The rainy night (2/2)

Ливень за окном уже бушевал не так сильно, но продолжал хлестать так уверенно, что мысль покинуть квартиру стала окончательно невозможной. Да и тут было так тепло, что от одного лишь взгляда за окно пробирала неприятная дрожь — за порог он точно ни ногой. Не сегодня вечером.. «Прости, академка, я правда закончу тебя потом».

Кружки уже опустели. Свет лампы в комнате Майка стал по ощущениям слишком тёплым, стоило солнцу совсем уйти за горизонт, покрыв улицу темнотой ночи. А разговоры казались слишком спокойными, особенно после ярых разочарований Уилера, от проигрыша в “Монополию”. Уилл искренне не понимал, как было возможно так быстро потратить всё своё состояние — возможно, у него самого всё не так плохо с финансовой грамотностью, как он думал. Хотя бы в монополии…

Байерс ощутил как усталость, словно снежная лавина, свалилась на его плечи. Он зевнул — тихо, завуалированно, прикрывая рот ладонью, пока слушал о том, как Майк провел прошлые выходные с Холли. Он не думал, что помощь одногруппникам на выставке, может так сильно утомить. Майк заметил это почти что мгновенно.

— Ладно, — сказал он, поднимаясь с постели. — Пойдём, устрою тебя.

— Эй, я вообще-то не… — Уилл попытался возразить, но Майк сделал жест рукой, предлагая идти за ним в гостиную. 

— Устал. Это видно за километр, — Уилер вскинул брови, словно говорил ну самую очевидную вещь. Он не стал даже дожидаться какого-либо ответа или возражения, просто вышел из спальни. Уилл покорно встал следом.

В гостиной Майк включил маленький торшер в углу — тот давал мягкий янтарный свет. Этого было безумно мало, чтобы осветить помещение целиком, но для приятной атмосферы, и, возможно даже сна — нечто вроде импровизированного ночника, сойдет. Пододвинул диванные подушки, расправил ткань, чтобы всё было идеально от ниточки до ниточки, хотя они оба понимают что как только Байерс сядет, всё равно сразу появятся небольшие складочки, и весь этот перфекционизм ни к чему. 

— Так… — Майк нагнулся к нижней полке стеллажа. — Где-то здесь был нормальный плед… ага. — Он вытащил большой серо-синий плед: толстый, пушистый, явно часто используемый. Стряхнул его, пытаясь придать ему идеальный вид. Уилл смотрел молча, наблюдая за тем как Уилер пыхтит над этим несчастным диваном. Он мог помочь и правда хотел это сделать, но вытянутая рука перед ним не позволила, ведь: «Уилл, это ты тут гость, всё в порядке, я не настолько безнадежен».

Ещё пару минут и чудесная ложа, специально для Уилла премудрого, была готова. Майк даже соизволил принести вторую подушку из своей спальни, ведь они будут явно поудобнее диванных. Последний штрих и диван был удостоен удовлетворительных кивков. 

— Так нормально?

— Очень, — ответ вышел совсем тихим, — спасибо, — Байерсу от чего-то стало странно. Захотелось поправить футболку, которая и так висела на нём более чем достойно, ну, в рамках её скромных возможностей.

— Майк, — в ответ он получил лишь заинтересованное мычание, сигнал о том, что тот слушает, не факт, что предельно внимательно, но всё же. — Спасибо, возможно мне не хватало этого. Ну, такого спокойного вечера. 

— Рад что.. — Уилер прочистил горло, — рад, что для тебя оно так. Если что, помни, ты можешь всегда написать мне, я буду рад снова поискать с тобой места для игры в D&D. Иначе учеба что-то совсем свела нас с ума. — Он мягко улыбнулся и положил свою ладонь на плечо художника. Совсем мягко и аккуратно, словно нащупывал невидимую грань. 

— Знаю. — и Уилл улыбнулся в ответ. Они постояли так ещё с минуту и, обменявшись, уже кажется привычным: «круто», пошли по кроватям. 

•••

Уилл лежал на диване уже минут сорок, если на больше. Сначала правда пытался заснуть. Когда тело полностью было расслабленным и где-то в подсознании была надежда на то, что почти уснул, за окном бил очередной гром. Переворачивался с бока на бок, просто лежал в тишине, слушая, как дождь поливает окна и как где-то за стеной тихо скрипит пол — значит, Майк всё ещё не лёг. Может, ему тоже не спится, а может, он ещё даже не ложился. Байерс же даже не в курсе, не отвлек ли он друга от каких-то вечерних планов тем, что всё-таки остался. Будет неловко, если Уилер действительно сидит и пишет курсовою работу по среди ночи. Уилл перевернулся на спину, уставившись в потолок. Плед уютно давил на плечи, по-особенному приятно касался тела, но внутри почему-то было неспокойно.

И тут — шаги. Осторожные. Сомневающиеся.

— Ты не спишь? — голос Майка прозвучал от дверного проёма, шёпотом, но всё равно слишком громко на фоне, погрузившейся в немую тишину ночи, квартиры. И, пусть Уилл и слышал как тот ходит, он всё равно вздрогнул, совсем чуть-чуть. Услышать голос было слишком неожиданно — на самом деле, он сначала подумал, что ему и вовсе показалось.

— Не получается, — честно признался он.

— Из-за грозы?

— Уже нет. Просто… — Уилл от чего-то замялся, хотя говорил до предельного честно. Перевернулся, чтобы посмотреть на фигуру, что выглядывала из за двери. — Просто не спится.

Майк кивнул, будто именно этот ответ и ждал. Он подошёл ближе — шаг, другой — и остановился рядом с диваном, всматриваясь в Уилла сверху вниз.

— Места хватит? — спросил он, слишком буднично, как будто это самое обычное предложение, как вместе дойти до магазина, например. Хотя раньше, когда были младше, они всегда спали именно вместе. Не важно, в спальне Майка или в подвале дома семейства Уилеров.

— Чего…? — Уилл моргнул.

— Я подумал… может, тебе спокойнее будет, если я… ну… тут. Пока дождь не кончится. Или пока ты не уснёшь.

Секунду Уилл просто смотрел на него — в темноте торшера, где Майк казался чуть мягче, чем обычно: плечи расслаблены, волосы немного растрёпаны, взгляд честный, но словно тоже тревожный, как и у него.

— Хватит, — наконец прошептал Уилл. — Конечно, хватит.

Майк глубоко вздохнул — будто готовился к прыжку с обрыва. Аккуратно лег рядом, забираясь под тот же синий плед. Диван немедленно отреагировал: пружины тихо, жалобно скрипнули, а ткань натянулась чуть сильнее. И тишина изменилась. Стала живее.

Майк лежал на спине, его руки поверх одеяла, будто боялся случайно задеть Уилла и тем самым нарушить границу и покой. Уилл лежал на боку, спиной к нему — хотя кажется чувствовал Майка всем телом, каждым сантиметром своей кожи. Несколько секунд, или минут, никто из них не говорил. Только дыхание, дождь за окном. Только близость, в которой было слишком много несказанного.

— Ты дрожишь, — вдруг сказал Майк, разорвав этот пузырь тишины, снова.

— Нет. — Уилл замер. Он не заметил за собой легкой дрожи, вообще. А Уилер, как обычно знает о нём всё, даже больше самого Байерса. 

— Чувствую же. — Тёплая рука осторожно коснулась плеча Уилла — так, будто Майк проверял температуру или что-то ещё, но на самом деле проверял его самого. Аккуратно, ненавязчиво. Пальцы едва ощутимо сжали ткань футболки.

— Я рядом, — сказал Майк пятой частью голоса, совсем тихо. — Если опять станет страшно.

— Мне не страшно. Мне уже не 12 лет, чтобы я боялся грозы за окном.

— Тогда почему ты…

— Потому что… — Уилл замер, пытаясь подобрать слова. — Я не знаю. — Паузу можно было потрогать руками — она висела в воздухе, тёплая и немного смущённая. Он лег на спину, вновь смотря в потолок, а Майк убрал свою руку, но не резко — плавно и.. не надолго. 

Уилл почувствовал легкое поглаживание на тыльной стороне ладони. Совсем невесомое, еле ощутимое — он мог поклясться, что ему это лишь чудится, но по ладони пошло такое тепло, которое не могли дать ни плед, ни батареи, ни теплый чай. Особенное, яркое — словно вспышки фейверка. Байерс не смог сдержать улыбки, когда уголки губ слегка дернулись от этого ощущения, а его дыхание перехватило. Он повернул ладонь так, чтобы её тыльная сторона лежала на простыне. Медленно раскрыл её, словно давал разрешение на что-то запрещенное, стараясь вовсе не дышать. 

Сердце пропустило удар, когда он вновь почувствовал это тепло. Когда чужие пальцы аккуратно, словно изучая, брали в замóк его ладонь. В детстве они часто держались за руки, Майк был очень тактильным мальчиком и постоянно таскал Уилла под руку, обнимал, каждый раз норовился коснуться. Байерс знал, что сейчас это прикосновение другое. Не просто желание тактильности, нет — тот маленький мальчик Уилер сейчас вложил в этот замóк свой особый, сокровенный смысл. Он говорил этим действием больше, чем могли сказать слова. И Уилл понял их, словно всю жизнь знал этот немой и тихий язык. Он тоже сжал его ладонь, и это был его ответ: «Да. Ты мне тоже». А в душé словно что-то растаяло. Всё беспокойство, что терзало его последние полчаса, совсем сошло на “нет”. Ему было по-настоящему спокойно. Снова. Байерс чувствовал лишь настоящую эйфорию и тепло, недопустимую нежность. Если бы его спросили, какое самое лучшее место на всей планете, он бы не задумываясь ответил: “Тут”. 

•••

По квартире расходится аромат кофе. Уилл слышит его, и именно он и вытаскивает его из пелены сладких сновидений. Байерс не сразу понял, где именно находится — спросонья голова соображала далеко не сразу. Осознание накрыло лавиной, когда он увидел знакомый интерьер гостиной, когда вспомнил сегодняшнюю ночь: тёплые касания, нежность и.. 

— Доброе утро? — Уилер пришел с кухни — он уже был переодетый в относительно деловой вид, в котором планировал направиться в колледж, и был весьма бодрым, даже кажется, довольным. — Я только шёл тебя будить, сам встал раньше будильника, не стал тебя беспокоить.. Давай, я сделал нечто вроде завтрака, ты как раз успеешь поесть, — и кивнув в сторону кухни он вновь удалился.

За окном уже было спокойно, даже кажется, выглядывало солнце. Было тихо, спокойно. Видимо погода разделяла внутренние ощущения Байерса в это утро. Одежду Уилера он аккуратно сложил на край дивана, а сам диван заправил, поправляя плед до идеала, пусть и знал, что уже после учебы, вечером, Майку всё равно придётся всё это убирать и отправлять в стирку. Он был готов поклясться, что одной ночи хватило, чтобы ткань постельного белья пропахла ими. И этот запах был приятным, верной и грамотной симфонией. Всё ещё чем-то хвойным, от Майка, но теперь с нотками чего-то мягкого.. возможно, персика. 

Завтрак был скромным, пусть Майк и представил утренний стол как пир в царском дворце. Ещё немного, и Уилл бы сам посвятил того в рыцари, ему лишь оставалось встать на колено. На столе покоились кофе со сливками, вафли из готовой сухой смеси, которую Уилер постоянно покупает домой, политые сиропом и даже с какой-то шоколадной крошкой. Они постоянно обменивались короткими фразами, чересчур будничными. Шутили о чем-то. 

•••

— Ничего не забыл? — Майк прощался с Уиллом в прихожей. Им на разные остановки, и отсюда Байерсу ехать до колледжа определенно дольше, чем от его собственного дома, поэтому он уходит пораньше. — Ты, конечно, почти ничего и не брал.. 

— Да, да, я всё собрал. Спасибо тебе ещё раз за то, что предложил остаться вчера вечером. Не представляю, как я бы потащился под тот потоп домой, я уверен меня бы унесло! Если не от ветра, то прямиком вместе с водой. — Он тихо хихикает себе, когда застегивает куртку — сегодня она и её бегунок уже не пытаются бороться с ним. 

Он потянулся за своей сумкой — в ней всё ещё так же покорно лежат карандаши и прочая мелочь, как и вчера, за исключением того, что скетчбук теперь лежал в спальне Уилера, а не в ней. Майк опередил его. Взял сумку сам, хотел передать её, но… Но вместо этого почувствовал как его предплечье обхватила чужая ладонь. Аккуратно, не сильно сжимая пальцами. А затем почти невесомое и мягкое ощущение на губах, которое отдало краской в уши и мурашками на загривке. Слишком быстрое ощущение, но ему показалось, что эти пару секунд превратились в минуты. 

— Хорошего дня, сэр Уильям. — Он видел, нет, он чувствовал, как тёмно-карие глаза бегали по его лицу. Смущенно, ведь он был слишком уверен в том, что целиком залился краской, взял свою сумку. Тепло улыбнувшись ответил: «И тебе, сэр Майкл», и ушёл на учебу. 

•••

До конца пары оставалось совсем немного — минут пятнадцать, даже меньше. Уилл видел, как за окном вновь сгущаются тучи, перекрывая небо целиком и не давая шанса солнцу хотя бы немного проклюнуться, как это было утром. Он любил осень, но будь она проклята, эта серая, зябкая погода. Глубоко вздохнув, он достал из сумки телефон и зашел в мессенджер. 

— Кажется.. там опять собирается дождь. 

— Приходи.