Teacher's pet

Пролог (пять лет назад)

В старом поместье семьи Таргариенов горели свечи, разливая по мраморному залу мягкий свет. Эйгон, двадцатидвухлетний наследник фамилии, смотрел на младшую сестру с улыбкой, в которой было слишком много запретного. Хелейне, семнадцать, со светлыми волосами и глазами, словно затянутыми туманом, смеялась над его шутками.

Сначала это были игры — прикосновения, которые задерживались дольше обычного, слова, наполненные намёками. Но в тот вечер, когда дождь хлестал по окнам, а музыка звучала приглушённо, их мир изменился. Они переступили черту.

Алисента, мать, узнала слишком рано. С её губ сорвались слова, от которых заледенела кровь:

— "Этого больше не будет."

Она разлучила их. Эйгон уехал в Европу изучать историю, а Хелейну отправили в пансион для девочек. Пять лет тишины. Пять лет ожидания.

Глава 1. Лекция

Оксфорд встретил Хелейну прохладным утренним туманом. Внутри старого кампуса казалось, что время застыло: каменные арки, старинные часы на башне. Она всё ещё не могла поверить, что это её новый дом.

Хелейна торопливо шла по коридору, прижимая к груди тетрадь и планшет. Расписание лекций у неё уже скомкано в кармане — первый день, и она умудрилась опоздать.

— Отличное начало, Хелейна, — мысленно выругала себя.

Она знала, что на первой паре будет курс по «Истории европейских династий». История её никогда особо не интересовала — она поступила на литературный факультет. Но обязательные предметы никто не отменял.

Дверь аудитории оказалась массивной, из тёмного дерева. Она глубоко вдохнула и, осторожно постучав, толкнула её.

Сначала она услышала голос.

— …и именно династии Габсбургов продемонстрировали, как родственные браки могут быть не просто политическим инструментом, но и опасностью для самой крови…

Хелейна замерла.

Голос был знакомым.

Слишком знакомым.

Она подняла глаза.

У доски стоял мужчина в тёмном костюме, высокий, с небрежно расстёгнутой верхней пуговицей белой рубашки. Он держал в руке маркер и рисовал схему на доске.

Он обернулся.

Эйгон.

На секунду мир исчез — остались только их взгляды. Он узнал её мгновенно. В его глазах мелькнуло что-то — удивление, растерянность, и едва заметная тень того, о чём они оба старались не вспоминать.

— Извините, я… опоздала, — голос Хелейны дрогнул, и она ненавидела себя за это.

Эйгон моргнул, будто возвращая себе привычную маску.

— Проходите, мисс… — он сделал паузу, словно испытывая её.

— Таргариен, — произнесла она почти шёпотом.

Несколько студентов повернулись к ней.

Эйгон едва заметно сжал маркер в руке, но лицо его осталось холодным, преподавательским.

— Садитесь, мисс Таргариен, — ровно сказал он.

Хелейна нашла свободное место в третьем ряду, стараясь не смотреть на него. Но сердце стучало так громко, что казалось, его слышат все.

Он здесь.

Пять лет тишины. Пять лет, за которые она научилась жить без него, заставила себя забыть. А теперь он стоял перед ней — уже не просто брат, но профессор, мужчина, от которого теперь отделяла целая пропасть.

Лекция продолжалась, но Хелейна не слышала ни слова. Она чувствовала его взгляд — короткий, скользящий, но слишком знакомый.

А когда пара закончилась, он остановился у двери.

— Мисс Таргариен, задержитесь

Студенты постепенно вышли из аудитории, громко обсуждая что-то между собой. Хелейна сидела неподвижно, не зная, куда деть руки, пока последний человек не закрыл за собой дверь.

Эйгон стоял у кафедры, медленно складывая конспекты. Он делал вид, что занят, но по тому, как сжаты его пальцы, было видно — он тоже ищет, что сказать.

— Подойди, — тихо произнёс он, и это прозвучало совсем не как формальная просьба профессора к студентке.

Хелейна поднялась. На секунду ей показалось, что ноги не слушаются, как тогда, пять лет назад, в их доме. Она подошла ближе, но не настолько, чтобы он мог услышать её дыхание.

— Ты здесь… — она замолчала, не зная, что дальше.

— А ты поступила в Оксфорд, — в его голосе звучала сухость, но глаза были слишком живыми. — Как давно ты знала?

— О чём? — она нахмурилась.

— Что я буду преподавать здесь.

— Я не знала, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Для меня это такой же шок, как и для тебя.

— И почему родители не знают, что ты здесь преподаёшь? — голос Хелейны прозвучал чуть тише, чем она хотела.

Эйгон посмотрел на неё, прищурился и слабо усмехнулся, словно эта тема его вовсе не удивила.

— Ты же знаешь, после назначения отцом Рейниры как наследницы, я не так часто с ними общаюсь, — он слегка пожал плечами и почесал свои светлые волосы, которые теперь были чуть длиннее, чем пять лет назад. — Они прислали мне письмо буквально за день до назначения. «Эйгон, в Оксфорде нуждаются в молодом профессоре, ты подходишь». Вот и всё.

— Конечно… им так проще, — тихо пробормотала Хелейна, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— А ты… они хотя бы знают, что мы с тобой теперь под одной крышей? — его взгляд стал внимательнее, настойчивее.

— Нет. — Хелейна чуть усмехнулась, но в этой улыбке было больше усталости, чем радости. — Мама до сих пор считает, что мы должны быть… на разных континентах.

Эйгон тихо хмыкнул.

— И всё же мир любит иронии.

Он замолчал на мгновение, потом медленно добавил, глядя прямо в её глаза:

— Тебя это пугает, Хел? Что я снова рядом?

Хелейна сглотнула, сжимая ремень сумки.

— Не пугает… но я не знаю, как теперь с тобой разговаривать.

— Тогда начни с простого, — усмехнулся он, делая шаг ближе. — Скажи мне «здравствуй», словно мы обычные брат и сестра. Сможешь?

Хелейна не знала, что сказать. Пять лет разлуки не стерли воспоминаний — напротив, они сделали их острее. Он стоял перед ней — всё такой же родной.

— Не могу, — выдохнула она, пытаясь улыбнуться. — Мы оба знаем, что никогда не были «обычными братом и сестрой».

Эйгон слегка улыбнулся в ответ, но в его взгляде была тихая грусть. Он шагнул ближе, взял её ладонь в свои пальцы, но уже без прежней дерзости — как будто просто проверял, не сон ли это.

— Хел, — тихо сказал он. — Я думал, что время всё изменит. Но понимаю, что мы просто… стали старше. И всё.

Она на секунду сжала его руку, а потом мягко высвободила её.

— Ты теперь профессор, Эйгон. Всё стало сложнее.

— Да, сложнее, — он усмехнулся, — Но ты всё равно осталась моей младшей сестрой. Я рад тебя видеть.

Эти слова неожиданно растопили её тревогу. Она впервые за утро улыбнулась по-настоящему — немного робко, но искренне.

— Я тоже рада.

Они ещё пару секунд смотрели друг на друга — словно стараясь поверить, что эта встреча реальна. Затем Хелейна поправила сумку на плече.

— Мне нужно идти. Но… увидимся на следующей лекции, профессор.

— Увидимся, мисс Таргариен, — слегка поддразнил он, но его улыбка была мягкой.

Когда она вышла из аудитории, Эйгон провёл рукой по волосам и едва заметно улыбнулся.

— Снова вместе… Хел, кто бы мог подумать.

Хелейна едва вышла из аудитории, как её окружили три девушки из общежития, с которыми она познакомилась накануне вечером — Диана, Оливия и София. Все они были на её факультете, но явно гораздо больше интересовались новостями, чем учёбой.

— Хелейна, он твой родственник? — сразу выпалила Диана, она прищурившись.

— Вы очень похожи, — добавила Оливия, словно делала экспертное заключение.

Хелейна растерянно поправила сумку на плече.

— Ну… да. Это мой брат.

София тут же театрально прижала руку к груди.

— Он такой красивый, ты обязана нас познакомить!

— Теперь-то мне нравится учёба, — добавила Диана, явно намекая на внешность Эйгона, и девушки дружно захихикали.

Хелейна невольно поморщилась. Им бы только обсудить его лицо, а не то, какой он на самом деле, — подумала она. Ей совсем не нравились эти разговоры.

— Он… просто профессор истории. И мой брат, так что не ждите чудес, — сказала она, стараясь звучать холодно.

Оливия игриво толкнула её локтем.

— Брат — это даже лучше, ты сможешь нас познакомить без проблем. Ты не представляешь, сколько девчонок уже шепчутся о нём!

— Я представила, — сухо ответила Хелейна и сделала шаг в сторону, чтобы уйти.

Оставшуюся половину дня Хелейна провела на парах. Ещё две лекции тянулись бесконечно: она не могла сосредоточиться, ведь мысли то и дело возвращались к Эйгону, к его взгляду на лекции и к тому, как студенты вокруг перешёптываются о нём.

К концу занятий она чувствовала себя вымотанной и усталой.

Общежитие

Войдя в свою комнату, Хелейна буквально свалилась на кровать, уставившись в потолок. Весь день был слишком насыщенным, и она хотела только тишины.

Телефон завибрировал на тумбочке. Сообщение от Эйгона.

Эйгон: «Ну что, выжила после первого дня?»

Хелейна: «С трудом. Меня пытали вопросами про тебя.»

Эйгон: «А что ты им сказала? Что твой брат — лучший профессор?»

Хелейна: «Сказала, что ты просто профессор. И точка.»

Эйгон: «Оу, холодно. Придётся исправлять твоё мнение.»

Она усмехнулась, покрутив телефон в руках.

Эйгон: «Предлагаю обмыть твой первый день. Только мы вдвоём. Без этих любопытных девиц.»

Хелейна: «Ты уверен, что это хорошая идея?»

Эйгон: «Нет. Но когда я делал хорошие?»

Хелейна: «...Ладно. Только ненадолго.»

Через пару часов, когда Эйгон освободился после своих лекций, он написал:

Эйгон: «Встречаемся у твоего окна. Через пять минут.»

Хелейна накинула пальто и, проверив, что коридор пуст, аккуратно выбралась через окно первого этажа общежития.

Эйгон уже ждал её, облокотившись на машину и держа пакет.

— Ты ненормальный, — сказала она, подходя ближе.

— Ты сама согласилась, Хел, — усмехнулся он, показывая бутылку вина. — Пойдём?

Библиотека

Они отправились в университетскую библиотеку, где Эйгон, как профессор, имел ключи от всех помещений.

— Надеюсь, камеры тут не работают, — сказала Хелейна, осматривая тёмные стеллажи.

— Даже если и работают, пусть думают, что мы обсуждаем историю, — ухмыльнулся он, открывая вино.

Они сидели на полу у окна, смеялись и пили из пластиковых стаканов.

— Знаешь, тебе идёт этот университет. Но ты всё такая же, как раньше, — сказал Эйгон, глядя на неё с теплотой.

Хелейна почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Не начинай… — прошептала она, но не успела договорить — Эйгон коснулся её губ.

Эйгон медленно отстранился, их дыхание смешивалось, а в его глазах горел тот же огонь, который Хелейна боялась и ждала.

— Ты… не должен так делать, — выдохнула она, прижимая пальцы к губам, всё ещё чувствуя его вкус.

— Не должен, но хочу, — ответил он тихо, глядя прямо в её глаза.

Эйгон снова коснулся её губ, и Хелейна больше не пыталась сопротивляться. Поцелуй стал медленным, глубоким, их дыхание сливалось. Она ощущала тепло его рук на своей спине, а сердце стучало так громко, что казалось — его услышит весь Оксфорд.

— Эйгон… — прошептала она, когда его ладони мягко скользнули по её талии.

— Скажи, если хочешь, чтобы я остановился, — ответил он, глядя прямо в её глаза.

Хелейна молчала. Она просто потянулась к нему, будто признаваясь в том, что сама не готова остановиться.

Вино стояло заброшенным рядом, книги лежали раскрытыми. Эйгон осторожно положил её на плед, который кто-то оставил в читальном зале, и накрыл своим пальто. Их движения были неловкими, осторожными, но с каждой минутой становились увереннее.

Тишина библиотеки казалась оглушительной. Лишь их дыхание и тихий шелест одежды заполняли пространство.

— Я скучал по тебе все эти годы, — выдохнул Эйгон, скользя губами по её плечу.

— Я тоже, — призналась Хелейна, чувствуя, как её тело дрожит от того что происходит.

Он смотрел на неё так, будто она была самым хрупким сокровищем, и каждый его поцелуй был признанием, которого они не решались произнести вслух.

Эта ночь была их тайной — без слов, без обещаний, только он и она, среди старых книг, под сводами, хранящими вековые истории.

Утро в библиотеке

Хелейну разбудил мягкий утренний свет, пробивавшийся через витражные окна. Она лежала на пледе, укрытая пальто Эйгона, а его рука всё ещё обнимала её.

— Доброе утро, Хел, — хрипло произнёс он, не открывая глаз.

Она села, поправляя выбившиеся волосы.

— Мы… провели здесь всю ночь? — спросила она, оглядывая полки и книги, которые теперь выглядели как свидетели их тайны.

— Похоже, да, — усмехнулся Эйгон, потянувшись и садясь рядом. — Зато теперь у нас будет самая странная история о том, как мы "учили историю" всю ночь.

Хелейна бросила в него подушечку от кресла, но улыбнулась.

— Ты ненормальный, Эйгон.

— Только с тобой, Хел.

Он легко поцеловал её в висок.

— Нам нужно бежать, пока библиотекарь не пришла.

Хелейна быстро натянула пальто и помогла ему собрать вещи. Но внутри неё было чувство, будто что-то изменилось. Их отношения перешли черту, за которой возврата уже не было.

Они вышли из

библиотеки ранним утром, когда университет ещё дремал. Холодный воздух коснулся их лиц, и Хелейна натянула шарф, чтобы скрыть горящие щёки.

— Тебе нужно поспать, Хел, — сказал Эйгон, слегка улыбнувшись, но в его глазах было что-то серьёзное.

— Мне нужно многое осмыслить, — тихо ответила она.

Он не стал её удерживать, лишь провёл пальцами по её ладони, прежде чем отпустить.

— Увидимся на лекции, — добавил он, будто ничего не произошло.

Общежитие

Хелейна едва успела забраться обратно через окно в свою комнату. Она упала на кровать, уставившись в потолок. Что это было? Что мы сделали?

Сердце всё ещё бешено колотилось, а на губах она чувствовала вкус его поцелуев. Всё казалось нереальным — как сон, слишком яркий, чтобы быть правдой.

Но долго думать ей не дали: дверь неожиданно распахнулась, и на пороге появились Диана, Оливия и София.

— Хелейна, ты чего не отвечаешь? Мы стучали! — возмутилась Оливия, заметив её взъерошенный вид.

— Ты что, уже с утра куда-то бегала? — добавила София, прищурившись.

— Я просто… хотела прогуляться, — быстро сказала Хелейна, стараясь не покраснеть.

Диана тут же усмехнулась:

— Ух ты, наша скромная соседка уже с рассвета куда-то ходит! Наверное, вдохновение ищет для лекций.

Хелейна натянуто улыбнулась, решив не продолжать тему.

— Мне нужно переодеться, и нужно на пару.

— Мы как раз тоже! Идём вместе, — предложила София, и спорить было бессмысленно.

Они зашли в аудиторию чуть раньше звонка. Эйгон уже стоял у кафедры, разбирая бумаги. Он поднял взгляд и на мгновение встретился с Хелейной глазами.

Её сердце пропустило удар. В его лице не было ни тени того, что случилось ночью — он был холоден, собран и безупречен, как профессор.

— Садимся на первый ряд, тогда будет проще списывать, — шепнула Диана, потянув Хелейну за руку.

Хелейна села, пытаясь не смотреть на него, но чувствовала его взгляд, словно лёгкий ток, проходящий по коже.

— Доброе утро, студенты, — спокойно начал Эйгон, будто между ними ничего не было.

Она нервно сжала ручку, понимая, что скрывать свои чувства будет всё сложнее.

Начало лекции

Он говорил о династиях, о том, как история хранит память о великих правителях, но его глаза снова и снова скользили к Хелейне. Она чувствовала этот взгляд.

Один раз, проходя между рядами, он наклонился к её парте, чтобы взять листки с конспектами, и его пальцы слегка коснулись её руки.

Лёгкое, мимолётное прикосновение — но Хелейна едва не задержала дыхание.

Когда он отдал листки обратно, их пальцы снова соприкоснулись — как будто случайно, но слишком мягко, слишком долго для случайности.

Взгляды*

Каждый раз, когда она поднимала глаза, он уже смотрел на неё. В его взгляде не было строгости профессора — только тепло и тихий вызов, от которого у Хелейны учащалось сердце.

Один раз он подошёл к доске, но перед тем, как повернуться к аудитории, скользнул взглядом по её губам.

Диана и Оливия что-то шептали друг другу, думая, что Эйгон просто выделяет её как студентку из-за близкого родства, но Хелейна знала, что это не так.

В конце лекции он прошёл мимо её ряда, незаметно скользнув пальцами по спинке её стула. Лёгкое прикосновение, словно случайность, но она почувствовала этот жест сильнее любого слова.

После лекции Хелейна вышла из аудитории одна. Эйгон задержался, раздавая студентам задания, но её сердце уже знало — он позовёт её.

Сообщение пришло почти сразу:

Эйгон: «Сегодня. У меня. Без вопросов.»Она не сопротивлялась.

Квартира

Эйгон открыл дверь, когда она едва успела подняться на этаж. Его волосы были чуть растрёпаны, на нём была простая чёрная рубашка, и он выглядел не как профессор — просто Эйгон, тот, которого она знала.

— Ты пришла, — тихо сказал он, отступая, чтобы впустить её.

Хелейна вошла, ощутив запах его парфюма, смешанный с чем-то тёплым, домашним.

— Ты написал так, что невозможно было отказаться, — слабо улыбнулась она.

Эйгон закрыл дверь, на мгновение задержавшись, словно боялся поверить, что она действительно здесь.

— Хел… — его голос стал мягче. — Я больше не хочу притворяться, что мне всё равно. Я не могу держать это в себе.

Она застыла, сердце забилось сильнее.

— Эйгон…

Он подошёл ближе, взял её лицо в ладони.

— Я люблю тебя, Хелейна. Любил эти пять лет, люблю сейчас. Даже если это безумие.

Слёзы блеснули в её глазах. Она прижалась к его рукам, будто боялась, что он исчезнет.

— Я тоже, — прошептала она. — Я пыталась бороться с этим, но я тоже тебя люблю. Всегда любила.

Эйгон не дал ей сказать больше — его поцелуй был тёплым, полным всего того, что они скрывали. Он крепко обнял её, прижимая к себе, и весь мир снова исчез.

Они стояли у окна, где вечерний свет окрасил комнату в золотые тона, и в тот момент Хелейна поняла: это любовь, которой не страшны ни время, ни чужие взгляды.

Хелейна и Эйгон стали встречаться, несмотря на всё — на строгие правила университета, на осуждение семьи, на собственные страхи. Их связь, начавшаяся как опасная тайна, становилась всё крепче с каждым днём.

Никто не догадывался о том, что профессор истории и тихая студентка из влиятельной семьи проводят ночи не за учебниками, а друг с другом, прячась от всего мира.

Они учились балансировать между долгом и чувствами, между прошлым, от которого пытались убежать, и настоящим, которое их неумолимо связывало.

Хелейна впервые чувствовала себя живой — не просто послушной дочерью богатых родителей, а собой, рядом с человеком, которого она любила с подростковых лет.

Эйгон тоже понимал: всё, что он делал раньше, было лишь подготовкой к этому моменту.

И пусть каждый день мог принести угрозу разоблачения, они знали одно — они больше не отпустят друг друга.