Театральные крысы №25

16.05.2026 я посмотрела психологическую драму «Когда я был Андреем» по пьесе Екатерины Златорунской (реж. Андрей Хмелёв),

и спойлер, это мой любимый спектакль прошлого театрального сезона.

Предисловие

Это было моё первое знакомство с творчеством театральной группировки ДОГМА – одного из старейших независимых театров в Ижевске (в мае ребята отпраздновали 9летие). Они ставят в основном современную драматургию, в том числе авторства худрука театра, выше упомянутого Андрея Хмелёва. У меня много знакомых в ДОГМЕ, и судя по всему, что я слышала и видела (вживую и в соцсетях) их спектакли отличаются яркостью и даже уникальностью формы, но при этом мрачностью и глубиной содержания.

Когда вы чуть больше узнали о театре, традиционно кусочек из анонса.

История разворачивается в мире пятилетнего Андрея, который живёт с мамой и бабушкой. Однажды в его жизни появляется девочка Аня — и привычная реальность начинает меняться. Героям предстоит пройти через дружбу, соперничество, конфликт и расставание. Это история о детских травмах и о том, как тяжело бывает ужиться с самим собой.

Про содержание

Когда я садилась за эту рецензию, я решила изучить оригинальную пьесу Екатерины Златорунской и в процессе вспомнила, насколько же это тяжёлое произведение... Накануне премьеры в соцсетях театра выходили небольшие интервью с актёрами и режиссёром. Далее цитирую Андрея Хмелёва:

«Эта пьеса изначально была вызовом... Я не могу сказать, что влюбился в текст, но то что я равнодушно к нему отнёсся, тоже сказать не могу.»

То есть как будто материал сам по себе такой, что к нему и не знаешь, как подступиться... Поэтому мои уважение и восхищение ребятам из ДОГМЫ – достаточно запутанный и откровенно бьющий по психике текст получил такое чувственное и даже поэтичное воплощение.

Как и в любом хорошем спектакле, в «Когда я был Андреем» каждый увидит что-то своё (не осуждайте меня за столь инновационный тезис, сначала дочитайте). Например, в тех же мини интервью каждый делился, о чём этот спектакль именно для него:

режиссёр говорит, что этот текст о том, как важно не «сломать» ребёнка на его жизненном пути;
актёр Егор Волков (Андрей) говорит, что это повод порассуждать об одиночестве;
актриса Анна Матанцева (Аня) считает, что это о трудностях в жизни подростка.

ㅤ

Для меня же эта история, в первую очередь, о попытке принять себя таким (или такой), какой ты есть.

Сюжет идёт рука об руку с темами гендерной идентичности, вытекающей из неё гендерной дисфории и даже деперсонализации (если один или несколько терминов вам непонятны – тыкайте сюда).

Не мне вам рассказывать, насколько рискованно сегодня высказываться на эти темы, когда движение АБВГД+ признано экстремистским, а стигматизация (объяснения сложных слов по ссылке выше) ментальных расстройств всё ещё огромна...

Мало того, что спектакль рассуждает о достаточно сложных для восприятия вещах, повествование строится таким образом, что ты каждую секунду сомневаешься в реальности происходящего.

Во время просмотра я постоянно спрашивала себя: «Сейчас действительно произошло то, что нам показали? Или герой просто пересказал всё со своей точки зрения, и на самом деле всё было по-другому?!» (Не будьте как я. Смотрите спектакли, не заморачиваясь – режиссёр уже давно всё за вас придумал)

Это так называемый приём ненадёжного рассказчика, когда повествователь передает искаженную, неполную или заведомо ложную информацию, заставляя нас сомневаться в правдивости истории.

Для наглядности привожу пример из литературы — Гумберт Гумберт из Набоковской «Лолиты». Называя вещи своими именами, он сексуализирует ребёнка: называет Долорес Гейз, которой на момент их знакомства 12 лет, «коварной и жестокой соблазнительницей».

Разумеется, автор задумал историю совсем не так, как её рассказывает Гумберт. Поэтому он пишет своего героя вечно запутавшимся, иногда противоречащим самому себе вруном. Его рассказ периодически расходится по швам, и только сквозь эти дыры мы видим, что же происходит на самом деле.

Я, кстати, пока что не читала «Лолиту», просто знаю какие-то поверхностные штуки о великом романе... В подготовке этого куска мне очень помогла данная статья.

Возвращаясь к «Андрею» Екатерины Златорунской, совокупность ненадёжного рассказчика, не линейного повествования и открытого финала превращает всё происходящее в такую разминку для мозгов, что даже мои извилины натурально закрутились в кудряшки.

Я такое очень люблю, поэтому советую спектакль к просмотру всем, кто свой уровень насмотренности оценивает хотя бы чуть выше нулевого. Начинать своё знакомство с театром с данной постановки я всё же не рекомендую)))

Про форму

Если я когда-либо обсуждала с вами лично мои театральные предпочтения, то вы возможно в курсе, что, по-моему иногда недостаток средств идёт спектаклю на пользу. Сейчас объясню.

Представьте. На огромной сцене открывается тяжёлый, расшитый бисером и золотом занавес, за ним выстроен целый город с куполами и башнями, вокруг домов суетятся 50 актёров, наряженных в пух и прах в костюмы викторианской эпохи... Потом что-то спускается с потолка, что-то вылазит из пола, то и дело сцену затягивает туман, первый акт заканчивается снегопадом, а второй – фейерверком!

Представили? А теперь представьте бюджет этого мероприятия))) Лично я очень чётко вижу, как моим знакомым, работающим в культуре или ивент-индустрии становится плохо от суммы. В общем, к чему это... Согласитесь, с подобным инструментарием намного проще удержать зрителя в кресле?

А вот когда на сцене стоят полтора стула, и с их помощью полтора землекопа рассказывают свою историю...

Я считаю, что если при таких вводных зритель «выдерживает» спектакль, то это очень ярко показывает профессионализм всей творческой команды. И я думаю, не трудно догадаться о каком из двух примеров сегодня пойдёт речь))

В анонсе написано: «Спектакль, где минимум декораций: только тумба и кресло». Плюс в спектакле задействованы трое актёров, про них традиционно позже. О чём же я хочу вам здесь рассказать?) Нет, никто не угадал, о работе видеохудожницы Маши Макки.

Если вы читали другие мои рецензии, то вы знаете, что я большая фанатка нестандартных сценографических решений. И в этом спектакле была проведена самая изобретательная и, насколько я знаю, трудоёмкая работа со светом, что я видела: после спектакля Андрей Хмелёв сказал, что Маша разработала больше 100 световых сцен/пресетов/шаблонов (называйте как хотите), и у меня в голове это количество не укладывается до сих пор...

Просто представьте (да ещё раз, ну и что) – грубо говоря, в большинстве сцен кто-то из троих персонажей стоит в центре сцены и говорит свой текст. Физически больше ничего не происходит. Но из-за того, что абсолютно белое пространство, где существуют 2 ребёнка, тумба, бабушка и кресло, Маша для нас раскрасила – действие живёт и дышит.

Разные места и люди, которые окружают героев; атмосфера и эмоции, которые они проживают – всё создано игрой света и тени. Я регулярно смотрю очень разные постановки, но такой восторг, как от 3 белых стен и 3 актёров на них, я не испытывала давно.

Помните, выше я уже писала, что из-за структуры пьесы, ненадёжного рассказчика и т.п. действие зачастую воспринимается как галлюциногенный трип (минусы будут?) Так вот световое решение тоже полностью работает на этот эффект!

Когда мы смотрим на статичного героя в постоянно меняющемся пятне света – мы слышим героя, а смотрим на свет!

Вспомните заставку Джеймса Бонда, где герой идёт в динамичном белом кружке, а потом стреляет в зрителя. Или концовку какого-нибудь старого мультика типа Тома и Джерри, когда экран «чернеет» от краев к центру, и в конце остаётся только кружок с хитро подмигивающей мордочкой. В анимации этот приём называется «Ирис» (или Iris out/Наплыв виньеткой).

Свет – такой же герой этих эпизодов, как Джеймс Бонд или рисованная зверушка. И в этом спектакле свет неожиданно оказался практически таким же важным персонажем, как сам Андрей. Много ли вы знаете спектаклей, где сценография живёт наравне с актёрами? Теперь знаете как минимум один))

С Машей Маккой я познакомилась сильно раньше, чем дошла на спектакль в ДОГМУ, и я очень люблю её творчество.

У неё есть сайт, который она кстати тоже сделала сама (у меня вообще есть ощущение, что не существует того, что Маша бы не умела), и сейчас я совершенно нагло и неуместно оставляю вам на него ссылку.

Надеюсь, вы простите мне мою маленькую слабость – поддерживать локальных художниц и креаторок.

Про актёрские работы

Продолжение фразы из анонса про минимум декораций, звучит так: «Но максимум актёрской игры». Вы наверное и сами догадались, иначе на чём бы держалась крутость этого спектакля. Будь пьеса хоть 10 раз интересной, а режиссура и сценография изобретательными – если актёры играют плохо, то впечатление будет испорчено. Хорошо, что у нас сегодня не так))

Егор Волков в роли Андрея и Анна Матанцева в роли Ани – эталонные сценические дети (такое понятие вообще существует?). Ребята действуют очень органично – ни разу мне не бросилось в глаза, что они лет на надцать старше своих персонажей.

А про остальные аспекты их актёрской игры я вообще не знаю, как писать, чтобы не заспойлерить сюжет. Просто знайте, что если бы не талант ребят, мне бы так сильно не срезонировали остро социальные темы, которые пришлось объяснять в примечаниях... В общем идите и смотрите сами)))

Ну и конечно бабушка в исполнении Анастасии Стерховой – такая серо-серебристая, почти прозрачная на фоне белых стен и жёлтых ребят. Сложный, неоднозначный образ, который актриса воплотила мастерски.

Кстати тут обратный парадокс – персонажка лет на 40 старше актрисы, и это тоже в процессе совершенно не заметно.

Не каст спектакля, а история Бенджамина Баттона какая-то...

Резюмирую

Психологическую драму «Когда я был Андреем» в театре ДОГМА точно стоит увидеть, если вы уже несколько пресытились тем, что показывают в гос театрах, но всё ещё по какой-то причине считаете, что в независимых нечего смотреть. Спектакль мощно растрясёт вам голову и оставит в состоянии, в котором хочется курить на балконе 100 часов. Что ещё нужно для счастья?

Наверное дата следующего показа, но тут ДОГМА снова катает нас на эмоциональных качелях: «Второго шанса увидеть этот спектакль в ближайшее время не будет», написано в посте от 04.10.2026 (в этот день был его предыдущий показ, и я очень хотела успеть выпустить рецензию как раз к нему...) Короче, следующий раз будет неизвестно когда, так что внимательно следите за соцсетями театра.

Спасибо всем причастным за этот спектакль!

Примечания

Гендерная идентичность — термин, используемый для обозначения внутренней идентификации человека как мужчины, женщины или человека вне этой бинарной пары. Источник.
Гендерная дисфория — выраженный стойкий дискомфорт, связанный с несоответствием между гендерной идентичностью человека и полом, записанным при рождении. Источник
Деперсонализация характеризуется переживанием себя как странного или нереального; или чувством отстраненности от своих мыслей, чувств, ощущений, тела; или действий, как будто принадлежащих кому-то постороннему. Источник
Стигматизация — это процесс навешивания отрицательных социальных ярлыков на отдельного человека или группу людей. Источник.

[Вернуться к рецензии]