Тепловая смерть, часть 1

Робеспьер, как обычно, отправился сегодня утром на работу - в пограничье между Vitalis Tartarus и Vivus Tartarus, то есть жизненными и живыми недрами. Там он следил за состоянием труб и соединительных клапанов. В связи с огромной ответственностью, которую его должность требовала, Робеспьер имел хорошее жалование и социальный статус. Казалось бы, никаких проблем с состоянием труб, их соединений и клапанов не должно было и возникнуть. Но сила потока и температура воды постоянно меняются, что значительно увеличивает скорость износа труб и выхода из строя клапанов. Последние также были способны автоматически регулировать незначительные изменения потока, но для серьезной регуляции требовалось уже ручное управление. Например, при серьезном пожаре. Это тоже входило в прямые обязанности Custodia Lineae Vitae (Надзирателя Линии Жизни), коим Робеспьер и являлся.

Учитывая все вышесказанное, он усердно трудился три четверти рабочего дня, находя иногда время на простое человеческое общение. Находясь на пограничье двух организаций в одиночку, он естественным образом завёл друзей и в "Vitas", и в "Vitalis". Одним из добрых его приятелей был Кузьма по прозвищу Пожарский. Так мужчину стали звать, когда тот героически вытащил из горящего здания девушку, успевшую отравиться едким дымом. Пока Кузьма тащил обмякшее тело наружу, он не заметил раскалённой балки и врезался в неё лицом. Превозмогая боль, он все же смог выбраться вместе со спасенной на улице, где уже подоспевшие пожарные с медицинскими работниками взяли их под свою опеку. О подвиге с тех пор напоминал мясистый шрам от ожога... и, конечно же, прозвище.

Кузьма был обычным работником в Vitalis'e, занимая куда более низкую должность, нежели Робеспьер. Как водится, два человека с разными на первый взгляд характерами неплохо поладили за счёт общих интересов. Дружбу их скрепляли непринуждённые дискуссии, в том числе разговоры про Apostatae - отступниках, отказавшихся от подконтрольной городской жизни. Предметом обсуждений были их, отступников, бытовые, политическое и социально-экономические устройства. Не оставались без внимания и их отношения с Originali - "изначальными", жителями городов, к которым относились Робеспьер и Пожарский. Что очевидно, их взгляды частно не совпадали. Кузьма ревностно поддерживал городских жителей, идеализируя городской миропорядок. Робеспьер со своим гибким мышлением находил плюсы то в одной, то в другой фракции. Единственным источником информации у них было, конечно же, то, что считал Consilium Quinqae необходимым для распространения в массы.

– Я считаю, – говорил Кузьма, – что их почти коммунистический образ экономики, как бы это назвали в Старом мире, абсолютно глуп и самообманчив. Они получают все в равных количествах, лишаются самого главного человеческого достоинства – индивидуальности! Они осознанно лишаются ее ради стабильности, что равносильно нежеланию развиваться, идти вперед, самореализовываться. Напротив, горожане работают, стараются, и получают заслуженную награду за свои труды и качества. Я наверняка стану куда выше, чем рядовым рабочим, вот увидишь! Никакой уравниловки! Каждый должен быть хоть чуточку уникальным, как меня делает уникальным мой шрам. - Он по-доброму усмехнулся, видя, что друг уже готов возразить.

– Ох, тут я категорически не согласен, – отвечал ему Робеспьер. – Их так называемый коммунизм позволяет всем жить в равных, справедливых условиях. Они все вместе трудятся на благо своей общины, и даже можно сказать, что процветают. Мы превосходим их числом, однако они спокойно держатся на плаву. Похоже, их социум стабилен и надёжен.

Примерно так двое убивали время на работе, когда все задачи были послушно закрыты. Однако им не было известно, что их активно слушает ещё один работник Vitalis Tartarus, некий Джек.

Среди работников низкого класса было достаточно много Отступников, набранных добровольно или насильно. Второй ход событий был гораздо чаще. Вынужденных работников селили в бараках возле тех предприятий или государственных служб, как, например, Vitalis Tartarus, где они работали. Условия их труда мало чем отличались от рабского, а жалованье было копеечным. Обычно эти деньги тратились на медицинские услуги, так как со здравоохранением тоже наблюдались накладки. Джек, однако, к их числу не относился.

Он был из Добровольцев - группы поменьше, в которую набирали старших работников, занимавшихся надзором над бригадами. Их даже обучали своему ремеслу. Также у них был выбор - жить в особых бараках или же каждый день возвращаться в родную общину. Джек выбрал второе, ведь попал он туда совсем не случайно.

Как было прекрасно известно, некоторые группы Отступников промышляли терроризмом, и жертвой их чаще всего становилась стратегически важная водно-паровая система. Для того и отправили ничем внешне не примечательного Джека работать добровольцем в живительных недрах. Он должен был изучить и передать максимально точные системы труб и заложить в них тепловой заряд. Или хотя бы просто перекрыть поток. Также он должен был слушать, нет ли среди работников-горожан симпатизирующих Отступникам, или хотя бы сомневающихся. Джек, достаточно долго слушая разговоры Кузьмы и Робеспьера, обратил свое внимание на последнего. Когда он сообщил об этом своей группировке, они приказали ему переговорить с Надзирателем, попытаться склонить его на свою сторону, чем он вскоре и занялся, заранее продумав, что он будет говорить. 

И вот, спустя несколько дней, когда выходной Пожарский оставил Робеспьера скучать на работе, Джек смело подошёл к нему.

- Приветствую Вас, Робеспьер! Есть минутка?

- О, доброго дня, – с энтузиазмом ответил заскучавший мужчина. - Пожалуй... Вы знаете мое имя, но я не знаю Вашего.

- Прошу прощения, слишком одолело любопытство. Я Джек, доброволец.

Робеспьер оживился.

- Доброволец?

Джек кивнул - и следующие минуты прошли занятно. У него мастерски вышло вытянуть из Робеспьера каждую деталь, связанную с его взглядами. Тот был приятно удивлён наводящими вопросами и отсутствием перебиваний, которыми иногда злоупотреблял Пожарский.

- Какое глубокое и интересное мнение... - подытожил Джек. - Думаю, Вы мне подходите для одной просьбы. Нужно оставить для рабочих-отступников небольшую гуманитарную помощь. Так сказать, чтобы им было легче начать. Самое подходящее место - под трубами Линии Жизни. Не посмотрите, чтобы на этот момент у меня не возникло лишних свидетелей.

- Мне надо подумать, - отрезал Робеспьер, уже взвешивая все "за" и "против". Чисто формально там не было ничего незаконного, но что-то ощущалось не так. - Я дам вам ответ позже, не сегодня.

- Конечно-конечно, не спешите! Мне пора на мое рабочее место, я подойду через несколько дней за ответом, тогда и условимся. До свидания!

И Джек быстро вернулся на свое рабочее место в Vitalis Tartarus. Робеспьер же продолжил свою работу и стал думать об этом незнакомце. Он решил посоветоваться с Кузьмой по этому поводу, хотя и предполагал, какой ответ получит.