Таврическое волшебство
Осенний лист упал на землю Таврического сада, в его падении было что-то символическое, что-то влекущее и волшебное, по крайней мере так казалось Герману Астахову в ту секунду, в которой находился он, по его собственным оценкам, уже несколько месяцев. «Нет, я совершенно точно неспособен себя понять...», – патетично и звонко закончил он какую-то практически неподъемную мысль, задумчиво затянувшись потухшей самокруткой. Заметив, что не выпустил дыму, он начал судорожно шарить по карманам в поисках зажигалки. Во внутреннем кармане куртки, на который Герман рассчитывал больше всего, зажигалка так и не захотела появиться, даже после третьей попытки.
«Ладно, придется что-то с этим делать», – решительно произнес он вслух, и, преодолев значительное внутреннее сопротивление, поднялся с лавки и направился в сторону проходившего мимо интеллигентно выглядевшего мужчины, которого он счел подходящим для того, чтобы потревожить без ущерба для своей души.
— Пардон, – мешкаясь произнес Герман, – не могли бы вы, пожалуйста, подсобить с огоньком?
— Да, конечно, – ответил мужчина в черном пальто, и ловко достал зажигалку из правого кармана штанов.
— Спасибо большое, — произнес Герман и, прикурив самокрутку, протянул зажигалку мужчине. Герман продолжил: «Извините, а откуда Вы узнали, что зажигалка именно в правом кармане штанов?».
— Простите? – приподняв бровь, удивился мужчина, и убрал зажигалку туда, откуда вынул.
— Вы так уверенно достали зажигалку, как будто совершенно точно знали, что она именно в правом кармане штанов. Знаете, обычно люди шарят по карманам какое-то время, как бы прикладывают немалый труд, и нередко зажигалки оказываются в совершенно непредсказуемых местах, понимаете?
— Извините, но совершенно не понимаю, молодой человек. Зажигалка у меня всегда лежит в правом кармане штанов, и другие вещи тоже разложены по своим местам, где им и надлежит находиться.
— Вы знаете, это очень необычно – продолжил Герман, – очень необычно...
– Извините, у меня срочные дела. Всего вам доброго.
Черное пальто учтиво поклонилось и заставило Германа сделать то же самое в ответ. «Всего доброго», – сказал Астахов, и двинулся в сторону лавки, на которой сидел. «Интересный человек, – подумал он, – какое внимание к деталям, какая дикция... удивительно, просто удивительно...».
Продолжая обмысливать эту интереснейшую встречу, Герман практически вплотную подошел к лавке, которая, как выяснилось, уже была занята бабулей, кормившей птиц. Астахов немного расстроился, что потерял место, в котором так удобно и приятно было придаваться думам, и, вздохнув, решил сделать по Таврическому очередной кружок.
«Возьмутся же откуда-то такие люди, все у них на своих местах, все у них в жизни как положено... Хотя и я тоже, наверное, имею право на существование, на что-то ведь я тоже гожусь? Если подумать, то гожусь ведь на что-то...», – Астахов шел по дорожке, замедляясь и ускоряясь в соответствии с напряженностью мысли, мало обращая внимания на то, что происходило вокруг. В какой-то момент он бросил взгляд вперед и увидел, что к нему навстречу идет то самое черное пальто, которое одолжило зажигалку, оно прогуливалось по парку и смотрело по сторонам. «Это он!», — встрепенулся Астахов и, ускорив шаг, двинулся в его сторону. «Дела у него, значит... конечно, срочные дела...», – обиженно бубнил он под нос. Мужчина заметил знакомую фигуру вдалеке и то, что она уже практически мчится в его направлении. Пальто лихо развернулось на месте и двинулось прочь с необычайной скоростью.
«Заметил, гадина! – плюнул Астахов. – А ну стой!». Мужчина не уставал ускоряться и, периодически оглядываясь назад, видел возможно чрезмерно заинтересованные глаза молодого человека, который уже был готов бежать. Так началась изнуряющая погоня, которая длилась минуты четыре. Пальто старалось делать вид, что ни от кого не убегает, а Астахову подозрительно часто приходилось уворачиваться от прохожих, не забывая, при этом, перешагивать маленьких собачонок, которых он по невнимательности рисковал давить. В какой-то момент преследователь не выдержал и закричал: «Постойте же, постойте, мужчина! Куда же вы так бежите!?».
Мужчина резко остановился и раздраженно выбросил:
— Что вам нужно от меня, вы, ненормальный?!
— Я просто хотел узнать, как это вы так ловко с этой зажигалкой... Эть, и вот она! Готова к действию!
— Да что-ж вы пристали ко мне с этой зажигалкой!
— О, нет, это не просто зажигалка! Дело совершенно в дру...
— Отстаньте от меня, молодой человек, — перебил мужчина, – идите по своим делам, иначе вы меня доведете!
К этому моменту Астахов уже держал мужчину за плечи и не собирался заканчивать допрос:
— Скажите мне, как вы эту зажигалку так всегда в кармане носите, и все без перебоев! Признавайтесь, сейчас же признавайтесь!
Черное пальто совершенно потеряло самообладание:
— Случайно я ее в кармане нашел, случайно! Просто так вышло, нет в этом ничего особенного! Отпустите меня!
— Как, случайно? – ошарашено спросил Астахов, ослабив хватку.
— Вот так, вот так! – уже практически лаяло пальто, – забудьте про зажигалку и отпустите меня, в конце концов!
Астахов разжал руки и, почти не дыша, устремил свой исступленный взгляд вдаль, а мужчина, поправив воротник рубашки, поторопился быстренько уйти из этого Богом забытого Таврического сада.