«Телята просят есть»

Как живет пензенский пенсионер, ставший фигурантом уголовного дела за четыре спиленных дерева

В середине февраля десятки федеральных СМИ процитировали пресс-релиз пензенской полиции о пенсионере, который спилил четыре сухих дерева стоимостью около четырех тысяч рублей. За кражу чужого имущества на него возбудили уголовное дело по ст. 158 УК РФ — по ней предусмотрено наказание до двух лет лишения свободы.

Корреспонденту «НеМосквы» удалось пообщаться со злоумышленником. Им оказался 73-летний Владимир Бурмистров, который живет в селе Большое Кирдяшево Наровчатского района. Он рассказал о своей умирающей деревне и о причинах, толкнувших его на преступление.

Обыденка

Село Большое Кирдяшево расположилось на самом краю Пензенской области, в 13 километрах от границы с Мордовией. То, что оно называется Большим, — отголосок далекого прошлого. Сегодня от него осталось меньше 100 дворов, в которых живут в основном старики и старухи. На прошлой неделе еще двоих отнесли на кладбище.

— Народ вымирает, а молодежи вообще не осталось, — сетует 73-летний Владимир Бурмистров. — Если захочешь найти рабочих, не найдешь никого. Потому что их тут просто нету.

Бурмистров поселился в Большом Кирдяшеве 20 лет назад. До этого он жил в областном центре и работал инженером в Межколхозстрое, который возводил коровники. В лихие 90е организация едва сводила концы с концами, а в нулевые сдалась окончательно.

— За один год я попал под сокращение сразу пять раз, а у меня дети маленькие, их надо чем-то кормить, — вспоминает Бурмистров. — В итоге отец посоветовал: брось ты это все. И отдал мне свою пчелиную пасеку, которой занимался всю жизнь. Так мы с женой начали работать на земле.

Сначала Бурмистровы купили одну корову, потом — вторую, потом открыли крестьянско-фермерское хозяйство. Сегодня в стаде у фермера около 100 голов. Жена несколько лет назад умерла. Следить за хозяйством помогает младший сын и три наемных работника.

— Одна женщина согласилась работать дояркой, я плачу ей 18 тысяч в месяц чистыми, — уточняет фермер. — Это наверное самая высокая зарплата в деревне. А еще я выплачиваю за нее налоги и отчисления в профсоюз [пенсионный фонд]. Это где-то еще восемь тысяч. Потому что если я с нее эти налоги вычту, ей жить не на что будет. И еще два парня работают у меня непостоянно: приходят, когда трезвые, что нечасто бывает. В деньгах они особо не нуждаются, потому что до сих пор живут с мамками. Ребята несамостоятельные: жен побросали, вино пьют.

Владимир Бурмистров спокойно относится к своему уголовному преследованию за четыре спиленных дерева. Он называет всю эту историю «обыденкой» и считает, что до реального срока дело вряд ли дойдет. Гораздо больше 73-летнего пенсионера тревожит, что «такие нюансы» отобьют у младшего сына охоту трудиться на земле. И ферма, в которую вложено больше 20 лет жизни, просто исчезнет.

Дело телячье

Каждый день Бурмистров отвозит четыре фляги молока на маслозавод, что находится в райцентре — селе Наровчат. За год набегает около 12 тонн. Мог бы отвозить и больше, но часть молока уходит на отпаивание телят.

В районных показателях его надои — словно капля в море. Главным локомотивом здесь считается комплекс коровников в селе Потодеево, который построен по передовым американским технологиям за полтора миллиарда рублей. 40 производственных объектов, новейшее западное оборудование и больше четырех тысяч голов элитного скота с самым высоким в мире генетическим потенциалом. В год одна такая корова дает больше 10 тонн молока — почти столько же, сколько все коровы Бурмистрова.

— Мы им даже не конкуренты, — смеется фермер. — У них бизнес, а мы так… Держимся на голом энтузиазме. У нас своей земли-то всего 100 гектаров, это практически нет ничего. Просил районную власть дать в аренду еще, чтобы посеять люцерну, клевер или бобовые для сена. Но пока не дают. Говорят, что мало площадей.

Компания, которая владеет передовым комплексом в Потодеево и принадлежит сингапурскому бизнесу, арендует больше 150 тысяч гектар пензенской земли для выращивания кормов. А фермер Бурмистров из-за отсутствия посевных площадей вынужден приобретать корма где-то на стороне.

В среднем на одну корову требуется 10 тюков сена в год, по 600-700 килограммов в каждом. Если удастся купить тюк за полторы тысячи, это уже счастье.

— Соломку подбираем у кого можем, — делится лайфхаками фермер. — Я подкупил кое-какую технику, окашиваю поля тем, кто не хочет ими заниматься. В прошлом году тюков 300 собрали за счет этого. Нам отдали их, получается, за просто так. Низкий им за это поклон.

По словам Владимира Бурмистрова, ферма давно уже не приносит прибыли. Зато долги растут. В 2022 году только на покупку зерна ушло полмиллиона рублей. С кредитом помогло Агентство по развитию предпринимательства, которое дает деньги под 10 процентов. В настоящий момент фермер должен ему 450 тысяч. Расплачиваться планирует осенью, когда забьет скот.

— Не знаю, сколько мне с этих денег останется. Поживем — увидим, — уточняет он.

Фабула преступления

В селе Большое Кирдяшево до сих пор нет асфальта. Газ подведен, но подключены к нему не все дома: позволить такую роскошь могут только те, кто более-менее зарабатывает.

Доярка и ее соседка живут без газа. Дрова для обогрева своих изб они собирают в лесу. Каждый год Бурмистров помогает им: дает трактор с тележкой, чтобы привезти лес ко двору.

— Мой дом газифицирован, а вот ферма — нет, — рассказывает пенсионер. — Поэтому мне тоже нужны дрова, чтобы отапливать сторожку и подогревать воду.

Горячая вода требуется для мытья тары из-под молока и приготовления пищи телятам. Бурмистров запаривает для них «Геркулес» на теплой воде и молоке — чтобы не болели. На зиму требуется примерно 30 кубометров дров. Это шесть грузовых машин, по пять тысяч рублей каждая.

О том, что «Единая Россия» разрешила населению бесплатно собирать валежник в лесу, Бурмистров читал в газете. Но собирать валежник зимой довольно затруднительно. Тем более недавно пенсионер перенес операцию: ему меняли сустав на ноге.

Идея спилить сухостой появилась у него в январе.

— Я и не скрывался ни от кого, — поясняет Бурмистров. — Согласовал с лесником, что спилю несколько стволов с краю, потому что вглубь не смогу зайти. Там же малинник растет и прочий подлесок. А мне ходить трудно.

Так он поехал в лес и нашел четыре сухих дерева, стоявших в одном месте. Три из них были со сломанными от ветра вершинами. Четвертое стояло целое, но уже без коры.

— Я их спилил, зацепил к трактору и отволок на ферму, — пересказывает пенсионер свое преступление. — По правилам надо было, конечно, распилить на метровые чурбачки. Но у меня уже сил не было там лазать, сустав-то еще плохой.

Спиленные деревья никто не прятал: они лежали у сторожки. На третий день их и обнаружила полиция, которая проводила проверку по заявлению какого-то приезжего охотоведа. Как указано в материалах дела, он обнаружил в лесу четыре свежих пня.

Вместе с участковым Бурмистров ездил в райцентр, где на него составили протокол.

— Им самим смешно было от этой истории, — рассказывает фермер. — Говорят: «Ну ты, Палыч, и даешь». Но я на них без обид: у них служба, никуда не денешься. Им команду дали — они поехали и выполнили. Сказали, что скорее всего будет штраф от трех до пяти тысяч рублей.

Бурмистров считает, что еще легко отделался. А его история, которая разошлась по многим федеральным СМИ, осталась для жителей Большого Кирдяшево почти незамеченной. Потому что здесь на повестке дня история покруче.

— В начале февраля у нас умерла Тамара Полякова, — поясняет Бурмистров. — По обычаям тут принято делать небольшие срубы в могилах, с деревянным потолком. Дети ее поехали в лес, спилили дубки для этого дела. Только не сухостой, а живые. И влетели на штраф в 86 тысяч. Следователи даже хотели могилу раскапывать, чтобы посмотреть, туда пошел лес или не туда. Но в итоге отказались от этой затеи, потому что народ стал уже возмущаться. Да и дети сразу заплатили штраф.

От деревьев, которые спилил Бурмистров, уже ничего не осталось: запаса хватило на две недели. В скором времени он снова собирается в лес, потому что телят надо поить.

— Я уже сходил в лесничество, говорю: мне надо выписать лес, — уточняет он. — Как выяснилось после моего скандала, сухостой тоже можно выписывать по заявке. Поэтому жду от них звонка.