривание инженер ретировался из своего кабинета, к счастью через дверь. Мужчина уставши облокотился о стену рядом с дверью в свою мастерскую, сняв с лица лабораторные очки, после которых на лице остался чистый след вокруг глаз и чуть лучше стало видно все вокруг.

Он сунул руку в карман своего халата и к своему счастью обнаружил там мобильник, а то возвращаться внутрь за ним совершенно не хотелось. Пальцы сразу застучали по кнопкам с жуткой скоростью, набирая очень длинное гневное сообщение одному конкретному авиану. Так увлеченно выливая все свои негодования в текст он даже не заметил как именно этот авиан оказался рядом с ним.

— Мне кажется рыжий это не твой цвет, — Мамбо до конца своей жизни будет отрицать звук который он издал в тот момент. Он едва удержал в руках телефон, и резко встал ровно.

Гриан был не в своем геройском костюме, но на его спортивном костюме все так же имелась символика Хотгая. Когда он заступил на новую должность его шкафы буквально оказались завалены мерчом, что ему показалось немного эгоцентрично, но одежда была удобной и новой, так что он решил сильно не возникать по этому поводу. Приятным сюрпризом оказалось то, что вся она оказалась подходящей для авианов, так что ему даже не пришлось самостоятельно делать прорези для крыльев. Его волосы и перья на крыльях были слегка растрепаны, но не так сильно как после патруля. Сегодня ему явно удалось отоспаться и он находился в довольно приятном расположении духа.

— Гриан!

— Мамбо! Так, как там идут дела с моими стрелами? — Гриан усмехался и в голове Мамбо уже детально играет сцена, в которой он вырывает все его перышки.

Изначально инженер даже был рад когда тот попросил разобраться со стрелами, все же это были те самые стрелы. Мамбо совершенно точно не сидел ночами на фанатских сайтах в свое время, пытаясь выискать как можно больше информации про их конструкцию и его ноги тоже не подкашивались слегка когда он думал о том, что когда-то именно их держал в руках Хотгай. Точнее старый Хотгай… нет, это звучит очень плохо и Мамбо точно не хочет думать так о том, чей постер висит у него в комнате прямо над кроватью. Прошлый Хотгай. Оригинальный Хотгай. Да, так звучит лучше.

То, что Гриан попросил именно его тоже было довольно приятно, учитывая что теперь с ним работает целая команда ученых, готовых помочь, но он все равно обращается к нему. Оказывается дружить с супергероем номер один очень выгодно. Теперь у него есть своя собственная мастерская, небольшая и находящаяся вдалеке от всех, но своя собственная. Стажер, которым он был всего пару недель назад, даже мечтать о таком не смел.

Но то, в каком состоянии сейчас находилась эта самая мастерская заставляло его временно забыть о своей любви и благодарности своему другу.

— Ты вообще видишь в каком все состоянии?! — Мамбо сжимает и разжимает кулаки, стараясь немного успокоиться. — Почему ты не сказал мне что они взрываются?! И наполнены краской?!

— Ты так говоришь, будто я знал, — авиан усмехается, хотя на самом деле ему даже немного стыдно за такую подставу для его друга. Он действительно не знал что они могут так, но для этого они и были отданы инженеру - чтобы тот разобрался. А то пользоваться всем этим арсеналом без инструкций звучит как сомнительный план даже для него.

Мамбо посмотрел на него безумно уставшим взглядом и закрыл руками лицо. Что было конечно опрометчивым решением, ведь теперь единственное чистое место на нем, ранее защищенное очками, теперь тоже заимело оранжевый оттенок.

— Во-первых, я иду в душ, — Гриан медленно закивал, показывая всем видом, что это явно было хорошим решением в данной ситуации. — Во-вторых, ты отмываешь мою лабораторию.

— Но Мамбо, — даже грустные глазки не спасают Гриана в этой ситуации.

— Никаких но. Твои стрелы - ты отмываешь, — авиан все же решил заткнуться, потому что нечасто можно от Мамбо услышать такую жесткость в голосе. Видимо он действительно раздражен и не стоит это усугублять. — И, в-третьих, после ты идешь к доктору Фэну и разбираешься во всем с ним.

Гриан отпрянул от него и посмотрел такими напуганными глазами, будто Мамбо предложил ему пойти и самостоятельно сдаться всем злодеям, кому успел насолить оригинальный Хотгай за его карьеру. Что на самом деле для Гриана было довольно близким сравнением.

— Нет! Я много чего могу, но к нему я не пойду! — его глаза уже заметались в поисках выхода, чего Мамбо позволить точно не мог, так что крепко взял авиана за плечо. И немного поморщился после, потому что знал что теперь явно останется след.

— Друг, тебе в любом случае придется однажды с ним поговорить, ты не можешь его избегать вечно. Если честно, то я вообще не понимаю почему ты его так боишься. И это идет от меня - понимаешь насколько это странная ситуация?

— Он меня ненавидит, — Гриан говорит это абсолютно уверенным тоном, как то что земля круглая, а небо голубое. - И самое страшное что я знаю что он один из тех людей, что действительно могут что-то сделать. Так что прости, я не думаю что эта страна выдержит потерю двух Хотгаев в этом году.

— Так… — Мамбо неодобрительно посмотрел на него. — Слишком рано для таких шуток. А еще, я не думаю что он тебя ненавидит. Он может казаться довольно серьезным, но мне кажется у него просто такое лицо. Он на самом деле очень даже приятная личность. Серьезно, когда мы проходили с ним практику, то это было очень хорошим опытом. И к тому же он абсолютный гений, и, стоит ли мне напоминать, главный инженер Хотгая.

— Да, я понимаю… — но Гриан не успевает даже закончить свою мысль и перейти к новым отговоркам, потому что Мамбо его перебивает.

— Отлично, тогда я сейчас иду в душ, ты идешь отдраивать мою мастерскую, а после топаешь к Фэну. Иначе следующая стрела взорвется тебе в лицо.

Не принимая отказов Мамбо уже быстрым шагом направляется в сторону душевых, оставляя на белой плитке за собой отпечатки кроксов. Да уж, сегодня явно не лучший день для Гриана. И уборка каким-то образом сейчас кажется не самым плохим из занятий.

***

Давненько Гриан не чувствовал такого наплыва тревоги. В животе как будто появилась черная дыра, в голове мерцали красные лампочки и орала сигнализация и все из-за какого-то то ученого? Даже так авиан понимал что это абсолютная глупость, но не мог перестать прокручивать худшие варианты развития событий у себя в голове.

Он даже не совсем понимает, почему тот вызывает в нем такие чувства. Да, их официальная первая встреча была не особо удачной. Они и до этого периодически пересекались, но это врятли можно считать настоящим знакомством. Когда Гриан был стажером то конечно их представляли ведущим работникам. Да и когда Мамбо смог поработать с такой большой шишкой как доктор Каб Фэн, то он еще неделю не мог насчет этого заткнуться.

Но официально их первой встречей можно считать день когда его представили публике как Хотгая. Он тогда тоже едва стоял на ногах от нервов, не помнил даже половины того что прочитал по бумажке на трибуне. Его слепили бесконечные вспышки камер и выкрики репортеров и он не знал куда себя деть и что сделать. Все ощущалось совершенно неправильно, от слов, что он говорил, но они не исходили от него самого, до костюма, который все еще не был окончательно подогнан под его мерки. И едва выбравшись со сцены и желая хоть немного выдохнуть он наткнулся на доктора Фэна. И на самый ледяной взгляд что он встречал в своей жизни.

Довольно впечатляюще как мужчина, который был на полголовы ниже Гриана, смог заставить его чувствовать себя таким маленьким и беззащитным. Авиан плохо помнил о чем они тогда говорили, но помнит как ощущение того что он находится не на своем месте с каждой секундой усиливалось. И ещё хуже становилось от того, что после ни от кого он не слышал ни одного плохого слова в сторону ученого. Он даже с Мамбо смог заработать довольно теплые отношения. С Мамбо, который боится почти любой авторитетной фигуры. А это лишь подтверждало что Гриан единственный был объектом его презрения. И почему-то это не отпускало его.

И теперь он стоит у двери в его мастерскую и не может заставить себя даже постучаться. Он будто маленький нашкодивший ребенок, который не может собраться с силами и пойти к взрослым. Даже думать об этом ощущается глупо.

Прежде чем он смог загнать себя мыслями куда подальше и прежде чем костяшки пальцев коснулись дверь изнутри раздалось отчетливое “Входите.”

И тогда уже не оставалось вариантов. Гриан осторожно приоткрыл дверь, так будто в тот же момент изнутри на него могло что-то выпрыгнуть. Мастерская Фэна мало походила на небольшую каморку Мамбо, пространство это было действительно огромным, с кучей жутко научно выглядящих приборов и различной техники на разных стадиях сборки. Все как полагается ведущему специалисту.

За столом прямо напротив двери расположилась фигура мужчины. Он был небольшого роста, при этом довольно пухлого телосложения, и на ком-то такой вид мог выглядеть довольно комично, но не на этом ученом. Заостренные уши мужчины явно выдавали в нем какой-то след крови фейри, но вполне возможно это единственная черта унаследованная им от предков, как бывало у многих.

Доктор деловито поправил крупные квадратные очки. На манжетах его лабораторного халата виднелись пятна краски и это еще раз подтверждало то, что именно к нему стоило обращаться по поводу произошедшего со стрелами.

— Доброе утро… — мысленно Гриан тут же отругал себя, ведь на часах было уже почти шесть вечера, но исправляться сейчас было уже поздно. На свое неловкое приветствие он получил молчаливый кивок. Взгляд голубых глаз не покидал его ни на секунду и в этот момент очень хотелось провалиться под пол.

— Чем могу помочь? — тон мужчины звучал ровно безэмоционально, он продолжает копаться в бумагах на своем столе.

— Я, эм, такое дело, мне выдали снаряжение и там была куча стрел и ни единой инструкции. И особо никто не понимает как ими пользоваться. Мамбо пытался разобраться, но это закончилось… сомнительно, так что я думал, что возможно вы, как главный инженер, могли бы….

— Нет.

Гриан аж опешил от такой прямоты, это явно не было тем ответом, которого он ожидал. Он может принять нелюбовь в свою сторону, но такое наплевательское отношение к работе от человека, который явно не был из тех, кто любил отлынивать, переходит все границы. Так что Гриан стоит перед ним молча как рыба, не зная даже что ответить.

— Я был против того, чтобы вам выдавали это оружие, — Фэн отложил бумаги в сторону и теперь все его внимание было сосредоточено только на Гриане.

— Я!... Да я!... Вы не имеете права так себя вести со мной! — Наконец все его возмущение смогло найти путь через мозг к речевому аппарату. — Я имею полное право на это оружие. Как и имею полное право здесь находиться и занимать свою должность. А если вам это не нравится и вы дальше будете вести себя как напыщенный петух, то я могу показать вам шаблон заявления на увольнение!

Возможно Гриану не стоило говорить таких вещей, но он всегда был плох в том, чтобы держать язык за зубами когда ему что-то не нравится. А тут ему будто надавили на все болевые точки разом. Он получил свою новую роль без должной подготовки, без каких-либо инструкций, но с кучей обязанностей и образом который создал не он, но ему приходится его поддерживать. И теперь ему приходится еще и доказывать какому-то мудаку то, что он заслужил это место. Это выводит его из себя.

— Гриан, — еще одна деталь, авиан ничего не имел против того, чтобы его называли по имени, по большей части даже предпочитал это, но почти никто в проекте так не делал, все просто называли его Хотгаем. Возможно тут играла вся тайна личности прошлого героя, ну или так просто казалось правильнее внутри проекта. Фэн всегда звал его по имени, даже учитывая, что Гриан не помнил, чтобы он когда-то ему представлялся. — Я не хотел вас обидеть. Я сделал эти стрелы. И лук которым вы сейчас пользуетесь тоже сделал я. Но я сделал их для Хотгая.

— Могу напомнить, что я теперь Хотгай, так что я имею все права-

— Дело не в том, какие права вы имеете, а какие нет. Дело в том, что это оружие не подходит.

— Я между прочим… что?

Доктор поднялся из-за своего стола и Гриан внимательно проследил взглядом как он переместился к столу, заваленному заготовками тех самых стрел. Помимо этого над столом располагалась полка, заваленная различными чертежами, а также какими-то личными вещами.

— Вы же заметили что вам не особо удобно пользоваться этим оружием. Лук слишком громоздкий даже в сложенном состоянии, колчан не подходит для того, чтобы использовать его вместе с крыльями. Вашими сильными сторонами являются скорость и ловкость, но никак не точность.

И Гриан даже никак не мог поспорить. Конечно у них было много различных тренировок с различным оружием еще когда они были стажерами, в том числе с луком, но он никогда не был его приоритетным оружием. К тому же за счет полета у него была больше возможностей для уворота и лишний вес этому только мешал. Он все еще привыкает пользоваться новым луком, иногда даже вспоминая его предыдущего владельца нецензурными словами.

— Поэтому я с самого начала настаивал на том, что нужно провести работу над этим. Но все слишком торопились найти замену, и еще и маркетинговый отдел что-то пытался сказать об узнаваемости бренда, — даже по голосу слышно как ученый закатывает глаза, попутно роясь в чертежах. — Я могу подобрать что-нибудь куда более подходящее.

— Ох, это… на самом деле это было бы очень полезно…

— У меня очень много вариантов, я посмотрю что могу предложить и мы решим.

ГРиан почувствовал себя жутко неловко, учитывая что он пришел сюда с максимально негативным настроем, а в итоге действительно получит помощь, даже больше чем он рассчитывал изначально. Возможно Мамбо был прав и Фэн не такой уж страшный. Мамбо он конечно не скажет об этом, слишком много чести.

Пока мужчина продолжает рыться в своих чертежах, некоторые рассматривая дольше и откладывая в сторону, взгляд Гриана невольно проходится по вещам на полках. Небольшая сфера с темно синими растениями с голубыми пятнами на секунду зацепила его взгляд. Интересный террариум. Рядом стоял небольшой трофей на котором были выгравированы клюшка и шар для гольфа. Почти на самом краю полки расположилась рамка с фотографией. Гриану пришлось немного прищуриться, чтобы разглядеть изображение. Он немного сожалел что так и не надел свои очки когда выходил из комнаты, с ежедневным ношением лиц эта привычка забываться.

На фотографии было два человека, один из них держал камеру и приобнимал другого за плечи. Он сразу узнал во втором человеке Фэна, однако была немного странно видеть его таким несерьезным, он улыбался, показывая острые зубы, да и в общем вид у него был очень расслабленный. Человека рядом с ним он не узнал мгновенно, что было не то чтобы удивительно. Он явно был выше, его плечи были шире, волосы уходили за голову в хвост, он тоже имел заостренные вытянутые уши как и ученый, но наверное самой примечательной чертой были шрамы на его лице, да и на всей видимой коже. Один, особенно заметный проходил прямо поперек носа и едва не заходил на ярко зеленые глаза. Что-то в его лице все же было знакомое, но как будто чего-то не хватало и мозг Гриана старательно пытался понять чего именно. И спустя пару секунд переборов всех возможных вариатов его мысль остановилась на очках. Но не простых очках, на знакомом сине-оранжевом визоре. Черт, это же прошлый Хотгай…

— Скар, — Гриан аж подпрыгнул, внезапно вырванный из своих мыслей. Крылья за его спиной распушились.

— Что? — доктор невообразимо тепло смотрел на ту же фотографию, что украла внимание авиана пару секунд назад, и у того начало щемить в груди.

— Его звали Скар. Того, что был Хотгаем до тебя.

— Скар? Это что вообще за имя такое?...

— Ну, по крайне мере он себя так называл, — в голосе мужчины послышался тихий смешок.

Гриан даже не предполагал что они с его предшественником могли быть близки. И эта мысль бьет сильнее после того как он вспоминает о случившемся всего несколько недель назад.Тот взрыв был огромной трагедией для всех вокруг, но он никогда не задумывался были ли у того Хотгая родственники, друзья, еще кто-то для кого это было личной трагедией. И внезапно ситуация в его глазах будто развернулась на сто восемьдесят градусов. У ученого умер дорогой ему человек, но тому едва дали пару дней для скорби, потому что на его место притащили какого-то стажера, отдали его имя, все, ради чего тот так долго работал. На месте Фэна Гриан бы вел себя намного менее спокойно. И теперь смотреть на него больше не страшно, но невероятно грустно.

— Доктор Фэн…

— Каб, никто не называет меня доктор Фэн, — перебил его Каб, наконец вернувшись к чертежам.

— Эм, хорошо, Каб, вы с… со Скаром были близки?

— Он был для меня хорошим другом, даже лучшим другом, все таки мы работали вместе с появления Хотгая, невозможно за столько времени не привязаться друг к другом.

— Я сожалею вашей потере, — слова ощущались отвратительно и пусто, но авиан просто не знал что еще можно сказать.

— Не стоит, — Каб старательно делал занятой вид, по которому тоже было прекрасно видно что этот разговор и для него ощущался неловко. — Сейчас у нас есть работа, нужно подобрать тебе оружие получше. А о прошлом мы можем поговорить и позже.

На этом разговор явно был окончен.