Телефон

Топот ног, девочка бежала к телефону который трезвонил на весь коридор

"У аппарата Эмма Планк" звучало на весь дом. Приподнявшись на мысочки она болтала с братом который жил далече от неё. Обо всём на свете: об уроках, о занятиях музыкой, о родителях, которые ворчали что Эмма тратит все деньги на разговоры с Карлом. Они отдали немалую сумму чтоб установить этот аппарат и почти столько же денег отдавали в месяц чтобы была возможность звонить.

Так было каждую неделю. Либо она звонит Карлу, либо Карл звонил Эмме. Если же Карл не отвечал, она сидела на полу с трубкой в руках и свободной рукой теребила шнурки на ботиночках. И ждала. Ждала пока ей ответит знакомый голос: "у аппарата Карл Густав Планк".

— ты же не грустишь сильно из за того что я еду преподавать в Принстонский университет?...

— мы обязательно еще встретимся, сестрёнка. Будет свободное время и увидимся.

Канун 1952 года, девушка кружила около нарядной ёлки под песни из радио. Скоро пробьют часы. За окном кружился снег в своем собственном танце. Он белый и пушистый, ложился на здания и бегущих домой и гуляющих людей. Зеленые локоны падали Эмме на плечи при очередном прыжке и повороте. Скоро Новый год...

Эмма наконец запыхавшись села за стол, сияя ярче чем ее рождественская ель. Пробили часы двенадцать раз оповещаяя что наступил Новый 1952 год. Эмма опустошила бокал с слабоалкогольным напитком и решила позвонить Карлу, у которого тоже Новый год уже наступил по идее.

"Здравствуйте, вы дозвонились до Карла Густава Планк! В данный момент я занят. Оставьте сообщение"

— празднует что ли... ладно, попробую перезвонить через пару минут – пожала плечами девушка и пошла переодеваться в домашнее, да смывать макияж. Закончив дела она набрала тот же номер. Ей снова ответил голос автоответчика. Что ж ты будешь делать.

Она как в детстве присела около тумбочки с телефоном и принялась ждать, когда брат перезвонит. Но была тишина, нарушаемая лишь стуком часов и звуков за окном. Посидев так минут 15 в молчании, она почему то решила включить телевизор, может чтоб заглушить нарастающую тревогу внутри неё?

По телевизору шли новости, причем срочные. Диктор сообщал что в Берлине произошла катастрофа, точное число жертв неизвестно, мощный взрыв снёс половину города. В голове сразу вихрем пронеслась страшная мысль.

Берлин...катастрофа...Карл!!

Эмма бросилась к телефону. Голос автоответчика, никакой души. Она в панике набирала номер еще и ещё. Подступаюшие рыдания начинали ее душить, палец крутил диск на телефоне снова и снова. Но она все так же слышала только автоответчик.

— ответь, мне... Ответь же ну!

Услышав в двухсотый раз автоматический ответ она сползла вниз по стене с трубкой в руках и заплакала. Комната вокруг нее размылась и закружилась, ель весело горела цветными огнями словно и не было того внезапного горя. Она крепко прижимала к уху телефон и рыдала, на фоне бурчал диктор сообщая новые подробности Берлинской катастрофы, а юная Шрёдингер, которая пришла поздравить наставницу с праздником застыла в дверях не смея пройти. В тонких, еще бледно-болезных руках был зажат сверток с самодельной открыткой сверху.

***

— Господи, как тут все пыльно и в полном бардаке! Йозеф, нашел кого нибудь?

Другой поисковик пожал плечами пробираясь через силу по разрушенной квартире. От нее осталось только основание, немцы строили на славу свои дома. Особенно многоэтажные. Йозеф обернулся и увидел работающий телефон. Как он только выжил при таком взрыве, а? Немецкое качество, вот оно. Любопытство взяло над ним вверх. Он взял трубку и голос диспетчера проговорил что было оставлено сообщение. Парень нажал нужную кнопку и хмуро застыл слушая короткое сообщение. Судя по голосу отправительница долго плакала и голос у нее уже был слегка охрипший:

«У аппарата Эмма Планк. Карлуша, перезвони пожалуйста...»

После этого, сдерживая тяжелый вздох, поисковик обрезал телефонный провод.